Волки
Шрифт:
Валя отворила калитку и услышала глухое рычание. Сквозь снежную пелену на пороге виднелась восточноевропейская овчарка. В темноте горели ореховые глаза пса, снежинки падали на теплую спину.
Отчаяние и желание наконец-то обрести хоть какой-то приют сделали Валю бесстрашной. Она сделала несколько шагов вперед, чувствуя холод в пятках и сказала:
– Вот ты рычишь, а не знаешь, что я заблудилась! Я вся измучилась, замерзла… Пусти меня, дай пройти вперед! Ну будь же благородной и умной собакой!
Валя сделала несколько шагов. Пес зарычал, а потом отряхнул шерсть от снега. Валя восприняла это как приглашение пройти и сделала несколько шагов. Овчарка гавкнула, но нападать явно не собиралась.
Валя сначала несмело, а затем уже из всех сил постучала в тёмно-зелёную с царапинами дверь, над которой желтым шаром колыхалась лампа. Никто не отвечал…Заметив кнопку звонка, она несколько раз, без успеха, нажимала на него. Звонок тихо щелкал, но сигнала не издавал.
Тогда, не обращая внимания на явное неудовольствие ворчащей овчарки, Валя постучала в окно, из которого лился на снег лимонно-зеленый свет.
– Эй, хозяева! – звонко крикнула Валя.
В окне появилась всколоченная голова.
– Какого черта? – послышался грубый голос. – Кто еще там бродит! Убирайся, а то натравлю собаку!
– Послушайте!
– громко сказала Валя. – Помогите! Я заблудилась в лесу. Мне нужна помощь…
В окне кто-то выругался и исчез. Через какое-то время, скрипнула дверь на крыльце и в проеме двери кто-то стал. Это был крепкий бородатый человек, в коричневом свитере и суконных брюках. Его широкие, немного покатые плечи, чуть сутулились. Светлые волосы были зачесаны назад, совсем по моде сороковых годов. Синие глаза смотрели на Валю с нескрываемой враждебностью!
– Чего тебе надо?! – грубо спросил он. – Ты зачем приперлась?
Валя просто была ошарашена таким обращением.
– Извините, что я … нарушила ваш покой. Но я заблудилась! Не могли бы вы впустить меня … внутрь? Я вся промокла, озябла, мне нужно подсушиться…
– Еще чего! – последовал ответ.
– Кого там еще принесло?
– спросил чей-то с хрипотцой голос из глубины дома.
Бородатый человек сдвинул клочковатые брови.
– Да впусти ее, Иван! Пусть проходит, - вновь послышался голос из глубины дома.
Бородатый обернулся:
– На хрен она тут нужна? Не до нее сейчас!
Его собеседник ответил:
– Ну, а куда же она пойдет на ночь глядя? Отсюда не выйти, ты же знаешь...
У Вали сжалось сердце.
– А почему я, по – вашему, не выйду отсюда?
Но вместо ответа, бородатый, которого назвали Иваном, молча повернулся громадным медвежьим телом и пошел в глубину дома.
Валя стояла нерешительно.
– Заходи. Не напускай холода, - сказал кто-то твердо и спокойно.
Валя вошла, по ходу отряхиваясь от снега.
Она была в хорошо убранной прихожей.
Перед нею стоял высокий худощавый человек, со слегка рыжеватыми, тоже зачёсанными назад волосами и небольшой, слегка пробивающейся бородкой.
Его льдистые глаза несколько удивленно смотрели на Валю.
«Видно, брат, того, что открывал мне дверь. Слегка на артиста Стриженова похож», - пронеслось в голове у Вали.
Взгляд его почему-то придал Вале храбрости, и она решила идти напролом.
– Хорошо же вы встречаете гостей, - заявила Валя, тут же заметив в прихожей табурет и без спроса усаживаясь на него.
– Непрошенных гостей, – заметил худощавый блондин, похожий на Стриженова.
– Меня Петром зовут.
– Валентина, - буркнула Валя.
Он кивнул, а Валя тут же принялась снимать свои сапожки.
– Извините, но они полны снега…
– Я понял, но не здесь же, - нервно заметил блондин. – Хотя бы там надо было!
Он указал на угол прихожей.
– Да ладно уж, потерпите, - с досадой сказала Валя, вытряхивая содержимое прямо на пол и снимая носок…
Возле нее образовалась горка потемневшего, словно соль, снега.
– Я подмету, - заявила она, подметив взгляд недовольного Петра. – И не беспокойтесь. Я чуть подсушусь и сразу уйду. Вы не подскажете, где здесь трасса, как на нее выйти?
Ее собеседник усмехнулся.
– Слушай, девочка, какая трасса? До нее часа три пехом добираться надо! Если не больше!
Валя опешила.
– Как часа три? А как же я сюда забралась?
– Это я у тебя должен спросить… Что ты вообще здесь делаешь?
Валя опустила глаза.
– По лесу, в такой снегопад ты не пройдешь!
Петр заметил растерянное состояние поникшей Вали.
– Ладно, собирай свою одежу, и - сушиться в зал! Там камин. Иначе простудишься, помрешь, отвечай еще за тебя.
– А помрет – закопаем в лесу и точка! Кто искать будет, - сказал вошедший в прихожую Иван.
– Ну, у вас и шутки, - сказала Валя, обжигая взглядом безжалостного Ивана.
Уютный комнатный мирок с оленьими рогами на стене, коврами и камином расслабил ее. Перед камином черной тушей лежала медвежья шкура.
Валя разделась и разложила свою одежду, оставшись в свитере и в джинсах. Ей хотелось выйти по надобности, но она не решалась пройти в комнату и спросить кого-то из тех двух мужчин, что были в доме и упорно молчали.
Мягко шли на стене часы, потрескивали, шипя, смолистые дрова в камине, кувыркалось веселое пламя, да постукивал в стекло снежный ветер…
Наконец, не выдержав, она пошла наугад по коридору, туда, куда вела ее ковровая дорожка, и наткнулась на Ивана.
Тот сверкнул на нее глазами люто и злобно, словно Валя шла его грабить.