Чтение онлайн

Несмотря на отсутствие царственных отметин, Моргис выглядел настоящим лордом. Он был почти на целый фут выше Грифона (который и сам отличался высоким ростом) и зеленого цвета с оттенком морской волны, характерным для его кланов. Многие из драконов, на которых не было отметин, имели зеленую чешую — если родня не меняла ее цвет еще в раннем детстве. Некоторых драконов воспитывали в соответствии с окраской и символами кланов. Так, кланы Красного Дракона (нового Красного Дракона, поскольку старый давным-давно погиб от руки сумасшедшего Азрана — отца Кейба) все были кроваво-красного цвета.

Шлем и доспехи были всего-навсего видимостью. На самом деле доспехи представляли собой не что иное, как чешую, которой с помощью естественных драконьих чар была придана видимость рыцарских лат. Почти все мужчины-драконы умели принимать человеческий облик, и это умение оттачивалось из поколения в поколение. Моргис, как и многие молодые драконы, предпочитал удобный человеческий образ тому, в котором был рожден, и тоже не желал принимать изначальную форму — разве что если бы это был вопрос жизни и смерти. И то он сперва подумал бы.

— Милорд Грифон, — проскрипел дракон.

Грифон отметил про себя, что его неприязнь к молодому герцогу вызвана не столько цветом, сколько тем, что Моргис уж слишком похож на лорда Тома: длинный раздвоенный язык, острые, точно лезвие, зубы, совершенно не похожие на человеческие. Драконий гребень тоже выглядел внушительно, это была главная часть шлема — символ власти. Прежде Грифону не раз доводилось видеть, как драконы меняют облик; он представил, как лицо Моргиса удлиняется, превращаясь в драконью морду. Это был бы крупный дракон…

— Герцог Моргис.

— Вы уже решили, куда направитесь, когда мы сойдем на берег?

Именно эта мысль всю дорогу не давала покоя бывшему правителю Пенаклеса. Попробовать пробраться в Канисаргос — вытянутую, словно змея, столицу Империи арамитов — или же отправиться на поиски Земель Мечты и Сирвэка Дрэгота, о которых упоминал Д'Шай и которые будоражили его истерзанную память?

— На восток, затем на северо-восток.

— Значит, вы хотите разыскать эти мифические Земли Мечты.

Это был не вопрос, а утверждение; намек на то, что дракон знал о решении Грифона раньше, чем он сам.

— Да… и я думаю, что они не мифические.

Моргис повернулся к Бисину, который, удостоверившись, что его команда держит ситуацию под контролем, подошел к двоим своим пассажирам.

— А вы что скажете, капитан? Вы знаете, где Земли Мечты?

— Они долж-ж-жны сущ-щ-ществовать, — задумчиво прошипел Бисин. Склонные к педантизму драконы лезли вон из кожи, стараясь говорить на общих языках без ошибок. Для их расы это было нелегко — особенно когда эмоции перехлестывали через край. — Должны… иначе волки-рейдеры не тратили бы столько времени и сил на их завоевание.

— Вот это разумный подход. Сдаюсь. — Герцог Моргис улыбнулся. Улыбка была не из приятных.

Грифон склонил голову набок, всматриваясь в берег. При большом желании он мог бы принять людской облик, с человеческими глазами, но собственное зрение — наподобие птичьего, только гораздо острей — устраивало его как нельзя лучше. Отложим перевоплощение до того момента, когда без него будет не обойтись. Он надеялся, что этот утомительный процесс произойдет не раньше, чем его поиски увенчаются успехом — если увенчаются… Ведь есть вероятность, и немалая, что он умрет прежде, чем ему удастся найти хотя бы след таинственных Земель Мечты, Сирвэка Дрэгота… и Ворот! — внезапно мелькнуло у него в мозгу. Ворота… это важно. Вот приоткрылась и еще одна дверца в его памяти, прежде запертая наглухо. Такие внезапные просветления одновременно радовали и раздражали Грифона, потому что он чаще всего не мог увязать их с тем, что знал.

«В один прекрасный день я вспомню все», — поклялся он.

— …Берега, шлюпка вернется, — говорил тем временем Бисин. — Мы не можем оставаться здесь долго. Вдруг какой-нибудь предприимчивый рейдер сунет сюда нос, решив, что его предшественники чего-то не доглядели. Милях в десяти к востоку вы найдете дружественную деревню. Там вам обоим продадут лошадей.

При последних словах Грифон резко обернулся к герцогу, буравя глазами фальшивый драконий гребень:

— Нам обоим?

Моргис слегка улыбнулся, словно не замечая сверкающего взгляда Грифона:

— Мой повелитель приказал мне сопровождать вас. Он полагал неуместным говорить вам об этом сразу.

— Потому что я отказался бы в самых живописных выражениях!

— Так он и сказал, — весело подтвердил дракон.

— И отказываюсь! — Шерсть на затылке у Грифона встала дыбом.

Моргис безразлично пожал плечами:

— В таком случае капитан Бисин разворачивает «Корбус» и мы плывем назад, как только запасемся провиантом.

По лицу толстяка-капитана Грифон понял, что тот впервые слышит о таком варианте. Однако права на протест Бисин не имел.

Обратного пути нет. Мысль о воспоминаниях, томящихся в темнице памяти, день и ночь преследовала птицельва. Если он вернется в Драконье царство, то попросту сойдет с ума. Даже сейчас, в этот миг, лежащая перед ним земля манила его, точно песня сирены. Он едва не поддался искушению броситься в воду и поплыть к берегу — несмотря на отвращение к воде.

— Хорошо. Но нас будет только двое. — Грифон представил себе вооруженное до зубов драконье войско. Попробуй-ка не вызвать подозрений в такой компании! Она привлечет внимание в какой угодно маскировке.

— Разумеется. Я не ребенок, лорд Грифон.

«Это мы еще посмотрим», — мысленно ухмыльнулся бывший правитель. Он-то, по крайней мере, может укрыться плащом или принять человеческий облик. Но как спрятать рослого, вальяжного лорда-дракона, похожего на вооруженного до зубов рыцаря?

Герцог опередил его:

— Мой повелитель дал мне вот это, чтобы облегчить наше путешествие.

Один из членов команды, человек, вынес вперед два плаща. Грифон не смог не восхититься искусством постановщика этого спектакля. Моргис — а может быть, и сам Синий Дракон — продумал все до мелочей, чтобы у его «союзника» просто не осталось времени придумать контраргумент — если его вообще можно было придумать.