Чтение онлайн

— Сколько мне полагается, госпожа? — он вновь подал голос, когда я уже занесла плеть для первого удара.

— Ты настолько дурно воспитан, что не знаешь, когда следует подавать голос, а когда нужно молчать? — удивилась я.

Желание проучить его становилось все сильнее. Впрочем, как и интерес к такому неординарному рабу.

— Простите, госпожа, — тем же безэмоциональным тоном.

— Откуда я знаю сколько? Когда надоест — тогда и остановлюсь. Хочешь еще что-то спросить прежде, чем мы начнем? — поинтересовалась язвительно, примеряясь для взмаха плетью.

— Мне считать?

— Нет.

И тут же нанесла первый удар, оставивший на его лопатках розовую полосу. Сразу же последовал второй, третий.

— Зачем считать? Мне без надобности это число. Главное — результат, — пожала плечами я, не прекращая наносить удары, оставляющие на гладкой коже парня такие сочные следы.

Что характерно, шрамов на теле не заметила. Видимо, за его лечение после наказаний брались всерьез. Не верю, что с таким поведением он просто не получал никогда серьезной порки, иначе не терпел сейчас так спокойно. Била я пока не очень сильно, проверяя выдержку, но ощутимо. Парень стоял неподвижно, ничем не выказывая своего отношения к происходящему. Не может же ему быть совершенно безразлично? Не сломанный он, это уже точно могу сказать!

Немного увеличила силу ударов. Следы тут же вспухали красными полосами на коже, но у Кайла лишь чуть сбилось дыхание и выступили капли пота. В остальном, стоял так же ровно, не дергался, не издавал ни вскриков, ни стонов. И это меня неимоверно бесило!

Нанесла особо сильный удар наискосок через всю спину. На лопатках он наложился на рубцы, нанесенные мной ранее, отчего рассеклась кожа и выступила пара капель крови. Я сердито выругалась. До такого доводить не хотела. Похоже, следует изменить тактику, раз уж решила сегодня сполна получить удовольствие.

Отбросила плеть на пол. Сама подошла вплотную к Кайлу, обвила его торс руками, крепко прижалась к поротой спине всем телом. Зажмурилась от удовольствия, почти чувствуя, как от моих прикосновений по его телу расходятся волны жгуче-саднящей боли. Прислонилась щекой, ощущая жар, исходящий от него, слушая, как где-то там гулко колотится его сердце.

— Так нечестно, Кайл. Я стараюсь для тебя, а отдачи не чувствую, — пожаловалась я ему, проведя пальчиками вверх по напряженным мышцам его правой руки, которой он все еще упирался в стену, не смея убрать ее без моего приказа.

— Простите, госпожа.

— Все тот же ровный тон… Так можно подумать, что ты ничего не чувствуешь, — произнесла медленно.

Нежно погладила его плечи, почти с восторгом провела пальцем по одному из припухших рубцов. Обрисовала невесомым касанием место, где рассекла ему кожу. Поддавшись хулиганскому настроению, слизнула выступившую алую жидкость, зажмурившись от удовольствия, покатала на языке этот кисловато-металлический вкус с пряными нотками. Иногда, под настроение, я любила и такие игры. Но не с людьми. С ними предпочитала не доводить до крови. На это мое действие Кайл вздрогнул и чересчур громко выдохнул воздух.

Удивленно приподняла бровь. Я сумела причинить ему по-настоящему сильную боль? И это после того, как он получил около двадцати ударов без единого звука? Думаю, дело тут в другом. Желая проверить свою догадку, скользнула рукой по его груди, погладила сосок со штангой, спустилась ниже, накрыла полувозбужденный член ладонью. Чем вызвала явно сердитый выдох Кайла. Не нравится, что тело реагирует на мои прикосновения? Ну конечно, проще ненавидеть меня и других хозяев.

Позволила себе ироничную улыбку. Не на ту напал, парень. Я сегодня намерена добиться от тебя целого спектра разных эмоций и реакций. И равнодушие с ненавистью туда не входят. Поэтому приподнялась на цыпочках, все также прижимаясь к нему всем телом, упираясь затвердевшими сосками в его спину, приблизила свои губы к его уху и продолжила свою речь.

— Но это ведь неправда? Никаких эмоций не испытывают лишь сломанные игрушки. А знаешь, какая судьба ждет их? Они никому не нужны и их продают. Снова и снова, — жарко прошептала ему, почти касаясь уха губами.

Только сейчас заметила, что в нем тоже есть две сережки. Сережка-гвоздик с прозрачным камушком в мочке и серебряное колечко в хрящике. Не удержавшись, аккуратно взяла последнее зубами и чуть потянула на себя, отчего у Кайла сбилось дыхание.

— Ты хочешь быть сломанной игрушкой? — спросила тихо, отступая от него назад.

— Н-нет, — все же ответил он с запинкой.

— А мама собирается тебя продать, — призналась ему честно.

Кайл от этой новости стремительно обернулся, впрочем, не отрывая ладони от стены, и уставился прямо на меня, ища в моем лице подтверждение того, что я лишь шучу. Но осознав, что мои слова были правдой, он побледнел, в его глазах мелькнуло практически отчаяние.

— Госпожа… — прошептал парень немного растерянно и с надеждой уставился на меня.

Я присела на подлокотник кресла. С любопытством принялась рассматривать Кайла. Внутри меня все замерло от предвкушения.

— Да? — я приподняла бровь, ожидая его следующей фразы.

— Я сделаю все, что хотите, буду таким, каким пожелаете… Позвольте мне остаться, не продавайте. Что для этого нужно делать? — произнес он, быстро облизнув губы.

— Раньше надо было думать. Мама уже все решила, а своих решений она не меняет, — произнесла медленно.

Видя, как его плечи поникли, а в глазах затухает надежда, на смену которой приходит глухая тоска и обреченность.

Такой настрой мне тоже не очень нравится. Внезапно появилось желание как-то его утешить, подбодрить.

— Хотя… Для моего личного раба она бы сделала исключение… Но вот проблема: я не держу личных рабов, они мне быстро наскучивают, — задумавшись, произнесла с искренним сожалением, сдув непослушную прядь со лба.

Но неожиданно поняла, что действительно, что-то в этом недоэльфе есть. И если он все же сумеет в достаточной степени меня заинтересовать и доставить изысканное удовольствие, то… Я подумаю над этой идеей.

— А каким должен быть раб, чтобы вы посчитали его идеальной кандидатурой на роль личной игрушки? — неожиданно спросил Кайл, нервно облизнув нижнюю губу.