Чтение онлайн

— 777, работайте Москва-Подход, — не заставил себя ждать диспетчер, — сто двадцать девять запятая восемь.

— Работаю Москва-Подход. Спасибо.

Фадеев следил за снижением по приборам — девять тысяч сто, восемь тысяч шестьсот — и физически ощущал движение самолета, словно его организм сросся с машиной, стал с ней единым целым.

— Аэропорт-Транзит. Рейс 777. Доброе утро! — вышел он на связь.

— Доброе утро! Транзит слушает.

— Рейс 777, триста пятьдесят один пассажир, одиннадцать — первый класс, двадцать пять — бизнес. Багаж — тонна восемьсот пятьдесят, двести пятьдесят мест. Посадка экстренная.

— Информацию приняли. Аэропорт к экстренной посадке готов, аварийная бригада на взлетно-посадочной полосе. Конец связи до посадки. Удачи!

Фадеев переключился на своих:

— Операционный центр, 777, доброе утро!

— Михаил Вячеславович, — Алексей моментально взял его на себя, — внимательно слушаю.

— 777, триста пятьдесят один пассажир… — Фадеев слово в слово повторил предыдущее сообщение.

— Принято. Ждем.

— Алексей, — Фадеев понизил голос, — что-нибудь выяснили?

— Никак нет, — голос Алексея едва заметно дрогнул, — но все силы задействованы. Генеральный директор в аэропорту.

— Зачем директора-то подняли?! — Фадеев с досадой качнул головой. — Дайте мне только сесть, я сам во всем разберусь!

— Положено, Михаил Вячеславович, — Алексей словно извинялся, — категория ЧП красная.

— Сам знаю, что красная, — проворчал он. — Ладно, даст бог, увидимся на земле.

— Увидимся, — Алексей первый раз в жизни произносил это слово с таким значением. — Успешной посадки!

Фадеев с Антоновым молчали. До момента первого соприкосновения с землей остались считаные минуты. Пилоты четко выполняли команды диспетчера, следили за показаниями приборов, сверялись с инструкциями. Делали все, что привыкли делать на протяжении многих лет, — четко, сосредоточенно, без посторонних мыслей и лишних слов выполняли свою работу.

Диспетчер скомандовал снижаться до четырех тысяч двухсот, потом до двух тысяч двухсот, потом до тысячи восьмисот…

— 777, снижайтесь тысяча пятьсот, работайте Аэропорт-Круг сто двадцать семь запятая семь.

— Вас понял. Тысяча пятьсот, сто двадцать семь запятая семь.

— Хорошей посадки!

— Спасибо.

— Аэропорт-Круг, 777, доброе утро. Пересекаю тысяча восемьсот, снижаюсь тысяча пятьсот.

— 777, приветствую, Аэропорт-Круг. Тридцать вторая правая. Давление девятьсот девяносто восемь. Снижайтесь девятьсот метров. Курс триста.

— Снижаюсь девятьсот, курс триста, тридцать вторая правая 777.

— Экипажу пассажирской кабины приготовиться к посадке. — Голос Фадеева безмятежно прозвучал в салоне. На мгновение Евгению даже показалось, что ситуация разрешилась, что Михаил Вячеславович получил с земли новую радиограмму и теперь абсолютно уверен: все хорошо! Или нет? Нет, разумеется! Если было бы хорошо, сказал бы! Сообщил бы, вызвал, по интерфону набрал.

Аверин подумал о своих пожилых родителях. Мать не переживет. А его девчонки? У всех дети, мужья… Что уж говорить о родственниках и близких пассажиров — сколько людей здесь! Многие с детьми летят…

Евгений заставил себя сосредоточиться. Прочь эти мысли из головы! До посадки всего ничего, несколько секунд. Но он все проверил и головой отвечает за людей. Должны и обязаны справиться! У него же замечательный коллектив, опытных людей в экипаже много — сработают четко и быстро. Спустят пассажиров по аварийным трапам. По действиям в экстренной ситуации, по эвакуации пассажиров, по выпуску спасательного трапа дополнительный инструктаж он провел. Выходы между экипажем распределил. Хорошо, что Борис Михайлович с ними — без него девушкам пришлось бы тяжелее! Главное, пресекать панику и быстро выводить людей из самолета. Все. Все, что могли, они сделали. Теперь только ждать.

Он перекинул через плечи ремни и пристегнулся на откидном сиденье для экипажа рядом с Варенькой. Девушка сидела, вытянувшись в струну и закрыв глаза. Губы ее что-то беззвучно шептали, ресницы подрагивали. Он ободряюще положил свою теплую ладонь на ее плечо. Она вздрогнула, открыла глаза. «Мы справимся», — прошептал он одними губами и улыбнулся ей. Варенька кивнула в ответ, но в глазах ее по-прежнему был страх.

Господи! Ну, какие звери все это сделали?! Зачем?!

— 777, ветер триста десять градусов, десять метров в секунду.

— Понял. Триста десять градусов, десять метров в секунду.

— Снижайтесь шестьсот, заход тридцать вторая правая, разрешаю.

— Снижаюсь шестьсот, тридцать вторая правая, заход разрешили.

— Работайте Аэропорт-Вышка, сто девятнадцать запятая семь. Всего доброго.

— Спасибо. Сто девятнадцать запятая семь.

— Аэропорт-Вышка, 777, доброе утро. На рубеже шестьсот, тридцать вторая правая.

— Доброе утро, 777. Продолжайте заход по схеме.

— По схеме, тридцать вторая правая, 777.

Антонов, сидя рядом с превратившимся в бесстрастного робота командиром, и сам ощущал себя частью точного механизма. Никаких посторонних мыслей. Только по схеме. Закрылки. Шасси. Отключили автопилот.

— 777. Вошел в глиссаду. Шасси выпущены, к посадке готов, тридцать вторая правая.

— 777, ветер триста градусов. Десять метров. Посадку разрешаю.

— Посадку разрешили, 777.

Посадочная полоса приближалась. Вдоль нее Антонов заметил выстроившиеся в ряд пожарные машины, бригады «Скорой помощи».

Высота сто. Пятьдесят. Двадцать. Десять. Пора плавно добирать! Плавнее! Плавнее!!! Пять метров. Метр. Касание. Реверс. Тормоза. Тормоза используются!

Фадеев все еще ждал. Он уже мысленно приготовился к взрыву — даже увидел его желтый всплеск перед внутренним взором. И теперь удивлялся задержке ощущений.

Чертово подсознание! Вопреки ожиданиям высоченный «Боинг-747-400», оставив позади пожарных и «Скорую помощь», снижал скорость и плавно скользил по полосе. Лицо командира, непривычная напряженность которого сменилась облегчением, сияло от улыбки и мелких капель пота.