Чтение онлайн

Сейчас, с учетом новых поступлений воздушных судов «Боинг-747», требовалось увеличение командирского состава. Теоретически Андрей Антонов для повышения в должности, учитывая его послужной список на прежнем месте работы, подходил. Практически — что-то уж слишком молод, да и нос любит задирать. Фадеев страдающих манией величия летчиков не любил. Будь ты хоть сам господь бог, а коли форму пилота надел, значит, ради людей работаешь. И младших коллег, и пассажиров должен уважать.

— О, — отреагировал Михаил Вячеславович на вибрацию в кармане, — сообщение. «Брифинговая номер два».

— Что, бортпроводники собрались? — поинтересовался Антонов.

— Твоя правда, — Фадеев нетерпеливо поднялся из кресла, — пойду. Пообщаюсь с молодежью. А можно и вместе. Задавим их массой?

— Ну, — Антонов не слишком любил эту часть работы, предпочитая не спускаться с Олимпа, но начальству-то не откажешь, — давайте я присоединюсь.

— А я пас, — подмигнул Борис Михайлович, пересаживаясь в удобное кресло Фадеева, — когда еще доведется в отсутствие начальника его подсидеть!

— Вот ты взрослый человек, — улыбнулся Михаил Вячеславович, — а простых вещей не понимаешь. За чужой штурвал не берись!

И они с Антоновым вышли из кабинета под веселый хохот Михалыча.

Михаил Вячеславович настороженно взглянул на Антонова. То, что новый пилот бортпроводников не жалует, — это ясно. Видимо, считает их низшей кастой. В общем-то, ничего смертельного в этом нет: пилоты, что уж там говорить, подвержены звездной болезни. Но надо это дело лечить — чем раньше, тем лучше. В критической ситуации пустая напыщенность может и подвести. Общее дело делаем, о какой дистанции может быть речь?!

— Андрей, — Фадеев осторожно прощупал почву, — у тебя с прежней работы друзей среди бортпроводников не осталось?

— Нет, — отрезал Антонов и, подумав, добавил: — А что?

— Да так, — Фадеев пожал плечами, — авиакомпании нашей ценные кадры нужны.

— У нас пилоты только между собой общались, — объяснил Андрей, — бортпроводники — не мой статус.

— Эх, ты! — вырвалось у Фадеева: — А кто же твой?

— Летчики, — сообщил Антонов, помолчал и мечтательно выдохнул: — Космонавты. У меня вообще-то среди друзей космонавтов больше.

— Понял, — кивнул Михаил Вячеславович и подумал, что нелегко будет Антонова исцелить, — большому самолету — большие полеты!

Ответить Андрей не успел — за двадцать начальственных шагов Фадеева, которым он изо всех сил старался соответствовать, они добрались до брифинговой.

Михаил Вячеславович, пытаясь не производить лишнего шума, открыл дверь и протиснулся в комнату. Но не обратить на себя внимания, само собой, не удалось — молодой человек и девушки, уже при полном полетном параде, приветственно повскакивали с мест и заулыбались.

— Михаил Вячеславович, — старший бортпроводник, восседавший в президиуме, вышел из-за своего стола и протянул Фадееву руку, — добро пожаловать!

— Добрый вечер, коллеги! — Фадеев окинул пятнадцать человек экипажа пассажирской кабины быстрым взглядом и остался доволен. — Я, если не возражаете, сначала посижу — послушаю вас, а потом сам скажу пару слов.

— Как вам удобно. — Евгений кивнул, ощущая некоторое напряжение: не каждый рейс командир и второй пилот изъявляют желание от начала до конца присутствовать на брифинге бортпроводников.

Фадеев с Антоновым присели в уголке, Евгений, смущенный прибытием высоких гостей, вернулся на свое место, но сесть не решился.

— Продолжим, — произнес он, — Лапина работает по правому борту, Семина делает прессу: газет сегодня особенно много, пятница. Будьте внимательны. Ермолаева, у тебя…

— Как всегда, багаж, — подала голос с места Ермолаева.

— Правильно, — Евгений бросил на нее шутливый взгляд, — зато все грузчики аэропорта наверняка у тебя в поклонниках.

— И не говорите, — притворно тяжело вздохнула она.

— Я на второй левой, на телефоне. Напоминаю — открытие и закрытие дверей по команде, с разрешения командира воздушного судна. В салоне пресекаем распитие спиртных напитков, курение. Будут сложности — зовите меня. Не забывайте: ведется видеонаблюдение. Что-то еще?

— Списки на спецпитание, — напомнила Людмила Фадеева.

— Есть. У меня. И, — Евгений перевел дыхание, — не забудьте пересчитать бытовое имущество. В накладных по питанию обязательно заполняются все графы! При встрече пассажиров улыбаемся, помогаем находить места и размещать на полках ручную кладь. Ясно?

В ответ все дружно закивали. Собственно, с последним напоминанием Евгений уже палку перегнул — и так все понятно. Не в первый раз. Но чего не сделаешь, когда хочется выглядеть идеальным перед начальством?

— Михаил Вячеславович, — закончив, Евгений с улыбкой посмотрел на Фадеева.

— Да, — тот встал, — сегодня мы с вами вместе выполняем рейс на Бангкок. На всякий случай еще раз, я — командир воздушного судна, Фадеев Михаил Вячеславович, второй пилот — Антонов Андрей Владимирович, с нами летит пилот-инструктор, Веселовский Борис Михайлович. Экипаж вам достался опытный, — он улыбнулся, — время в пути восемь с половиной часов, стоянка у нас уже есть: восемнадцатая. Телетрап. Код в кабину — девять пять семь. Запомнить как отче наш, но вслух не произносить. Все! Удачного рейса!

— Спасибо, — Евгений еще раз оглядел экипаж, — ну что, теперь мы готовы. По времени будем выезжать.

— Отлично, — Фадеев направился к двери, — через тридцать минут внизу. До встречи!

— Семина, — как только за пилотами закрылась дверь, Евгений почувствовал себя свободнее и перешел на свой привычный ласково-шутливый тон, — у тебя почему платок форменный так повязан? Горло болит?

— Нет, — Варя смутилась.

— Тогда, — улыбнулся он, — повяжи, Варенька, как по стандарту положено.