Шрифт:
Виталий Каплан
ВИРУС
1.
Этот самый Андрюха оказался именно таким, как я себе и представлял пухленький, бледненький, в очёчках. Домашний овощ, одним словом. Он, наверное, и по футбольному мячу не стукал ни разу, всё за компьютером пасётся. Ну ладно, это мне без разницы, у меня дело к нему.
– Ты, что ли, Дронов?
– поинтересовался я, разглядывая нетерпеливую физиономию домашнего овоща.
– Ну, я, а тебе чего?
– хмыкнул тот, уставившись куда-то мне под ноги.
– Да есть тут один базар. Мне про тебя Мишка Грибнев сказал, что ты в компьютерах там волокёшь, и всё такое.
– А, Мишка...
– малость успокоился Андрюха.
– Тогда заходи. Ботинки только снимай, наследишь ещё тут, бабушка ругаться станет.
Ну-ну, культурный дом, значит. Ладно, мне и в тапки залезть не в лом. А вот у Лёшки, между прочим, никто про обувь не возникает. В чём хочешь проходи.
– Так какое у тебя дело?
– начал Андрюха, едва только мы оказались в комнате. Комната очень даже ничего, плакаты на стенках, между прочим, классные, компьютер, само собой, на столе поблёскивает, дискеты всякие разбросаны, книжки, распухшие от электронной зауми... Но кавардак у него, конечно, ещё тот. Постель не убрана, рубашка смятая со стула свисает, вот-вот на пол свалится. Мне бы за такое маманя мигом шею намылила. А этому, выходит, можно. Балуют, значит. Оно и видно, домашний овощ.
– В вирусах чего-нибудь сечёшь?
– сходу перешёл я к делу.
– Ну, более-менее, - кивнул Андрюха, усаживаясь перед экраном, на котором светилась какая-то синяя табличка.
– Что, машину заразил, лечиться надо?
– Это тебе лечиться надо, - плюхнувшись на стул с рубашкой, сообщил я.
– Мне как раз наоборот. Мне такой вирус нужен, чтобы компьютер надолго заглох. Можешь такой?
– Ну, надо подумать...
– покачал головой Андрюха.
– А тебе это зачем?
– Тебе не всё фиолетово? Я же не за бесплатно... Так, пошутить надо с одним деятелем.
Ох, не хотелось мне с ним препираться, а ещё больше не хотелось объяснять, что и почему.
Но Андрюха, к моему удивлению, оказался овощем грамотным. Наверняка не я один к нему с такими делами подъезжал.
– Ладно, это твои проблемы, - сухо кивнул он.
– Тебе как, просто заражённую дискету сделать, или с игрой?
– Конечно, с игрой!
– оживился я.
– Что-нибудь такое, свеженькое, чтобы у него ещё не было.
– За свеженькое отдельно платить надо, - сообщил мне Андрюха весёлую новость.
– "Мёртвый десант" устроит?
– Чего-чего?
– Да так, фигня. Инопланетные десантники высадились, ты их мочишь, они тебя. Стрелялка, месилка. Лазеры всякие... Девять уровней сложности... Мне такое неинтересно.
– Ну, а мне в самый раз. Сколько с меня всего?
Андрюха озабоченно потёр лоб.
– Ну... Значит, отдельно вирус, отдельно игрушка, за дискету ещё... Тебе, кстати, на какую писать?
– А они что, разные бывают?
– тупо осведомился я.
– Ну ты и чайник...
– хмыкнул Андрюха.
– Ладно, запишу на трёшку, сейчас почти у всех такие дисководы. Так что у нас получается всего... Хотя ты же от Грибнева... Ну ладно, десять баксов найдёшь?
А у домашнего овоща, однако, хватка! Не такой уж он тряпичный, как мне сперва показалось.
– Рублями можно?
– По курсу, - кивнул Андрюха и, пощёлкав по калькулятору, назвал сумму.
– Хрен с тобой, держи, - полез я в карман. Нет, недаром всё-таки на бензоколонке ошивался, кое-чего заработал, пока Мыло со своими пацанами оттуда меня не попёр. Я и Лёшку поначалу агитировал, но ему, конечно, предки не разрешили. Он же как маленький, чуть что, с ними советуется...
Андрюха пересчитал деньги, сунул их в ящик стола и, затолкав в щель дисковода какую-то зелёную дискетку, лихо принялся давить на клавиши. Там, в недрах компьютера, что-то урчало, быстро-быстро мигал красный огонёк на светло-сером корпусе, прыгали по экрану разные картинки.
Спустя пару минут он, удовлетворённо хмыкнув, протянул мне дискету.
– Держи. Готов твой заразный "Десант". Вирус в нём классный сидит.
– И чего он делает?
– уточнил я на всякий случай.
– А я сам не знаю, - скривив пухлую губу, улыбнулся Андрюха. Непредсказуемо работает. Но все, кто от него пострадал, говорят - зверская штука.
– Ладно, я тогда пошёл.
– Ну, давай, а то мне ещё работать надо, - сразу завздыхал домашний овощ.
– Пойдем, я тебя провожу.
– Счастливо, - буркнул я захлопнувшейся двери. Надавил кнопку лифта. Заурчав, как обожравшаяся кошка, поплыла откуда-то снизу кабина.
Зябко что-то мне было, честно говоря, хоть у меня и пуховик тёплый.
2.
– Здорово, Макс! Пролезай давай, - Лёшка пожал мне руку, ловко подхватил вздумавшую было выпасть из рукава шапку, нацепил мой пуховик на резную полированную вешалку.
– Тут у меня Олег сидит, игры переписывает, предупредил он, проходя в комнату.
– А, Полунин, привет, - кисло кивнул я расположившемуся за компьютером однокласснику и плюхнулся на огромный Лёшкин диван. Тот, как всегда, жалобно скрипнул подо мной. Хотя чего ему возникать, во мне и весу-то всего-ничего. Маманя говорит - скелет с глазами. На это, кстати, многие пацаны нарывались. Думают, ветром меня снесёт, а потом, лё- жа на асфальте, соплями истекают. Три года ходил на каратэ, пока у папаши денег хватало за секцию платить.
– Чем занят, Полунин?
– искоса поглядывая на Лёшку, поинтересовался я.
– Не видишь, что ли, игры пишу, - пробурчал Олег, даже не повернувшись ко мне.
Нелюбовь у нас взаимная. Когда мелкими были, чуть ли не каждую неделю дрались. То он меня, то я... По правде говоря, чаще он. Это потом уже я на каратэ записался. Вредный он тип, Олег, настырный. Вот и сейчас пользуется, Лёшкины игры переписывает. Задарама-то оно в кайф, между прочим.
– Ну, трудись-трудись, авось не опухнешь, - хмыкнул я, разглядывая стенку с ковром. Сколько я тут ни обтирался, а всё время глазами к этому ковру прилипал. Очень уж он был красивый. Лошадь по лугу мчится, без всадника, неосёдланная, и бежит она вверх, по холму, а из-за края холма солнце вылезает. Всё такое желтовато-розовое...
Ну, когда у меня уже всякое терпение кончилось, Полунин дописался наконец. Дискеты стопочкой сложил, в коробку пластмассовую запихал и стал собираться.
– Спасибо, Алекс. Значит, как будет у меня второй варкрафт, я тебе в момент сигналю. За мной железно. Ладно, пойду я, пожалуй, а то родичи на уши встанут. Пока, Огрызок!
Это он мне.
– Пока, Полушка, - отозвался я, специально не глядя на его рябую физию.
– Кстати, - добавил я, когда он уже стоял на пороге, - за огрызка поимеешь.