Чтение онлайн

Инициаторами расследования были Элфред Берл, через некоторое время ставший помощником министра обороны, и Нельсон Рокфеллер, координатор межамериканских отношений. Но оказалось, что Нельсон просто разыскивал новые таланты – через несколько месяцев Пол Нитце уволился из “Диллон-Рид” и занял место финансового управляющего в офисе Рокфеллера.

Все, кто знал Нитце, отмечали его восторженное отношение к гитлеровскому режиму. Некий “надежный секретный информатор”, который поставлял “ценную информацию” гуверовскому ФБР, сообщал, что политические симпатии Нитце “все больше и больше склоняются” к нацизму и что Нитце “открыто восхищается тоталитаризмом и выражает заметное презрение к демократии”.

Трансконтинентальное скрещивание ультраконсервативных сил для ведения холодной войны – такая задача стояла перед созданной в мае 1948 года Службой политической координации (СПК), еще одной разведывательной структурой США, принимавшей активное участие в холодной войне. Директива Совета национальной безопасности предоставила СПК и ее посредникам неограниченную свободу действий.

На ранних этапах холодная война зависела от эффективности команды Кеннана. Другая ветвь разведки – только что оперившееся ЦРУ – сначала была лишь придатком СПК, но страх разоблачения привел госдепартамент к идее скрыть СПК внутри ЦРУ, подальше от навязчивых глаз общественности и конгресса.

Роскоу Хилленкоттер, первый директор ЦРУ, был вовсе не в восторге от такого решения, также как от нового таинственного подотдела с сотрудниками, строго соответствующими рамкам WASP*, но ему приказали закрыть глаза на деятельность СПК по вербовке нацистских военных преступников и переселению их в Штаты. Проблемы с оформлением иммиграционных документов улаживались так называемым Международным комитетом спасения – отделом ЦРУ, который возглавлял молодой сотрудник разведки но имени Уильям Кейси.

* White Anglo-Saxon Protestant

На плечи СПК ложились те задания, которые само ЦРУ провернуть не могло. Скоро СПК стало оперативным подразделением Управления, которое действовало, используя информацию, собранную другими отделами, – и часто с противоположными целями.

По рекомендации Эйксона, Фрэнк Уиснер, состоятельный юрист с Уолл-стрит и бывший сотрудник Бюро стратегических служб, принял назначение на должность директора СПК. Создание СПК открыло шлюз холодной войны, а Уиснер управлял дроссельным механизмом. Его деятельность против СССР ограничивало лишь реальное или вероятное “неодобрение” вышестоящих. Уиснеру было дано право использовать экономические рычаги, пропаганду и широкий спектр террористических методов, включая поддержку подпольных групп сопротивления.

‘Политические тылы Уиснера обеспечивали Джон Макклой, Эверелл Харримен (который, как Стимсон и Кеннан, принадлежал к касте выпускников Йеля) и министр обороны Джеймс Форрестол. Первоначально у Управления было всего 302 сотрудника и бюджет в 4,7 миллиона долларов. К 1952 году СПК обеспечило работой 4000 человек и съедало 84 миллиона долларов.

Но деятельность Уиснера по розыску нацистов имела еще один -секретный – источник финансирования и еще одну цель – их переселение в США.

Многие таинственные эмигранты получали работу в специально созданных “исследовательских институтах”. Оперативные средства проходили через “Комитет за освобождение от большевизма” и радио “Свобода”. “Комитет” был создан Джорджем Кеннаном еще до появления ЦРУ, под его прикрытием действовала СПК. Через “частные” организации, включая “Лигу за свободу”, председателем которой был генерал Люшес Клей, вышедший в отставку с поста начальника американской зоны в 1949 году, деньги для эмигрантов лились рекой. В сборе общественных пожертвований активное участие принимали Дуайт Эйзенхауэр и Рональд Рейган. Но более 90% средств поступало с тайных счетов ЦРУ. Государственный департамент отмывал наличные с помощью частных благотворительных организаций. Самыми жирными из “добрых дядюшек” были фонды Рокфеллера и Карнеги. А “Русский исследовательский комитет”, финансируемый фондом Форда, даже организовал небольшое рекламное представление, на котором рукоплескал собственному денежному пожертвованию для подрывной деятельности “Лиги за свободу”.

Пентагон приветствовал обновленные идеи нацистов, касавшиеся производства секретного оружия и разработок новых страшных средств массового истребления. Только через 40 лет после того, как осела пыль разрушенного Берлина, правительство США признало, что американские разведслужбы часто использовали нацистов и восточно-европейских коллаборационистов в качестве “информаторов” и даже скрывали их от преследования за военные преступления. В “Несвятой троице” Аарон и Лофтус рассказывают о сговоре Ватикана с фашистской старой гвардией и аппаратом советской разведки: “Очень вероятно, что “крысиные норы” существуют в Америке до сих пор. Нацисты ‹…›

нашли себе новый дом: “Мировую антикоммунистическую лигу” (МАКЛ), которую в свое время возглавлял отставной американский генерал Джон Синглауб. Эта та самая организация, которую конгресс США заподозрил в торговле оружием [и наркотиками] во время Ираигейта”.

Благодаря службе химических вооружений, созданной в 1944 году с бюджетом в 2,5 миллиона долларов, сибирская язва, ботулизм, а также два штамма биохимических ядов, которые военные готовы без колебаний применить в странах третьего мира, заняли в арсенале Америки почетное место. Основателем подразделения биохимического оружия, где были собраны ученые из самых престижных американских университетов, был Джордж У. Мерк, важная шишка в фармакологии и советник военного министра Генри Стимсона. В начале 50-х оркестром дирижировал Лоуренс Лэард Лейтон, нацистский агент, обосновавшийся в США после войны. Его семья стала ядром “Храма пародов” в Гайане – центром, где ЦРУ проводило медицинские эксперименты и опыты по контролю над человеческим сознанием.

Через тридцать лет после образования ЦРУ некоторые из его самых гнусных злоупотреблений выплыли наружу. Конгресс потребовал расследования, в конце концов президент Джеральд Форд распорядился сформировать президентскую комиссию для “изучения” деятельности ЦРУ. Председателем комиссии стал Нельсон Рокфеллер, впоследствии занявший пост вице-президента. Понимающие люди сравнивали это назначение с наймом лисы для охраны курятника -связи Рокфеллера с разведывательным сообществом были хорошо известны. Проведенное через некоторое время повторное расследование обнаружило, что комиссия Рокфеллера постаралась скрыть злоупотребления спецслужб.

Крестными отцами организованного безумия, которое расползалось по только что созданному Новому Миру, были “Бешеный Билл” Донован и Аллен Даллес. Оба принадлежали к внутреннему кругу американской разведывательной сети. Донован заключал в себе клубок непримиримых противоречий. Выступая публично, он клеймил фашизм, но на самом деле был убежденным сторонником власти элиты. Он вышел из бедной ирландской семьи, как Гэтсби*, и стал влиятельным адвокатом – внешне благожелательным, но профессионально беспощадным, если дело касалось интересов Уолл-стрит. Сегодня его фирма располагается на Рокфеллер-плаза: “Донован, Лейжа, Ньютон и Ирвин”. В Вашингтоне ходят слухи, что у Бешеного Билла были приятельские отношения с европейскими аристократами.

* Главный герой романа Фрэнсиса Скотта Фицджеральда “Великий Гэтсби”.

Круглый стол Четвертого Рейха

Как заметил один ворчливый оппозиционер: “Если Бильдербергерская группа не является образцом конспирации, то она очень хорошо его имитирует”. Этим оппозиционером был Гордон Тетер, журналист из английской “Файнэншл Таймс”. Сначала Тетеру запретили писать об этой организации. А через год от него вообще избавились.

Первым председателем Бильдербергского круглого стола был герцог Бернард, но создал ассоциацию доктор Джозеф Ритингер – человек, имевший маниакальное пристрастие к финансовым и политическим интригам. Ритингер был также инициатором создания Европейской лиги экономической взаимопомощи и других групп, целью которых было укрепление взаимосвязей между европейскими странами.