Вейн
Шрифт:
– Два шестнадцать.
– Ни фига себе.
Голова казалась тяжелой и гулкой. Хотелось пить, и лучше всего – горячего чаю. Нет, ну как Грин смог провести восьмерых?!
– Я нашел выход, – сказал Егор.
Туннель залил расплавивший камень. Сначала шли, согнувшись, потом пришлось опуститься на четвереньки. В кромешной темноте у Юрки мельтешили перед глазами мутные пятна. Ломило позвоночник.
– Все, привал, – сдался он, переворачиваясь на спину. – Фу…
Воздух казался густым и тягучим, отдышаться не получалось. Невидимый свод прогибался, удерживая толщу крепости. Юрка вытянул руку и кончиками пальцев коснулся холодного потолка. Чертыхнулся шепотом.
– А чья эта Цитадель? – подал голос Егор.
– Не знаю. Никто не знает.
– Знаешь, мне сейчас показалось… Глупости, конечно. Ну, будто это Старая крепость.
– А разве похоже?
– Нет. Не знаю, как объяснить. Вроде и другой мир, но крепость – та же самая.
– Мистика, – буркнул Юрка.
Егор замолчал, и стало еще страшнее. Лежат, точно их заживо замуровали. Юрка снова потрогал свод, колупнул ногтем.
– Слушай, – спросил он, – а когда вдруг война, это как?
Тишина. Юрка уже подумал, что Егор не хочет говорить – правда, идиотский вопрос! – но тот ответил:
– Сначала непонятно. Жутко. Потом очень… обидно? По-дурацки звучит. Понимаешь, вот мы жили. Я в новую школу собирался, с Родькой за одной партой сидеть. Макс у отца на гонки отпрашивался. Он классный водила. Сержик со своим технологическим… Везде таскал учебник по физике. А потом раз – и ничего нет. Сержика, Макса – вообще нет! И любого могут убить. Потому что какие-то уроды решили забрать нашу землю. Захотелось им! А нас – к ногтю. Ну… как вошь! Неважно, умный ты или глупый, честный или сволочь – все равно. А вот хрен им!
Брякнуло – это Егор задел арбалет. Зло выругался.
– Ладно, пошли, – сказал Юрка. Поднялся на четвереньки и зашипел – колени распухли, ползти стало больнее.
Ох, не блевануть бы! Чтоб он еще раз поводырем!..
Ход и не думал расширяться, наоборот, сдавил плечи. Юрка, прикрывая макушку ладонью, посмотрел вперед. Ага, значит, не показалось – крохотное пятнышко увеличилось в размерах. Ну, еще немного! Уже можно различить каменные наплывы, спускающиеся с потолка. Осталось несколько метров. Вдох-выдох, вдох-выдох… Есть! Перевалился через край, и от яркого света заслезились глаза. Горячее солнце лилось сквозь оплавленную крышу. Это был тот самый переход, ведущий к узлу.
Подтянулся Егор. Сел рядом и, сморщившись, тоже посмотрел на покореженные стены. При мысли о том, какой оглушительно пустой мир там, за Цитаделью, Юрку передернуло.
– Вельш курто! – крикнули над ухом. – Вельш!
Вздрогнул Егор.
…топот множества ног, гулкий, будто бегут по мосту. Взрыв!
– Ложись!
Юрка неожиданно оказался на полу, Егор тянул его обратно в лаз.
– Да пусти ты! – отпихнул локтем.
…рев мотора. Лязг гусениц.
– Тут никого нет, не видишь, что ли?
Егор озирался, держа наготове арбалет.
– Это просто эхо, – сказал Юрка.
– Что?
– Цитадель, помнишь, я рассказывал? Просто эхо. Из-за того, что воюют в других мирах.
Кричали, ругались, командовали, шептали. Звенело, гудело, трещало. Егор прикрыл уши, но сразу же опустил руки.
– Получается, я могу услышать, что там, у нас?
– Не знаю. Пошли быстрее.
Юрка старался не обращать внимания на голоса. Отсчитывал провалы в полу, темневшие по левую сторону. Они попадались часто – по одному на десяток шагов.
– Беги-и-ите-е-е!
Евсей!
Щелкнул ружейный выстрел.
Юрка оглянулся на Егора. Слышал или нет? Идет, придерживаясь за стену. Глаза остекленевшие.
Не отвлекаться, считать. Пятнадцать, шестнадцать.
– Беги-и-ите-е-е!
…лежит носом в хвою, и в спину упирается локоть. Человек с ружьем внимательно вглядывается в ельник, от страха перехватывает дыхание.
Размахнувшись, Юрка ударил по стене, ссаживая до крови костяшки. Он – в Цитадели! Прошлого – не существует! Обернулся, чтобы поторопить Егора, и осекся на полуслове.
Натадинель лежал ничком, выбросив вперед руку с арбалетом. В нескольких шагах валялась куртка.
Юрка подбежал.
– Ты чего?!
Перевернул на спину. Егор смотрел широко открытыми глазами, губы его дергались. Точь-в-точь как у Дана. Но тогда Юрка плеснул водой, а сейчас фляжки не было.
– Эй!
Тряхнул изо всех сил, голова Егора стукнулась о камни. Ноль реакции.
– Черт… Ну и скотина же ты! Очнись! Я тебя не потащу, лось здоровый!
Всхлипнув, Юрка привалился к стене. Голоса приказывали, ругались, стонали.
– Заткнитесь! – крикнул им.
…шипение, противный хруст. В который раз умирал, спасая их, наставник Евсей, и разлеталась в щепу от выстрела сосновая лапа.
– Хватит!
Егор часто, мелко задышал. Упала, скатившись с груди, бирка и звякнула об пол. Амулет Дана застрял в воротнике футболки.
– Надоело! Слышите? Я хочу домой!
Юрка крикнул это раньше, чем успел подумать.
– Я хочу домой…
Голосам не было до него никакого дела. Кто-то наслаждался победой, кто-то не хотел умирать. Егор, наверное, тоже сейчас воевал. И там по нему – из автомата.
– Дурак! – сказал ему Юрка. – Сын полка, блин. Врезать бы тебе. Вот что мне теперь делать? Что?!
Попытался его поднять. Тяжелый, гад! Еще и брыкается. Нет, так не получится. Чертыхаясь, сходил за камуфляжной курткой, расстелил и перекатил на нее Егора. Разряженный арбалет сунул ему под бок. Ухватил за рукава.
– Бурлаки на Волге, картина маслом. Поехали!
Нитки опасно затрещали. Только бы выдержали.
Опять кричал Евсей. Хотелось пригнуться, спрятаться от направленного в лоб дула.