Чтение онлайн

– Развалились те, что я у тебя последний раз покупала! – в ее стиле ответила я.

– Это смотря как и кому давать! – не осталась в долгу она.

– А я думаю, что это зависит от темперамента индивидуума, – применила я почти что ругательные в рыночной среде слова.

Верка подумала, видимо, пытаясь уловить смысл сказанного, и вдруг бросила:

– Хрен его знает, этот твой темперамент, с виду бывает тихий-тихий, а в штанах – во! Да это-то ладно, а то попадется такой, что бац – и всю одежду изорвет!

– Нервничает, что ли?

– Быстрее добраться хочет, – захохотала она.

Я начала понимать, что, если я не прекращу эти взаимные приколы на сексуально-бытовые темы, Верка меня заболтает и дело закончится очередной покупкой ненужной вещи.

– Ты, я гляжу, отошла после вчерашнего? – спросила я ее.

– Отошла. Мне нюни распускать некогда, торговать надо.

(Да уж, надо было видеть вчера ее лицо!)

– Верка, у меня к тебе дело, – сказала я.

– Давай валяй! Есть блузки, юбки…

– Нет, я не об этом, – прервала я. – Мне, знаешь, на чужого дядю надоело работать, хочу сама раскрутиться. Возьмешь меня с собой в Турцию? Одна я не хочу ехать, первый раз, ничего не знаю и все такое. Ну так что, возьмешь?

– На хрена ты мне там сдалась?

И после некоторой паузы спросила:

– И что я с этого буду иметь?

– Тут один мужичок знакомый магазины новые открыл. Туда шмотки привезти можно, на реализацию сдать.

– Ну давай я и привезу.

– Ты свое вези, а я свое. У него секция тканей хорошая. Слыхала я, что в Турции ткань неплохая – шелк, креп-сатин… А ты бы могла ему шмотки пихнуть.

– Да? – недоверчиво спросила Верка. – Это надо обмозговать. Говоришь, можно сдать-то? – уточнила она.

– А почему нет? Я – ткань, ты – шмотки. Да и просто так, съездить куда-нибудь хочу, развеяться. Тут вон стрелять начали…

– Да уж, не говори! А что развеяться – так это не рассчитывай!.. Навкалываешься как лошадь, рада не будешь.

– Я и здесь как лошадь вкалываю, какая же разница?

Подумав еще немного, Верка сказала:

– Ну, хрен с тобой! Через пять дней мы уезжаем. Из Тарасова нас будет трое. Все бабы. Так что, если успеешь, присоединяйся. Паспорт-то заграничный есть?

– Да. Два года назад к подруге в Венгрию ездила. Она замуж там вышла.

– С деньгами у тебя как?

– Деньги есть. Не очень много, но мне для начала хватит.

– Ладно, звони мне послезавтра, я тебе поточнее все скажу.

Меня не покидало ощущение, что я ввязалась в авантюру. Но, как говорится, кости брошены, игра началась.

Теплоход «Елизавета II» представлял собой громадное четырехпалубное сооружение. Это был настоящий океанский лайнер. Говорят, что до того, как теплоход стал осуществлять челночные поездки Новороссийск – Стамбул, он бороздил моря и океаны в круизах вокруг Европы. По тому, как сверкали до блеска начищенные поручни лестниц во внутренних помещениях, можно было предположить, что вокруг Европы «Елизавета» ходила еще совсем недавно. Коридоры и каюты застланы коврами, по которым, по всей видимости, регулярно проходился пылесос. Команда великолепно вымуштрована, от официанта до старшего помощника капитана, и без промедления исполняла все просьбы и пожелания пассажиров. Оценив все это, я поняла, что провести несколько дней на таком великолепном лайнере будет неплохо. Можно сказать, что осмотр «Елизаветы» был самым приятным впечатлением за последние несколько дней.

Группа челночниц во главе с Веркой сформировалась еще в Тарасове. В нее, кроме меня и Верки, входили две женщины – Любка и Тайка. Любка представляла собой такую же словоохотливую особу, как Верка. Отличие лишь в том, что Любка была помоложе и поглупее. В противовес ей Тайка, или скорее Таисия, женщина лет сорока-пятидесяти, была угрюмой и молчаливой. У нее были почти мужские черты лица.

Как мне объяснила Верка, болтушка Любка была простой деревенской бабой, приехавшей в наш родной город и закончившей монтажное ПТУ. Затем Любка подалась в торговлю – работала продавщицей в гастрономе. Потом, когда работать в гастрономе стало не очень-то выгодно, она стала челночить и сделала здесь карьеру, как мне представлялось, во многом благодаря Верке.

Таисия была более маститым торговым работником. Пиком ее карьеры стала должность заместителя директора магазина. Правда, пробыла она на этом посту недолго – ее карьеру прервала неожиданно нагрянувшая ревизия. Подробности Тайкиных прегрешений моим новым подругам известны до конца не были, но Таисия в конце концов ушла из магазина и занялась индивидуальной коммерческой деятельностью. Вместе эта тройка ездила в Турцию уже, наверное, десятый раз.

Ясно было, что мозговым центром этой гоп-компании являлась деловая и моторная Верка. Две ее подруги использовались скорее как приятные компаньонки и подсобные рабочие. В последнем особенно отличалась Таисия, жилистые руки которой обладали недюжинной силой. Для меня, женщины не особо изнеженной и не чуждой спорту, было в диковинку наблюдать, как Таисия легко перекидывает тяжеленные мешки с товаром. В принципе все они были простыми и понятными бабами, в чем-то даже приятными. С другой стороны, каждая из них являла собой образец расчетливости и меркантильности.

Благодаря наработанным связям Верки мы без особого труда достали билет на теплоход и без нервотрепки прошли таможню. Верка переговорила с каким-то бомжеватого вида молодым человеком явно кавказского происхождения и передала ему несколько сотенных долларовых купюр. После чего назвала мне номер таможенника, к которому я должна подойти и в случае возникновения проблем заявить ему, что «я от Гарика». Молодой русоволосый таможенник не создал мне никаких проблем. Далее последовал формальный проход через пограничный пост, и мы радостно поднялись по трапу на борт «Елизаветы». Услужливая девушка в стандартной белой блузке и черной юбке, любезно улыбаясь, проводила нас в каюты. Мне досталось жить в одной каюте с Таисией. «Ну и слава богу», – сказала я себе, учитывая то, что количество слов в минуту, произносимое Веркой или Любкой, слишком раздражало бы мои уши. Таисия же вряд ли успеет мне надоесть.

Ровно в назначенное время теплоход отдал швартовы. Два буксирных катера, урча моторами, вывели корабль на рейд. Через полтора часа мы сходили в гости к Верке и Любке, которые уже успели прокурить свою каюту до состояния подвешенного топора, немного поговорили о том о сем. Наступало время ужина.

Ресторан, так же как весь теплоход, сверкал белизной и чистотой. Мягкие стулья, белоснежные скатерти, отличная сервировка способствовали поднятию настроения. Что касается пищи, у меня она также оставила благоприятное впечатление. Правда, мне показалось, что повара переборщили со специями – без перца был, кажется, только компот. Потом выяснилось, что этому удивляться особо не следовало: капитан и шеф-повар были грузинами.

Отужинав, наша повеселевшая компания отправилась в один из баров. Там, удобно устроившись на диване в углу и заказав определенное количество спиртного, бабы повели неспешный разговор, грубовато подкалывая друг друга. Периодически они поглядывали на проходивших мимо мужиков.

– Ну что, Любка, – спросила Верка, – пойдем сегодня на поблядушки?

– С тобой, что ли? – скептически отозвалась та. – Ты же тут весь теплоход перетрахала. С тобой ходить – только позориться. Прошлый раз так гоняла этого живчика по всему кораблю!.. Он, – тут Любка подавилась от смеха, – наверное, в штаны наложил от страха, когда ты его в каюте прижала.