Веревка

Перевод: Skalapendra

Сверка: helenaposad

Бета-коррект: lildru

Редактор: Amelie_Holman

Оформление: Eva_Ber

*обложка предоставлена http://vk.com/shayla_black

– Элеонор, у тебя нет собственной Библии?
– с ужасом спросил Сорен, будто она призналась, что у нее нет зубной щетки или ни одной пары трусиков.

– Мама держит в доме парочку экземпляров. У меня есть детская Библия, но там много картинок. Мне нравится, где у Адама и Евы прикрыты стратегические места листочками.

– Тебе нужна своя Библия и без картинок. Пойдем со мной.

Элеонор последовала за ним из общинного зала в церковь. Она остановилась перед его кабинетом, пока он просматривал свои книжные полки.

– Какой твой любимый цвет? – задал вопрос он, пробегая пальцами по корешкам книг. Элеонор наблюдала за ним с порога, стараясь не переступить его.

– Не знаю. Думаю, красный.

– Тогда красная кожа.
– Он достал книгу с полки и протянул ей. Теперь она держала, как казалось, новую, никогда прежде не открываемую, католическую Библию в кожаном переплете. Она видела похожую в католическом книжном магазине, куда однажды ее взяла с собой мама. Ей нравилось ощущение кожи, алая обложка, но у нее не было лишних пятидесяти долларов на Библию, особенно когда она не планировала когда-либо читать эту книгу.

– Вы дарите ее мне?

– У меня десятки Библий. Никто не знает, что подарить священнику. У меня есть Библии на всех языках, всех цветов, всех переплетов. Я бы предпочел, чтобы ты пользовалась Библией, чем та стояла на моей полке.

– Она красивая. Может быть, я даже ее прочту.

– Ты должна ее прочесть, - сказал он и прошел мимо нее.
– Пойдем. Время упражнений.

– Еще душевных отжиманий?

– Именно. Сегодня начнем с духовных упражнений.
– Сорен провел ее в святилище и наверх.

– В хорах?

– Здесь уютно. Отличное место для молитвы и размышлений.

«И побыть в одиночестве, чтобы обжиматься как похотливые кролики», - отметила про себя Элеонор, когда они сели на скамью сзади. Никто в святилище не увидит их, даже если будут всматриваться. Ей уже нравились хоры.

– Так что мы будем делать?

– Духовные упражнения идеально выполняются в четырехнедельном молчаливом посте. Так как ты на общественных работах, я не думаю, что нам удастся прекратить твой словесный поток хотя бы на час, не говоря уже о тридцати днях...

– Эй!

– Что?

– Я могу заткнуться, если надо.

– Можешь?

Элеонор обдумала вопрос.

– Ладно, вы правы. Не могу. Продолжайте.

– К счастью, духовные упражнения созданы гибкими. Духовенство и миряне могут извлечь из них пользу. Они разделены на четыре части, и мы начнем с первой недели упражнений.

– Моя душа разминалась добрых десять минут. Она готова.

– Хорошо. Тема первой недели упражнений - благодарность и осознание греха.

– Это две темы.

Сорен поднял палец.

– Отличное замечание. Но ты все же в корне неправа. Во-первых, когда мы так благодарны Богу за все, чем он нас благословил, невозможно не осознавать, насколько мы недостойны Его даров. Когда мы понимаем нашу грешную натуру, мы благодарны Богу за его всепрощение. Эти понятия очень тесно переплетаются. Ты не можешь искренне благодарить без осознания греха. Ты не можешь полностью осознавать грех без благодарности.

– Въехала. В этом есть смысл.

– Хорошо. А теперь мы собираемся поразмышлять над тем, за что мы больше всего благодарны.

– Поразмышлять?

– Эти упражнения должны выполняться в тишине.

– Ненавижу тишину.

– В конечном итоге ты научишься ее любить. К.Л. Льюис говорит: «Рай полон тишины и музыки. В аду другие слышат только шум».

– Я была бы благодарна за музыку.

– Правда?

– Лучше, чем тишина.

Сорен встал и направился к лестнице.

– Куда вы?
– крикнула она ему вслед.

– Ты оставайся здесь и размышляй. А я обеспечу музыку.

– Попробуйте 96,1. Там часто ставят Pearl Jam, - сказала она ему в спину. На мгновение девушка задумалась, какую бы музыку он сыграл для нее. В прошлом году Отец Грег поставил новую музыкальную систему. Они часто ставили CD с гимнами, или кто-то читал молитву с четками во время специальных молитв. Может, ей удастся уговорить его на «Энигму». У них есть грегорианские песнопения. Это же делает их религиозными, верно? Или Мадонну. У Мадонны в основном католическая музыка.

Элеонор услышала музыку, но звуки исходили не из колонок в хорах. Они шли из святилища, позади нее. Она наклонилась вниз и увидела Сорена за пианино. Музыка исходила от него.

Опустившись на колени на балконе, она оперлась подбородком на руки и наблюдала, как пальцы Сорена порхали над клавишами. Она не знала, что он играет, но надеялась, что он никогда не остановится.

«Благодарность, Элли». Она должна думать о благодарности. Что ж, это несложно. Вот она в церкви слушает, как самый красивый мужчина на земле играет на пианино для нее, хотя должна была быть в колонии для несовершеннолетних.

Действительно безумие. Она так облажалась. Адвокат Хелен предупреждала ее в их первый разговор, что, скорее всего, ей выдвинут уголовные обвинения. Она призналась в нескольких уголовных преступлениях. Если им повезет с судьей, ее отправят в колонию. Если им выпадет ревностный судья, она могла бы оказаться в учреждении для взрослых женщин. Каким-то образом все звезды сошлись в ее пользу.

Суд решил отправить ее в колонию, если она будет отвечать на вопросы о ее отце и его операции. И приговор основывался на отсутствии у нее судимостей и семейной ситуации: разведенные родители, мать, работающая на двух работах, и связи отца с мафией. С ее жизнью могло быть покончено, потому что она была недостаточно сильной, чтобы отказать отцу. Но ей выпал шанс все исправить. Теперь у нее был Сорен. Он был ее священником, и, если он выполнит свою часть сделки, однажды он станет для нее гораздо большим. Что она сделала, чтобы заслужить все это?