Чтение онлайн

Над девчонкой мы в общей сложности колдовали часа три с половиной. Я безумно устала, здорово потратилась в плане магии. На Леху и вовсе было больно смотреть. Но шеф справился — к концу операции лисичка дышала почти ровно, кровь больше не теряла, большую часть костей мы ей выправили, а те, что все-таки разлетелись на осколки, по мере возможностей собрали и заключили в магические лубки.

— Все, — устало произнес шеф, закончив с самым сложным. — Оль, зашьешь ее сама?

Я, хоть и едва стояла на ногах, кивнула и привычно перехватила управление над оставшимися инструментами. когда некромант, пошатываясь, вышел из операционной, со смешанным чувством посмотрела на чудом выжившую девчонку.

— Везучая ты, лисичка. Сам бог велел сегодня шефу задержаться на работе, иначе мы бы тебя точно не вытянули.

а, разумеется, не услышала и даже не почувствовала, как санитары перекладывают ее на каталку и увозят в реанимацию. Леха после этого тихонько сполз по стеночке, он был полумертвым от усталости, рубаху на нем можно было выжимать, но в глазах горело мрачное удовлетворение: мы справились. И я его отлично понимала.

Отмывшись и переодевшись, я поплелась обратно в ординаторскую, а затем по палатам — посмотреть на других наших подопечных, но, хвала небесам, остаток смены прошел спокойно. Никто не умер, никому не сделалось хуже, все, кого мы сегодня приняли, уже начали выздоравливать. В операционную меня выдернули всего один раз, где-то часа в четыре утра. И то, ненадолго. Ну а с мелочами дежурные врачи прекрасно справились сами. Даже льберта успели прооперировать, а потом Игорь закончил с Серегой, так что в ближайшие день-два и боящийся клизм оборотень, и склонный к суициду вампир должны были снова встать на ноги.

За это время я успела несколько раз проведать в реанимации девочку со звучной фамилиeй «Лисовская». Звали ее, как следовалo догадаться, Алиса, а по отчеству она была лександровна. Очень типично, кстати, для мохнатиков — брать в миру говорящие фамилии, поэтому всевозможных Волковых, Медведевых, Кабановых и прочих «звериных» личностей у нас водилось в достатке.

Алисе, если верить данным из медицинской базы, недавно исполнилось восемнадцать. на, кстати, оказалась милой девочкой. Всего через час после операции пришла в себя. Почти сразу попыталась заговорить и подняться с постели. Еще через полчаса перестала плакать, узнав, в какую развалину превратилась. И заметно повеселела, когда я заверила, что через пару недель она снова станет прежней. Правда, о том, что случилось на дороге, лисичка ничего толком сказать не смогла, поскольку разговаривать шеф ей строго-настрого запретил. Сломанную челюсть и раздробленные скуловые кости нельзя было тревожить ещё дня три. Да и потом, насколько я поняла из едва заметных движений век и оставшихся целыми пальцев, Алиса мало чем могла помочь следователям: она не видела машины и того, кто сбил ее на улице.

Убедившись, что с девочкой все будет в порядке, я попросила ее не грустить и, закончив дела в отделении, вскоре после обеда собралась домой. Спать. И отдыхать в грядущие выходные. Но когда я вышла из ординаторской, то обнаружила, что перед дверьми в палату реанимации топчутся два здоровенных мордoворота в одинаковых пальто, кoтoрых тщетно пытается вытолкать за дверь молоденькая медсестричка. рядом с ними находился ещё один… нет, не мордоворот, а весьма даже представительный мужчина. Рослый, ничуть не уступающий в ширине плеч телохранителям, но холеный, роскошно одетый и источающий аромат власти оборотень. Судя по ауре, лис. При виде которого я вдруг вспомнила, что где-то уже слышала фамилию «Лисовские», и с беспокойством поняла: появление девочки Алисы могло обернуться для клиники крупными неприятностями.

— Кто вы? Что вам нужно? — строго спросила я, приблизившись к посетителям. Медсестричка при виде меня с облегчением выдохнула и бесследно испарилась: бодаться с наглыми клиентами не входило в ее обязанности. Это была исключительно моя прерогатива. Ну и шефа, конечно, но его я раньше времени тревожить не буду.

Мордовороты (тоже лисы, естественно) при виде меня одновременно усмехнулись, а их хозяин не без раздражения глянул на меня сверху вниз.

— Мoя фамилия Лисовский, — коротко рыкнул он. — В ваше отделение недавно поступила моя дочь. Я должен ее увидеть.

Я прищурилась.

— Я могу взглянуть на ваши документы?

Мужчина скривился, но все-таки выудил из внутреннего кармана пиджака визитку.

«Лисовский Александр Александрович», — гласила вытисненная на дорогой бумаге надпись. — «Генеральный директор группы компаний «Global IT Corporation».

Чуть ниже шел рабочий телефон, сотовый, факс.

Вот блин. Не зря мне его морда показалась знакомой: этого нелюдя частенько показывали по телеку! Он стоял во главе одной из крупнейших российский компаний по разработке и продаже программного обеспечения, а также других сопутствующих товаров. Типа компьютеров, комплектующих, бытовой техники, производственного оборудования и фиг знает чего еще. Огромная торговая группа. Многомиллиардные обороты. У них, говорят, даже оборонка заказы делала. Так что сейчас передо мной стоял очень-очень высокий чело… то есть, нелюдь, с очень большими связями и просто огромным влиянием в незнамо каких кругах.

— Теперь я могу войти? — все ещё раздраженно поинтересовался лис, чуть наклонившись. Меня тут же окутало облако незнакомого, но на редкость приятнoго парфюма. Карие глаза оборотня чуть прищурились, сквозь темную радужку на мгновение проступила звериная желтизна. Ноздри гостя чуть дрогнули, из его глотки вырвалось бархатистое рычание. И…

И это было уже слишком.

— Нет! — отрезала я, с вызовом уставившись на склонившегося надо мной мужчину.

Он недовольно нахмурился.

— Это ещё почему?

— Потому что в больницах существует такая вещь как санитарно-эпидемиологический режим. Здесь не приемная губернатора, а хирургическое отделение, если вы не вы курсе. Поэтому будьте любезны выйти в коридор и подождать лечащего врача там. Я сообщу ему о вашем визите.

Оборотень пару секунд помолчал, изучая меня, как прилипшую к его ботинку жвачку. Непонимание в его глазах отчетливо боролось с раздражением. А когда раздражение все же победило, он негромко рыкнул:

— Как зовут этого врача?

— Вашу дочь оперировал Юрий Иванович Черный, — сухо сообщила я. — Это наш главный врач. Третий этаж. Триста шестой кабинет. Пока он не даст своего разрешения, в реанимацию я вас не пущу.

Один из бодиков все-таки не сдержался: стоило мне открыть дверь в оперблок, как амбал метнулся следом, но был немедленно отброшен защитным заклинанием.

— Шеф, она зачарована, — хмуро сообщил он, так и не сумев проникнуть внутрь.

Я недобро сузила глаза.

— Разумеется. А если вы, господа, попробуете туда войти и притащите на своих ботинках кучу бацилл, то господин Лисовский получит судебный иск. Скорее всего, не один. И с высокой степенью вероятности потеряет дочь, которой совершенно не нужен сейчас бактериальный сепсис.

Гендиректор «Global IT Corporation» ожег телохранителя ледяным взглядом, и мордоворот счел за лучшее испариться. Второй тоже долго ждать не стал и, едва шеф отвернулся, тоже слинял. Сам же господин Лисовский какое-то время холодно изучал мою физиономию. когда мне это надоело, и я собралась захлопнуть перед его носом дверь, коротко бросил:

— Подготовьте документы на перевод. Я забираю Алису из вашей клиники и перевожу ее в другое лечебное учреждение.

— Тогда вам потребуется реанимобиль и медицинское сопровождение, — так же сухо сообщила я.