Василий да Марья
Шрифт:
А вокруг раскинулось огромное бесконечное море. И из самого дальнего далека, от самого черного морского горизонта бежала ко мне, вся разбрызганная на маленькие блестки, лунная дорожка. Так и хотелось ступить на нее босыми ногами и всласть набегаться, позвенеть этим серебром.
Утром в порту Хельсинки мы выехали из чрева парома.
На пирсе увидел я Мишина в группе людей, подошел, чтобы попрощаться.
— Это Павел, наш пассажир и мой попутчик, — представил он меня. — А это, прошу познакомиться, — и он указал на статную моложавую женщину, — моя жена, моя Марьюшка, Мария Ивановна.
Еще рядом с Мишиным стояла молоденькая, эффектная, похожая на него женщина. Она держала на руках мальчишку лет двух от роду.
Василий Николаевич обнял ее за плечи и представил:
— Это моя дочь, Алена Васильевна, она же — Аленький цветочек.
— А это наш внучек, Вася-Василечек, — вмешалась в разговор Мария Ивановна и пощекотала Васину пятку. Тот улыбнулся и погрозил бабушке пальчиком.
И от радости встречи у всех стоял веселый блеск в глазах.
Потом мы с женой Мариной поехали в Питер.
Я вкратце рассказал ей эту историю.
Марина задумалась, а потом сказала:
— Ты заметил, какие у них радостные лица. Это счастливая вечная семья!
А я ехал и думал: «Какие испытания может вынести человек на пути к нормальной жизни!» И почему-то больше всего было радостно за внука Васю. Он родился в хорошей семье.