В тени граната
Шрифт:
Брайан и Комптон обменялись взглядами. Восторг отца при виде своего сына? Возможно. Но оба — и Брайан, и Комптон — подумали о том, как воспримет королева известие о существовании этого маленького ребенка.
Генрих призвал весь двор в поместье, которое незадолго до этого купил для Бесси Блаунт. Там проходило крещение его сына.
Церемония должна быть пышной, потому что он хотел, чтобы все знали: раз он так радостно приветствует появление на свет своего сына, то и все должны радоваться.
На церемонии была и одна гостья, которую, по мнению многих, было жестоко приглашать. Она приехала, бледная и отрешенная, сильно состарившаяся после своей последней беременности.
Бедная Катарина! Как печально, что она, после стольких беременностей, смогла произвести на свет одну-единственную дочь, а Бесси Блаунт подарила королю здорового сына.
Она привезла с собой подарки для ребенка. Она не выказывала обиды, потому что поняла, что лучше скрывать свои чувства.
Король, казалось, не понимал, какому унижению он ее подвергает, казалось, он вообще ее не замечает.
И когда спросили, какое имя будет дано новорожденному, сам Генрих звучным голосом, который услышали все присутствующие, ответил:
— Имя этого ребенка — Генрих Фицрой.
Говоря это, он смотрел на Катарину. Та испугалась. Она всегда знала, что по природе он жесток, но теперь она прочла его мысли: «Ты видишь, у меня может быть сын. Но не от жены. Вот мой мальчик... мой здоровый мальчик. Разве не странно, что ты столько раз пыталась и неудачно? Не потому ли, что небеса недовольны нашим браком? Не потому ли, жена моя? Моя жена!»
Теперь ее кошмары стали явью. Это были уже не смутные призраки.
По его голубым глазам она видела, что он размышляет.
Катарина подумала: «Я королева. Никто не может это изменить. И я не стану отвечать ему взглядом на взгляд, потому что боюсь увидеть свое будущее».
Она находилась здесь, в поместье, купленном им для своей любовницы, присутствовала на крещении его единственного сына, рожденного этой любовницей.
Пока что она королева Англии. Дальше этого она не станет заглядывать.