Шрифт:
Пролог
По бугристым стенам змеились все новые и новые складки. Пол под ногами еще пару минут назад казался незыблемым, каменным, но теперь он вибрировал. Это живое дрожание недвусмысленно намекнуло сталкерам, что им пора отступать. Но люди и без всяких намеков уже отлично поняли, что самое время спасать свои тела и души.
– Уходим! Уходим! – во весь голос повторял тот из них, что находился дальше всех от выхода.
Остальные, направив стволы автоматов, винтовок и пистолетов в сумрачную глубину тоннеля, не медля ни секунды, убирались прочь. Не рискуя отвернуть лица от угрозы, наползающей из тьмы, они передвигались спинами вперед.
Низкое гудение усиливалось. Скоро басовитый рокот заглушит слитный, буравящий уши и мозги писк множества мелких тварей…
– Сейчас рухнет! – почти запаниковал один из сталкеров.
– Огонь! – скомандовал тот, что находился дальше всех от выхода.
В следующее мгновение пули, пронзая сырой, спертый воздух, впились в мохнатенькие тельца вискунов. Мутанты валились на пол и устилали его своими разорванными тушками.
– Их слишком много!!! – истерически выкрикнул кто-то из стрелков.
Вискуны несли огромные потери, но продолжали напирать. Сталкеры вынужденно пятились к выходу, сразу за которым – отвесный спуск и такой же подъем. Выбраться из пещеры можно было только по «обезьяньим хвостам», но альпинистские креп-системы, смотанные после внедрения группы в пещеру, еще надо успеть снова размотать и заякорить… Вискуны вряд ли позволят это сделать.
Люди продолжали расстреливать бывших комаров, желая продать свои жизни по самой высокой цене. Неожиданно один из сталкеров прекратил стрельбу и скользнул к правой кромке выхода. Выхватив скалоруб, с его помощью он переместился наружу. Выбросил себя на отвесную стенку, выдернул из тоннеля… который оказался не простой каменной пещерой, а смертельной ловушкой.
– Плевать на вас… в Зоне каждый сам за себя… – едва слышно приговаривал он, другой рукой сдергивая с пояса моток шнура. Только вот его бормотание никто не слышал, конечно. Да и без всяких слов для бывших товарищей с этой секунды он как бы перестал существовать.
Прочие сталкеры продолжали группироваться у выхода и вести огонь на поражение. Они не сдавались.
– Уходите! – крикнул мужчина, который ранее углублялся в пещеру первым из всех, а теперь превратился в замыкающего. – Я задержу их!
– Размечтался, – сухо бросил другой сталкер.
Тот, что предложил уходить, посмотрел на него и ухмыльнулся понимающе. У этих двоих явно были схожие представления о том, как должен себя вести человек в экстремальных ситуациях.
Этот другой сталкер прекратил стрельбу. Он зачем-то обернулся и, стоя на краю выхода, смотрел вниз, в глубину пропасти, разделявшей пещерный зев и горизонтал уровня, расположенного ниже. Несколько мгновений бродяга Зоны пристально всматривался в наружную серость, а затем подскочил на месте и издал нечленораздельный, но явно радостный вопль.
Стремясь перекрыть грохот выстрелов, пронзительное зудение вискунов и нарастающее гудение оживших, колышущихся поверхностей «кишки», что еще пару минут тому назад казались каменными стенами, он заорал во всю глотку:
– Амба отменяется!!! Все за мной!!!
После этого отчаянного призыва сталкер забросил свой автомат за плечо и без малейшего колебания выпрыгнул из псевдопещеры… прямо туда, в разверзшуюся за проемом пропасть.
До троих сталкеров дошло сразу, что случилось, но еще двое были слишком увлечены ходом боестолкновения. Прыгнувший рухнул вниз, и вначале он падал оброненным камнем, но – вдруг резко завис в воздухе и начал загребать его, словно пловец воду. Трое, узревшие эту поразительную картину, не сговариваясь, хором выругались от облегчения, используя практически одни и те же слова.
– Горелый! Пеца! Прыгаем! – крикнул один из них увлекшимся стрельбой сотоварищам, которые уже готовились схватиться с вискунами чуть ли не врукопашную. Эти двое, узревшие картину не сразу, тотчас обернулись… и добавили свои голоса в хор, исполнивший матерную оду радости.
Пара секунд, и в сужающемся, прямо на глазах схлопывающемся проеме никого из людей больше не осталось! Лишь клубящаяся масса злобно визжащих тварей, вызывая вполне определенную ассоциацию с отходами метаболизма, подступала к выходной трещине «слепой кишки», дальней родственницы жуткой хармонтской «мясорубки».
У этой Зоны свои гнусные смертельные ловушки, и еще поди разберись, чей кошмар покруче будет, тамошний подкожно-жуткий или здешний, «расейский», откровенно беспощадный.
…Сталкер с белыми, как первый снег, усами, развел руками и ошалело покрутил головой.
– Ну, ты даешь, Сом! – восхищенно высказался он. Тот, кто только что шел в каменные недра первым, а затем предлагал прикрывать отход группы. Как и подобает настоящему лидеру группы.
– Я не даю, Мороз, – напарник, названный Сомом, затаенно улыбнулся. – Я вижу.
– Тралы-фалы, в башке не укладывается, что ты засек «воздушную воду» с первого взгляда, но живы мы все благодаря тебе…
– Все? – Сом оглядел товарищей по рейду, всех пятерых, и негромко добавил: – Кажись, седьмого не хватает.
– В нашей группе шестеро, – сурово отрезал Горелый, коренастый мужчина с давними ожогами на правой щеке и лбу.
– Туда ему и дорога, ёпэрэсэтэ! – Еще один сталкер, самый большой по габаритам в группе, резко вскинул руку и резанул по горлу ребром ладони, обтянутой перчаткой. – Падлой буду, сразу почуял, что он гнилой, этот Базя…
– Пеца, тебе лишь бы кого обгадить… – буркнул Мороз.
– Еще нет. Вон там застрял, – обронил молчавший до этого Кореец, парень лет двадцати пяти, среднего роста и комплекции. Прозвали его так бесхитростно, но по существу – он действительно был из русских корейцев.
– Ага, точно! Вот он, вот, болтается… – приложившись глазом к прицелу своей снайперской винтовки, подтвердил еще один.
Пятого сотоварища Сома звали Чипс, он был мал ростом и тщедушен, но жилист и вынослив, как мул. Хотя вряд ли кто в этой части страны, территория которой окружала Зону, того мула видал живьем, а не на рисунках и фотках. И скорей уж Чипса можно было бы сравнивать с ишаком или ослом, особенно если учесть кое-какой физиологический параметр коротышки, но попробовал бы кто такое сравнение ляпнуть вслух! Копыт у мелкого сталкера не было, конечно, зато прикладом в зубы зарядить он мог без колебаний. Этот типчик вообще мог себя вести дерзко, будто иногда задавался целью стать ходячей иллюстрацией поговорки «мал, да удал». А еще у него имелась черта, иногда досаждавшая спутникам, – он имел обыкновение выдавать нудные комментарии по самым разным поводам…