Шрифт:
Алан Маршалл
В ПОЛДЕНЬ НА УЛИЦЕ
Перевод Н. Лосевой
Инкассатор положил деньги в карман и сказал кассиру:
– В который это раз я приезжаю, конца нет.
– Да, - сказал кассир. Он сосредоточенно отсчитывал монеты, мелькавшие между его пальцами, и не поднял головы.
– Конечно.
Инкассатор попрощался и толкнул одну из вращающихся дверей, выходивших на главную улицу. В банк ворвался грохот трамвая. Инкассатор вышел из двери и вдруг остановился как вкопанный на верхней ступени каменной лестницы, спускавшейся к тротуару.
Внизу парень в кожаном фартуке опускал на нижнюю ступеньку девушку, безжизненно повисшую у него, на руках. Его товарищ, курчавый паренек, упершись руками в колени, весь подался вперед и смотрел на них, не отрывая глаз.
Парень, державший девушку, широко расставил ноги, чтобы сохранить равновесие. Он сжал губы и затаил дыхание, напрягаясь под тяжестью ее тела. Осторожно опустив девушку на ступеньку, он обхватил рукой ее плечи, чтобы удержать в сидячем положении. Голова девушки упала на грудь. Руки повисли как плети, согнутыми пальцами касаясь ступеньки.
На тротуаре возле нее валялся красный кошелек.
Заметив инкассатора, парень в кожаном фартуке почувствовал облегчение. Он беспомощно взглянул на него. Оттого, что он смотрел вверх, лоб его наморщился и лицо казалось страдальческим.
– Она вот тут стояла, - сказал он.
– Стоит себе, а потом возьми да упади. Я на нее гляжу, а она как грохнется!
Быстрыми шажками подошла худенькая женщина в очках. Она опустила плетеную сумку и бумажный сверток на тротуар у ног девушки.
– Положи ее, - сказала она поспешно.
– Запрокинь ей голову, назад запрокинь. Не отпускай.
Парень в кожаном фартуке сделал все, как она велела. Он очень старался. По его лицу было видно, как он рад, что с него сняли ответственность.
– Раздобудь воды, - сказала женщина. Она с тревогой смотрела на девушку.
– Воды!
– крикнул парень, торопливо подзывая своего товарища.
Курчавый паренек в нерешительности посмотрел по сторонам.
– Воды?
– пробормотал он.
– Конечно, воды надо бы.
– В банк сбегай, - сказал инкассатор, радуясь возможности чем-нибудь помочь.
Паренек побежал в банк.
Девушка полулежала, касаясь головой края верхней ступеньки, и парню в кожаном фартуке видно было ее запрокинутое горло; казалось, это нежное тело обречено на заклание.
Глаза девушки были закрыты, в лице ни кровинки, она едва дышала. Ноги ее свисали со ступенек, упираясь высокими каблуками в тротуар. Спустившаяся петля на чулке была затянута толстой коричневой ниткой.
Худенькая женщина, склонившись над девушкой, смотрела ей в лицо с острой жалостью.
На противоположном тротуаре столпился народ. Толпа стояла молчаливая, сосредоточенная. Некоторые перешептывались, склоняясь друг к другу, остальные пристально смотрели на девушку, не говоря ни слова.
На тротуаре перед банком людей собралось еще больше. Мальчишка с велосипедом остановился и, не слезая с седла, опустил одну ногу на тротуар. Он жевал резинку и не сводил глаз с девушки. Его охватило приятное возбуждение. Шутка ли! Работа рассыльного такая скучная и неинтересная, а тут настоящая жизнь.
Возле мальчишки стоял тучный мужчина с трубкой в зубах. У него был вид философа, нашедшего подтверждение какой-то мысли, давно созревшей в его мозгу.
Чиркнув спичкой, он поднес ее к трубке и продолжал наблюдать за девушкой поверх огонька. Потом вынул трубку изо рта и выпустил струйку дыма, растаявшую над головами. Обращаясь к толпе, он глубокомысленно изрек:
– Всегда одна и та же история. Не раз видал.
Никто не обратил на него внимания, только мальчишка на велосипеде вдруг с интересом взглянул в его сторону, в своей неопытности жадно ловя слова, которые просветили и вразумили бы его.
Паренек, бегавший в банк, вернулся со стаканом воды. Он протянул его худенькой женщине, которая схватила стакан с радостным возгласом.
– Приподыми ей голову, - сказала она парню в кожаном фартуке.
Тот действовал быстро и сосредоточенно, как бы говоря всем своим видом, что в такой критический момент нельзя медлить.
Он приподнял голову девушки и повернул ее лицом к молчаливой группе людей. Казалось, оно обвиняло их, это лицо, застывшее и скорбное, лишенное всяких чувств, с пугающей печатью покоя.
Худенькая женщина поднесла стакан к губам девушки, но зубы ее были стиснуты, и вода потекла на подбородок.
Лицо инкассатора брезгливо сморщилось.
– Не пьет, - сказала худенькая женщина. Ее опыт ничего больше не мог ей подсказать. Она посмотрела на инкассатора, взглядом передавая ему ответственности? которая была ей не под силу.
Инкассатор вдруг ощутил полную беспомощность. Он чувствовал себя словно в ловушке, не зная, что ему делать и какого решения от него ожидают.
– Смочите ей лоб, - неуверенно сказал он, смутно припоминая совет, который вычитал или слышал когда-то.
– Всегда одна и та же история, - прогудел мужчина с трубкой.
– Не раз видал.
Сквозь толпу протиснулась толстуха с хозяйственной сумкой, которая покоилась на ее жирном животе. Поставив сумку на тротуар, она шагнула к девушке с решительным видом воина, идущего в бой.
– Когда падают в обморок, надо запястье оборачивать мокрой тряпкой, сказала она худенькой женщине тоном, не терпящим возражений.