Чтение онлайн

Поначалу он даже проникся к ней.

Во-первых, внешне, что уж скрывать, она ему очень понравилась. Неприступная, грациозная, с безупречной осанкой, точёными ножками и взглядом богини. Любовался бы и любовался. И не только...

Он даже интересовался у коллег, замужем ли это чудо, на что ему ответили:

– Да кто ж её возьмёт?

Ну а во-вторых, взыграло извечное желание встать на сторону «слабого» и всеми порицаемого, ибо толпой на одного – последнее дело. Правда, желание это играло недолго.

– Не надоело, – встревал он в бесконечные обсуждения «старухи», – перемывать ей косточки? Ну, чесслово, как скамеечные бабки. Слушать противно.

– Ну и не слушай, – огрызались одни.

– Выслужиться хочешь? – подозревали вторые. – Ну-ну…

– Ты поработай подольше, и мы посмотрим, как ты запоёшь, – снисходительно замечали третьи.

Прошёл месяц с копейками, как он устроился.

Сентябрь изводил своим непостоянством: то жарило, как в разгаре лета, то заливало холодными дождями. Погода порой менялась по несколько раз на дню. Не велика беда – если за рулём, но его любимчик Опель так некстати вдруг забарахлил. Потому пришлось оставить машину у приятеля в сервисе и на работу добираться своим ходом.

«Ничего, – думал Андрей, – это даже удовольствие – утром пройтись, подышать свежим воздухом, взбодриться…».

Взбодрился ещё как! Он просто забыл, каково это – штурмовать маршрутку в час пик, когда и расталкивать народ стыдно, и ехать надо. Но с горем пополам всё же втиснулся, а на своей остановке еле вырвался.

Ну а почти у самого здания – осталось только дорогу перейти – его настигла неприятность в виде чёрного Прадо, который, игнорируя пешеходный переход, промчался мимо и, подняв гигантский веер брызг, обдал его с ног до головы грязной водой.

Брюки, рубашку, пиджак – можно было сразу сдавать в химчистку. И самому – прямиком в душ.

Прадо тем временем лихо завернул на парковку перед офисом. Ну а лихачом оказалась Елена Эдуардовна, собственной персоной.

Как мог, Андрей замыл грязные пятна с костюма и ботинок, но белая рубашка была изгажена непоправимо. Неуютно, некрасиво, но что поделать?

Вышел из уборной и, какой уж есть, отправился к себе в отдел. И, конечно, столкнулся в коридоре с Еленой Эдуардовной.

Директор бегло осмотрела его и даже, кажется, слегка скривилась.

– Вы кто? – спросила резко.

– Батурин Андрей, отдел рекламы, – мрачно ответил он, сдерживая порыв запахнуть полы пиджака и спрятать бурые разводы и потёки. В тот момент она ещё ему нравилась.

– В самом деле? – она вздёрнула тёмную, идеальной формы бровь. – А я уж испугалась, что к нам сюда бомж забрёл. Вы что, в подворотне ночевали? Почему в таком виде?!

Мимо торопливо проскакивали сослуживцы. Их, конечно, снедало любопытство, но страх попасть под горячую руку был сильнее.

Андрей вспыхнул – да что она себе позволяет?

– Почему я в таком виде? – сурово повторил он, подбоченясь. – А я скажу, почему! Потому что одна…

– Вопрос был риторический, – перебила она его. – Меня совершенно не волнуют ваши «почему». Ещё раз явитесь на работу в непотребном виде – уволю.

Выдав сию тираду, Елена Эдуардовна обогнула Андрея, просто опешившего от такой наглости, и уверенно пошагала дальше.

С тех пор он невзлюбил её, как и все. Думал даже – это её ещё пощадили, окрестив старухой. Он бы нашёл словечко позабористее. Ну да ладно, старуха так старуха.

За прошедшие месяцы она лишь усилила плохое впечатление о себе.

Стыдно было вспомнить, что когда-то он заглядывался на неё как мальчишка, мечтал и на полном серьёзе планировал познакомиться поближе.

Вообще, пересекались они не часто. Андрей ведь кто? Сошка, крохотный винтик во всём этом сложноподчинённом организме с гордым названием: финансово-строительный холдинг «Новый Рим».

Таких, как он на планёрки и диспетчерские к директору не гоняют. Задания спускают через третьи, а то и пятые руки. Отчитывается он перед начальником отдела. В столовую, пристроенную к их зданию, Елена Эдуардовна, разумеется, не заглядывает – местное меню ей явно не по вкусу. Да и не к лицу такой особе обедать с простым людом.

На общей неохраняемой парковке перед зданием она свою машину ставила редко – заезжала во внутренний двор, обнесённый металлической оградой.

Словом, на рабочей территории существовали они параллельно, что – к счастью, ибо век бы её не видать.

Но иной раз эти параллельные всё же выписывали неожиданные зигзаги, и он сталкивался с ней на лестнице, в фойе, в коридоре. Сразу мрачнел и напрягался.

Обычно Елена Эдуардовна проходила мимо, не замечая его. Но случалось, бросала взгляд, быстрый и цепкий, и высказывала что-нибудь в духе: «Что за нелепый галстук? У вас вкус вообще есть?» или «Что за вальяжная походка? Вы тут работаете или по коридорам гуляете?».

И всякий раз при этом спрашивала: «Вы у нас кто?».

Андрей на это больше всего злился – ну плевать тебе, как зовут твоих сотрудников, так не спрашивай. А не плевать – так запоминай.

Поначалу он честно, хоть и с диким раздражением, отвечал. В конце концов не выдержал – вспылил: «Знакомились уже!». Она аж растерялась, захлопала глазами.

Неприязнь к ней тихо тлела, пока Андрей её не видел, и вспыхивала с новой силой после каждой такой стычки. Ну и коллеги в отделе не давали про неё забыть.

Вот и сейчас – душой он уже вырвался прочь с ненавистной работы, уже мчался домой на всех парусах, и меньше всего ему хотелось в пятничный вечер слушать про неё. Но остальные приготовились жадно внимать, какое ещё преступление против народа совершила Старуха.

– А что случилось? – спросили несколько человек в унисон.

– Да отчёт ей, видите ли, мой не понравился, – пожаловалась Люба. – Вызвала меня сейчас и отчитала, как двоечницу. Безмозглой обозвала! Какое она право имеет оскорблять меня?! Ну и велела всё переделать. Причём немедленно. А я обещала Вадику быть дома пораньше, мы с ним должны к свекрови на юбилей поехать. Он точно меня не простит. А свекровь так вообще потом изживёт, она и так меня еле терпит, – Люба всхлипнула. – И зачем, скажите на милость, Старухе этот отчёт прямо сейчас, в пятницу вечером? Что она с ним в выходные делать будет?