Чтение онлайн

Он повернулся и, толкнув дверь, сразу вышел на улицу. Было уже совсем темно, только горящий фонарь образовывал возле участка качающийся светлый круг на пыльной мостовой.

Отойдя на несколько шагов, мужчина остановился и оглянулся. Одно из окон в доме растворилось, оттуда вылетели клубы дыма. Чей-то мужской сиплый голос пел песню, раздавался смех. Весь этот шум резко прозвучал на тихой улице и сразу смолк, потому что кто-то с силой захлопнул окно изнутри.

— Пируете? — сказал мужчина. — Пируете, сволочи. — Он погрозил кулаком в направлении участка. Ноги у него дрожали от пережитого волненья.

— Шофер выкинул из машины, — сказал он. — Теперь бандиты побили.

Он оглянулся по сторонам, думая о том, что нужно как можно скорее выбираться из этого города, охваченного войной. Ему уже расхотелось есть. Он решил переспать где-нибудь до утра, а затем сразу уехать на товарном поезде или на любом транспорте, который ему попадется. Он пошел по улице, высматривая уголок, где можно спрятаться так, чтобы его не схватили еще раз.

Его действительно взяли снова после полуночи. До этого он около двух часов просидел на опилках в каком-то сарае. Почти всё это время рядом на улице не прекращалось движение — раздавались чьи-то шаги, иногда — полицейские свистки. Мужчина устал, ему хотелось пить. Когда на улице стихло, он выбрался наружу.

Он уже напился воды у колонки и возвращался по длинной узкой улице к своему сараю, как вдруг услышал позади полицейский пронзительный свисток. Он хотел бежать, но впереди раздался другой, и он увидел бегущую к нему огромную фигуру полицейского.

Он сразу решил не сопротивляться, чтобы не получить дубинкой по голове, и остановился ожидая.

Двое полисменов подбежали к нему почти одновременно с разных сторон. Первый схватил его за шиворот, второй замахнулся дубинкой.

— А ну, вынь руки из карманов!

Мужчина быстро вытащил руки.

— Что здесь делаешь? — спросил, тяжело дыша, первый.

— Ничего не делаю. Попал в этот город случайно и хочу как можно скорее выбраться.

— Документы есть?

Мужчина вытащил из кармана бумажник. Полисмен долго рассматривал его демобилизационное свидетельство.

— Где последний раз работал?

— В Мемфисе.

— Бродяга?

Мужчина пожал плечами:

— Станешь бродягой, раз работы нет.

Полисмен похлопывал бумажником по ладони.

— Здесь тебя можно устроить на работу, — он прищурился.

— Куда? — спросил мужчина. — На текстильный, где забастовка?

Полисмен кивнул.

— Там сейчас можно хорошо заработать.

— А кирпичом по голове не заработаешь, когда будешь идти через проходную? — спросил мужчина и покачал головой. — Это мне не подходит.

— Смотри, какая собака, — сказал другой полисмен. — Не хочет на текстильный. Давай возьмем его в участок, ему там ребята дадут под ребра, — он передумает.

Первый полисмен сунул бумажник мужчине.

— Возьми. Пошли с нами.

— Меня уже проверяли, — сказал мужчина, — проверяли у вас тут в участке часа два назад. — Я еще раз не пойду.

— Давай, давай, — полисмен толкнул его кулаком в спину.

Они повели его, но не назад к тому участку, где он был, а в другую сторону. Они прошли несколько улиц. Было тихо. Мужчине казалось, что город уснул, наконец, но это было не так.

Когда они вышли на широкую, скудно освещенную улицу, левую сторону которой образовывал бесконечный кирпичный забор, оба полисмена сразу остановились.

— Эй, Джад, смотри, — шепнул один.

Метрах в пятидесяти от них при бледном свете фонаря была видна маленькая фигурка мальчишки. Он держал в одной руке ведерко с краской, а другой старательно вырисовывал что-то на стене большой кистью.

— Это уж наш, — шепнул один полисмен другому. — Надо поймать.

— А этого бросим?

— Чорт с ним. Пусть идет.

Они оставили мужчину и начали на цыпочках красться к мальчишке.

От одной ненависти к полисменам мужчина хотел, чтобы тот убежал. Он набрал было воздуха, чтобы громко кашлянуть, но, подумав о тяжелых дубинках, не решился.

Мальчишка, увлеченный своей работой, не оглядывался, пока полисмены не подошли метров на двадцать. Услыхав, наконец, осторожные шаги, он повернулся, увидев обоих, бросил ведерко и кисть и пустился бежать.

Грохая сапогами по мостовой, полисмены ринулись за ним. Тихая улица огласилась топотом, свистками и криками. Мальчишка и преследователи добежали до переулка на правой стороне улицы и скрылись за поворотом. Крики и свистки покатились дальше.

Мужчина постоял полминуты на месте.

— Опять вляпался, — сказал он и плюнул.

Медленно он дошел до надписи, которую делал убежавший мальчишка. По кирпичам ползли большие неровные белые буквы: «Помогай текстильщикам! Борись против полицейской жес…» Надпись была не окончена.

Мужчина постоял около стены, затем махнул рукой.

«Чорт с ним! Надо уходить отсюда».

Быстрым шагом он пошел обратно по улице. Крики и свистки, почти совсем затихшие, вдруг опять начали приближаться. Мужчина остановился прислушиваясь. Справа от него была глухая кирпичная стена, слева — стандартные деревянные дома. Топот и крики неслись теперь прямо к нему. Очевидно, мальчишка, обогнув теперь один из домов, кинулся обратно.

Не раздумывая больше, мужчина свернул в переулок между домами и пустился бегом.

Он не пробежал и ста метров, как услышал сзади легкие шаги. Мальчишка бежал в том же направлении, что и он, догоняя его. Они побежали рядом. Двое полисменов отстали, но тотчас же возникла новая опасность.

Едва они миновали какой-то переулок, как из него выскочило двое в штатском.

— Стой! Стой! Застрелю.

— Бандиты, — сказал мальчишка, тяжело дыша. Светлые волосы его растрепались. Полы большого, не по росту, пиджака развевались по ветру.