Шрифт:
Декабрь 2019 года выдался холодным и неприятным. Снег даже не предвиделся, а ветер гулял по улицам Москвы, буквально сбивая прохожих с ног.
Геля подошла к окну и вздохнула. «Никакого намека на снег, на сказку, на волшебство», – тихонько прошептала она.
– Что задумалась, Ангелина Михайловна? – спросил главный врач, входя в ординаторскую.
– Хочу настоящую зиму, Алексей Петрович, – ответила Геля.
– За настоящей зимой, голубушка, надобно ехать в Сибирь.
– Знаю, но Вы же меня не отпустите!
– Сейчас работы мало, могу и отпустить.
– Это шутка. Я точно знаю, что раньше законного отпуска я никуда не сдвинусь.
– Молодец, все понимаешь. А работы, слава Богу, у нас действительно мало. Из двенадцати палат только три заняты. И то диагнозы не для моих исследований.
– Радуйтесь, Алексей Петрович. Люди не болеют, и нам приятно.
– Да я радуюсь, радуюсь, – задумчиво ответил врач.
Геля поняла, что его что-то тревожит.
– Алексей Петрович, а китайский вирус до нас доберется, как думаете?
– Конечно, нет. Смотри меньше телевизор и не читай новости в интернете.
– Я бы с радостью его изучила, но встречаться с эпидемией не хочу, – сказала Геля и посмотрела главврачу в глаза. Тревожность, которая отражалась на его лице, испугала девушку. Она поняла, что врач не так уж и уверен в том, что сам сказал минуту назад.
– Ты чего домой не идешь? Смена закончилась час назад, – спросил Алексей Петрович.
– Я Юру жду.
– Понятно. Любовь-морковь. Хочешь, в одну смену вас поставлю?
– Нет, не нужно. Пусть работает спокойно, – улыбнулась Геля.
Главврач тоже улыбнулся и попрощался с девушкой.
Через несколько минут дверь снова открылась, и Геля увидела своего жениха. Юра был инфекционистом, что называется «от Бога». Алексей Петрович видел в нем своего приемника. Как-то он сказал Геле, что если он и доверит кому-то отделение, то только Юрию Владимировичу. Геле было приятно это слышать. Любовь возникла между ними практически сразу. Раньше она придерживалась мнения, что о любви «с первого взгляда» говорить смешно и даже пошло. Но когда Юра впервые год назад зашел в ординаторскую и был представлен главврачом коллективу отделения, Геля поняла, что она пропала. Она сразу утонула в его больших карих глазах и необычной для ее восприятия мужской красоте. Сама Геля была хорошим врачом, но то, как работал Юра, ее потрясло. Казалось, что нет ни одного вопроса по теме, на который он бы не мог ответить. Геля не ревновала его к работе. Она спокойно относилась к тому, что ее жених был умнее и опытнее. Геля вообще придерживалась мнения, что мужчина и должен быть выше по положению. Роман у них закрутился бурный и красивый. В отделении Юра ни на кого вообще не обращал внимания. Со всеми девушками, кто хотел с ним сблизиться, он был мил, деликатен и терпелив, но не более. За год работы в отделении он ни разу не дал своей девушке усомниться в его верности.
– Юрка, наконец-то! Я уже не знала, что и думать!
– Пробки, ты же знаешь! – спокойно ответил Юра и подхватил Гелю на руки.
– Поедем домой! – сказал Геля.
– А поужинать не хочешь в нашем любимом ресторане?
– Нет, я хочу домой.
– Значит – домой!
…
Геля вздрогнула и проснулась. «Ну и сон!» – подумала она и встала с кровати.
Кошмары ее не мучили с детства. Геля помнила то время, когда мама водила ее к разным врачам, чтобы понять, что не так с дочерью.
Днём это был обычный ребёнок, который не испытывал никакой тревожности, но как только Геля засыпала, то маме было не до сна. Геля постоянно подскакивала с кровати и кричала. Мама садилась с ней и рассказывала ей разные истории. Как только дочь засыпала, мама уходила в свою комнату, а через некоторое время все повторялась.
Больше всего маму пугало то, что Геля видела вещие кошмары.
Сначала она увидела пожар в их доме, а через неделю их сосед погиб в огне в собственной квартире. Он был интеллигентным пожилым человеком, не выпивал, никого в дом не водил, хотя и жил один. В ту ночь что-то случилось с проводкой, и он просто не проснулся, когда огонь уже захватил всю квартиру, так и задохнулся во сне.
Потом Геля увидела во сне свою тетю, которая разговаривала с ней вся в крови, а через неделю мамина сестра попала в аварию и погибла.
Такие сны не были постоянными, но маму все равно это очень тревожило. Геля была маленькой и не задумывалась об этом. Утром она уже не вспоминала, как плакала ночью и чувствовала себя прекрасно. Все обследования, на которые ее водили родители, не показали абсолютно ничего подозрительного.
«Неужели это все вернулось?» – спросила себя Геля.
Она прошла на кухню и заглянула в аптечку.
Выпив успокоительное, она снова легла в кровать. Юра не проснулся, чему Геля была очень рада. Она не хотела ему признаваться в том, что у нее есть какие-то проблемы со здоровьем.
…
Ее снова испугал сон.
Она бежала по коридору своей больницы и звала кого-то на помощь. Никто не отозвался, а главврач, выглянув из своего кабинета, спокойно сказал ей: «Я говорил тебе, что нужно ехать в Сибирь, там много снега».
– Какого снега? – кричала Геля. –У нас беда! За ночь скончался уже четвёртый больной.
– И что? Кому суждено, тот и умрет – опять спокойно сказал врач.
Геля заплакала и стала звать на помощь дежурную медсестру. Заглянув в ординаторскую, она увидела ее на полу. Девушка не подавала признаков жизни.
Юра протянул руку и дотронулся до Гелиного лица.
– Ты почему не спишь? – спросил он.
– Я хотела пить.
– Пить по ночам? Сахар проверь.
– Юр, выключи доктора. Со мной все нормально, мне не нужен врач, мне нужен молодой и красивый человек.
– Кто бы это мог быть? – загадочно спросил Юра.
– Я подумаю, – ответила Геля и забралась в крепкие Юрины объятия. Через несколько минут она погрузилась в глубокий сон.
Самолет был уже в небе, Геля в ужасе оборачивалась на сидящих вокруг людей, все они прятали лица под масками. И только одно вертелось у нее в голове – успеть вовремя. Если она не успеет, то всему конец. Она закрыла глаза и услышала голос бортпроводницы. Та объявляла о скорой посадке. Когда Геля вновь открыла глаза, то вокруг нее никого не было.