Чтение онлайн

Когда глаза приспособились к полумраку, Марика разглядела сидящую за столом седовласую косматую женщину и едва не попятилась: старуха точно сошла со страниц библиотечной книжки о древних сказаниях, почивших в историю народов мира. Под кустистыми бровями глаза-буравчики — яркие и пронзительные, не по-старушечьи внимательные. В углу деревянная лавка, под лавкой разных размеров высокие сапоги, обтянутые мехом, (все потертые и разношенные), на доске, служившей седалищем, приваленный к стене грязно-бежевый рюкзак, покрытый пятнами.

Марике показалось, что она попала в потусторонний мир: за стенами сверкающие высокие небоскребы, новомодные супермаркеты, дорогие авто и занимающиеся бизнесом люди, а здесь затхлость, пропахшие воском стены, тишина (если не считать свистящего дыхания из-за стола) и старинное барахло, в беспорядке развешанное по стенам и рассованное по углам.

Ей, одетой в легкую блузку от Наррано и белые хлопковые брюки, сделалось неуютно. Почти страшно

— Это вы звонили с утра? — скрипучим голосом спросила бабка.

Марика кивнула. Все сильнее хотелось выскочить обратно за дверь — как Комиссия могла быть связана с «этим»? Даже самый примитивный офис смотрелся бы куда приличнее, чем затесавшийся в тупике сруб с «каргой» внутри.

Карга тем временем смотрела на Марику с полнейшим равнодушием.

— Теплую одежду принесли?

У ног с шорохом лег объемистый пакет.

— Да, тут зимняя обувь, штаны, кофты и шуба…

— Шуба?

Старуха цокнула языком и покачала головой, мол, и где вас берут, таких безмозглых?

— Но вы же говорили, возьмите, что потеплее.

Скрипнул рассохшийся стул — «администраторша» вылезла из-за стола, приблизилась и крючковатым пальцем указала на мешок.

— Покажите.

Марика не стала выказывать удивления, просто вывалила вещи на пол — свернутая на дне шуба приземлилась поверх кучи с мягким шорохом.

Бабка принялась деловито рыться в вещах, будто принимала подачку для беженцев.

— Так, шубу оставите здесь, не пригодится, только испортите, обувь тоже не подойдет, кофту наденете на себя, штаны поверх колгот, белье переложите в рюкзак.

Куча превратилась в комковатый блин из разбросанной по полу одежды; Марике захотелось топнуть ногой — как можно так обращаться с чужими вещами, тем более дорогими? Да одни эти штаны стоят, как весь этот затхлый домишко!

Спорить, тем не менее, она не решилась.

— Вещи отнесете обратно в машину. Вы же на машине? — Удовлетворившись кивком, бабка направилась обратно к столу. — Оставите машину на парковке, вернетесь сюда и получите дальнейшие инструкции. Все понятно?

— Понятно.

Марика принялась собирать «отбракованное» обратно в пакет.

Десятью минутами позже вопросы возобновились.

— А что еще в рюкзаке?

— Инструменты, которые помогут в прохождении. Рыться в нем будете позже! — Бабка повысила голос, Марика застыла, так и не расстегнув верхний пластмассовый зажим. Под пристальным взглядом натянула лямки обратно на плечи и скуксилась, вдыхая запах толстовки, что ей выдали вместо отправившейся в багажник машины шубы. Толстовка оказалась широковатой в плечах и невыносимо теплой — вдоль позвоночника потекли струйки пота.

— Пять желаний. Вы сказали, что у вас пять желаний, поэтому вот, я выдаю вам пять семечек («Вот, жадина! — говорили глаза-буравчики. — Вот ты с собой еще намаешься!»). Бережно храните их в отдельном кармашке. Придет время, и вы узнаете, куда и зачем их нужно помещать, а пока не потеряйте! Если потеряете, пеняйте только на себя, Уровень для вас ничего не исполнит. И помните, желания можно передавать другим. Если вы, конечно, встретите этих самых других…

Меховые сапоги, натянутые поверх двух пар носков, казались гирями; зимние ботиночки на каблуках старая ведьма забраковала.

Марика мысленно потрескивала от ярости: тащиться на Уровень в чужих шмотках, с рюкзаком, в котором не пойми что лежит, да еще и желания отдавать? Ну, уж не бывать этому! Можете не беспокоиться, глаза выцарапает, но не отдаст.

— Про кнопку экстренной эвакуации помните? Желания четко сформулировали? Как пройдете (бабке, очевидно, хотелось сказать «если», но притянутая за поводок вежливость одержала верх), вернетесь в это же самое помещение и счастливо поедете домой. Все понятно?

Понятно было не все, но вопросы по поводу того, что именно ожидает на Уровне, администраторша пресекла на корню.

— Так, форму вы подписали, когда заполняли ее… семечки я вам дала… — Узловатый палец почесал кончик длинного носа. — …рюкзак выдала, одежду и обувь тоже. Вот вроде бы и все. В путь.

Марика почувствовала, что вновь трусит, посмотрела на невысокую деревянную дверь и вросла в пол. Ладони сделались клейкими, сердце загрохотало с отчаянием.

Что там? Куда она ведет?

Пальцы сжали мешочек с семечками — решимости прибавилось. Вот оно, ради чего. Хорошие желания, чудесные, просто золотые. Она не отступится теперь, когда их осуществление так близко. Не здесь, на пороге, не за ним.

— Дадите какой-нибудь совет на дорогу?

Бабка поджала губы и покачала головой.

Ну, и ладно. Сама.

Марика сделала шаг вперед и потянула за металлическое кольцо — толстокорые деревянные врата заскрипели, поддаваясь.

Когда очередная претендентка на завоевание мира исчезла за дверью, седовласая распорядительница по имени Изольда Штамм какое-то время покачивалась на стуле, смотрела прямо перед собой и крутила в пальцах изогнутую скрепку.

На стене привычно тикали высокие старинные часы, ходил из стороны в сторону тяжелый маятник. Через десять минут раздастся глубокий бархатный «бом», а за ним еще один.