Угнанное пианино
Шрифт:
Вероника бросилась открывать, краем глаза успев заметить, что Антоша подобрался к зеркалу и с довольным видом в нем себя разглядывает.
На пороге стоял Артурчик, держал в руках букет крупных роз и лучезарно улыбался. Наступил миг настоящего женского счастья для Вероники… Она тоже улыбнулась. Но вспомнила про своего первого посетителя. И улыбка исчезла с ее лица…
– Привет, Артур, – пробормотала девочка.
– Здравствуй, Вероничка… – встряхнув благоухающий букет, произнес Артур. – Это тебе. Поздравляю.
– Спасибо! – кивнула Вероника, не чувствуя той радости, какую она ждала вот уже несколько дней, едва узнала о предстоящем свидании. – Артур, я так ждала тебя, но…
В этот момент из комнаты, дверь в которую была закрыта, выскочил Антон Мыльченко в полосатой пижаме.
– И она не мнется, смотри! – воскликнул он, прыгая козликом. – Я специально на диване повалялся.
Восьмиклассник Артур опешил. Конечно, он Антона узнал – да и кто в их школе не знает старика Мыльченко?
– А это что такое? – хмыкнул Артур. – Вероника, что это у тебя тут Гуманоид по квартире скачет?
Антошу с детских лет дразнили Гуманоидом – за все, чем отличалась от остальных его многогранная личность. Поэтому Антон великодушно не обижался на свое межпланетное прозвище. И даже гордился им – в порывах поэтической или вселенской грусти.
– Артур, понимаешь, он пришел меня поздравить… – начала оправдываться Вероника. – Он вообще-то мой одноклассник.
Веронике показалось, что не так уж сильно Артур и против того, чтобы Антоша поздравлял ее на правах нейтрального одноклассника. Ей сразу стало легче.
– А во что это он одет? – вот что заинтересовало сейчас Артура, и он принялся внимательно разглядывать поэта. – То ли во что-то дамское, то ли в тюремное… Что, Гуманоид, теперь так и живешь – небо в клеточку, друзья в полосочку?
– Ты ничего не понимаешь, Артур, – презрительно качнул помпоном Антоша. – Это самая модная пижама сезона. Французская! Мой подарок Веронике.
Вот тут-то и началось то, чего бедная девочка боялась больше всего.
– Ты уже принимаешь в подарок пижамки, да, Вероника? А также другие предметы туалета. Очень мило, – проговорил Артур, ехидно прищуриваясь.
– Артур, понимаешь… – Вероника растерянно посмотрела на Артура, потом оглянулась на Гуманоида.
– Понимаю… – Артур тоже пристально посмотрел на Антошу, и голос его стал зловещим. – А что, Гуманоид, ты думаешь, что моя девушка Вероника Кеник примет в подарок твой клоунский костюм?
– Да, – с достоинством ответил Антоша, и Вероника посмотрела на него уважительно. – Примет. Потому что эта пижамка…
– Такого же бесконечно дебильного цвета, как ты сам, – рявкнул Артурчик, который заметил уважительный Вероникин взгляд в сторону Антона.
– Артур! Что ты говоришь? – обиделась Вероника.
– Ах, ты за него еще и заступаешься. Здорово. А я тут как раз к французской пижамке духи французские тебе хотел презентовать… – с этими словами расстроенный Артур полез в карман, вытащил коробочку духов, вынул из нее флакончик, взболтал его, отвинтил крышку и посмотрел жидкость на свет. – Остается эти духи только выпить… Куда они в сравнении с таким шикарным подарочком прекрасного Гуманоида…
Артур горестно вздохнул, но духи пить не стал.
«А я бы выпил, – глядя на него, подумал Антоша. – Ради женщины. Проблема-то».
После этих мужественных мыслей он сразу почувствовал себя увереннее. Преимущество у него появилось. Антошка сам поднялся в собственных глазах.
– А что, Артур, ты считаешь, что я не могу Веронике подарок на Восьмое марта сделать?
– Можешь, можешь… – с угрозой в голосе проговорил Артур.
Вероника испугалась. Драки в доме с тортом и свечами ей не хотелось.
– Артур, он неожиданно пришел… – начала Вероника.
– Значит, так же неожиданно и уйдет! – без тени сомнения заявил Артур.
Но уж с этим Антон Мыльченко был совершенно не согласен! Пусть он мальчик хилый, малорослый, неспортивный. Но не трус!
– Это чегой-то? Я первый в гости пришел! – бодрым петушком крикнул Антон.
Но Артур, крупный восьмиклассник, парень своей девушки, уже разозлился по-крупному. У него в данный момент тоже было важное свидание, к которому он готовился не менее тщательно, чем Вероника.
– Ты портишь мне настроение, Гуманоид, – медленно проговорил он, засучивая рукава и наступая на Антошу. – Нечего тут мелькать.
– Но-но! – подпрыгнул Антон. – Не толкайся!
Артур не захотел больше вести с непрошеным гостем переговоров, а потому, несколько раз толкнув Антошку в грудь, допинал его таким манером до двери.
– Артур! Не надо так! Ты что его толкаешь? – возмущалась Вероника, бросаясь вслед за ним. Но Артур ничего не слышал.
– Давай-давай! Выкатывайся, Гуманоид, из квартиры! – одной рукой схватив Антона за шиворот, а другой – открывая дверь, решительно заявил Артур.
– Ты не имеешь права! – возмущался Антоша, дрыгая ногами.
С этими словами он вылетел из квартиры. Дверь захлопнулась. Антоша оказался на лестничной площадке совсем один.
– Пустите! – закричал он, прыгая на резиновом коврике. – Я же в тапочках!
– Проветрись, герой! – насмешливо донеслось из-за двери.
Антон Мыльченко заметался, принялся возить по двери длинными рукавами пижамы, предназначенными, как он сам утверждал, не позволить ободрать что-нибудь своими ногтями. А так хотелось Антоше все драть сейчас в ярости, рвать, метать, негодовать! Вот, значит, как с ним, да?..