Убийца ищет убийцу
Шрифт:
Когда-то майор госбезопасности Владимир Крестов служил вместе с Никитиным в отделе внешних операций и помотался с ним по свету немало… Внешних операций у госбезопасности хватало… В Сальвадоре они вдвоем с Никитиным разработали операцию по ограблению Национального банка… взяли тогда миллионов сто долларов… Два рюкзака долларами набили… Правда, хорошего из этого ничего не вышло… В руках подержали только.
Даже сейчас Крестный почувствовал старую, хроническую обиду на всех своих бывших сослуживцев по КГБ, которую он испытал, когда они взяли его с деньгами в аэропорту столицы Гватемалы. Он уже готовился расплатиться за старенький, но вполне надежный небольшой самолетик, который ему согласился втридорога продать вышедший в отставку летчик, прослуживший пятнадцать лет в Колумбии, патрулируя самые глухие районы, а заодно и наркотики иногда подбрасывая за хорошее вознаграждение, и вернувшийся в Гватемалу на своем частном самолете…
Тогда Крестов тоже ошибся, оставил Никитина в живых, когда деньги были уже у них на руках… А в результате, не сумел воспользоваться этим полумиллиардом франков. Никитин, придя в себя после удара по лбу пистолетом и увидев, что Крестова след простыл, настучал на него начальству. Крестова, конечно, взяли, но отделался он легко. Руководителем Южно-американской сети госбезопасности был тогда друг Никитина — Романовский. Он помог Никитину отмазаться от ограбления банка, а попутно пришлось отмазывать и Крестова… Деньги вот только отобрали все, до копейки, и они, конечно же, так и канули в неизвестность на счетах комитета госбезопасности… Романовский уверял, что отвез их в Мехико. Позже он обмолвился, что на эти деньги лет десять можно финансировать весь их штат в Западной Европе, все операции внешней разведки…
Беда в том, что сценарий ограбления «Интегралбанка» был почти точной копией той сальвадорской операции, только адаптированной к российским условиям… И Крестный имел все основания предполагать, что Никитин понял по развитию событий, чем они должны были завершиться, вычислил банк, на который должен был нацелиться Крестный… Остальное — дело техники…
Так что Иван был здесь ни при чем… Чем больше об этом думал Крестный, тем меньше допускал мысль, что Иван его «кинул» или сам «лажанулся»…
При чем был Никитин, занимающий с недавнего времени должность руководителя ФСБ. Генерал-майор Никитин. Тварь ментовская…
«Так, значит… Эти деньги накрылись, — уже в который раз констатировал Крестный сам для себя итоги неудавшейся операции по изъятию из России кредита, направленного в нее международным валютным фондом, — Ну и хер с ними! Нужно срочно придумать что-то еще. Ну, это не проблема. Деньги сейчас в России есть, а раз так, значит их можно взять. И я возьму, нет таких денег, к которым я не смог бы найти подхода. Но мне нужен Иван… Без него мне денег не взять… И теперь Иван будет моим…»
Крестный вспомнил взрыв, устроенный им в высотке на площади Восстания и довольно потер руки. Вот это, действительно — удачно!
Он налил себе еще стакан «хванчкары», с удовольствием выпил, поковырял вилкой салат… Потом откинулся на стуле и начал спокойно и обстоятельно вспоминать по порядку сегодняшнее утро…
Утро для Крестного было необычным.
Он своими руками убил сегодня человека. И даже не одного…
Это было событием для него.
Посылая убивать других, приговаривая к смерти сотни людей, убийства которых заказывали его клиенты, сам он убил фактически всего трех человек за много лет своей жизни в Москве в качестве одного из самых крутых, но мало кому известных лично авторитетов… Слышали о нем многие, знали — лишь несколько человек, через которых он получал заказы и деньги… Это была тайная, но, пожалуй, наиболее влиятельная фигура московского криминалитета, часто играющая главную роль в полных убийств и похищений криминальных партиях, разыгрываемых в столице.
А сегодня он сам провел ликвидацию.
И не кого-нибудь, а своего главного на сегодняшний день противника — Надьки, этой драной бабенки, забравшей себе слишком много влияния на Ивана. Крестный ее чуть было не шлепнул однажды, но…
Он поморщился.
Стрелять в живого человека для него было слишком страшно… Эта кровь… Этот вытекающий из прострелянной головы мозг…
Стоило все это только представить, как на него бешенными собаками набрасывались мысли о собственной смерти… Такой же, но еще более страшной…
А сегодня прошло как нельзя лучше…
Он даже и не видел ничего. А воображение свое он сумел обуздать. Смерть, которая наступает мгновенно, так, что человек не успевает даже осознать, что происходит… А потом все дотла сгорает в пожаре, неизбежно возникающем после взрыва… Такой конец не казался Крестному страшным. К тому же, смерть к Надьке пришла неожиданно, она умерла улыбаясь, с приятной мыслью о том, что Иван ее любит и заботится о ней… Хотя на этот раз о ней позаботился Крестный. Очень хорошо позаботился…
…Самое трудное было выследить, где Иван отлеживается, где прячет свою Надьку…
Квартира в высотке на площади Восстания была неизвестна Крестному лишь до вчерашнего вечера. Это была тайная берлога Ивана, где он отлеживался после заказанных Крестным ликвидаций или террактов, справляясь со своими воспоминаниями, со своей ненавистью к жизни… Чечня вновь забирала его к себе и не отпускала на улицы Москвы, порой, по несколько суток, а то и неделю… Иван день и ночь валялся на стареньком диванчике, не в силах вырваться из перемалывающих его вновь и вновь воспоминаний…
Крестный был уверен, что где-то в Москве у Ивана есть такая квартира. Но где?
Найти в десятимиллионной Москве человека, который очень не хочет быть найденным, это, знаете ли, «простенькая» такая задачка, с которой ни один в мире Шерлок Холмс не справится…
Но Крестный рассудил по-житейски…
После того, как он не сумел застрелить Надьку в ее собственной квартире у метро Октябрьская, она должна была туда хоть пару раз, но наведаться. Ну, чтобы шмотье свое какое-нибудь забрать…
Один раз она там уже появлялась, выяснил Крестный у старушек, постоянно торчащих во дворе, замечающих все и всех, знающих все обо всех и помнящих то, что знают… Ее видели как раз в тот день, когда у Крестного с Иваном сорвалось ограбление банка… А потом мужик какой-то за ней зашел, вместе и ушли…
Крестный сразу понял, что это Иван, и аж зубами заскрипел от досады… Ищи теперь… Но потом расспросил, что в руках у них было, и успокоился. Старушки ответственно заявляли, что Надька с мужиком налегке шли, в руках ничего не было…