Убик
Шрифт:
– Да, – сказал Джо.
– Вот твой ключ, – она вложила ему в руку холодный металлический предмет и сжала его пальцы. – Держи хвост пистолетом, как говорят в этом тридцать девятом. А еще тут говорят: самый вкусный сыр лежит в мышеловке… – Она выпрямилась, постояла, разглядывая его, а потом повернулась и быстро пошла через холл к лифту. Нажала кнопку. Створки двери разошлись, потом сошлись. Пат исчезла.
Сжимая ключ, Джо медленно распрямился – насколько позволил холод. Опираясь о стену, он стал медленно, шаг за шагом, продвигаться по коридору. Пот заливал глаза, и непонятно было, то ли в коридоре просто не горит свет, то ли глаза утратили способность видеть.
Наконец, он добрался до первой двери – ползущая закорючка. Поднял голову. Увидел номер. Нет, не тот.
Он пополз дальше.
Он дополз.
Теперь нужно распрямиться настолько, чтобы можно было вставить ключ в скважину. Это усилие отняло все, что еще оставалось, ноги подогнулись, и Джо упал лицом на пыльную ковровую дорожку. Он лежал, вдыхая запах тлена, распада, равнодушной смерти. Мне никогда не подняться, подумал он.
И все-таки он поднялся. Здесь его могли увидеть.
Повиснув на дверной ручке, он слепо совал ключ туда, где мог быть замок. Как только ключ повернется, дверь распахнется и пропустит его внутрь, он упадет, захлопнет дверь за собой… Потом ему удастся как-нибудь доползти до кровати.
Замок заскрежетал, язычок сдвинулся, и дверь распахнулась. Джо рухнул головой вперед, успев вытянуть руки. Рисунок на ковре: зигзаги, узоры, цветы – все красное с золотом, но уже изрядно потертое. Очень старый ковер, подумал Джо, лежа на нем и почти не чувствуя боли, старый номер, старый дом… наверное, когда его строили, действительно использовали те допотопные лифты в виде железных клеток…
Он долго лежал без движения, потом шевельнулся, будто кто-то позвал его. Подтянул колени, уперся руками… Боже, это мои руки! Узловатые, покрытые желтой пергаментной кожей, как гузка пережаренной индейки… нечеловеческая кожа, в зачатках перьев, будто меня отбросило на миллионы лет, превратив в ящера с кожными перепонками вместо крыльев…
Открыв глаза, он огляделся в поисках кровати. Он увидел окно, из которого сочился серый свет. Маленький столик на тонких кривых ножках. Кровать… облезлые деревянные спинки с медными шарами по краям… всему этому тысяча лет. Как же я хочу лечь на нее! Он рванулся вперед, бессильно скребя ковер локтями и коленями…
…и тут увидел наконец сидящего в глубоком кресле человека. Молчаливого наблюдателя. Он подумал так, и, словно отозвавшись на эту его мысль, человек встал и подошел к нему.
Это был Глен Рансайтер.
– Извини, я не мог помочь тебе раньше – не хотел, чтобы она меня увидела, – сказал Рансайтер. Лицо его было сурово. – Я очень опасался, что она войдет за тобой, и тогда появились бы серьезные проблемы… – Он наклонился, подхватил Джо и поставил его на ноги так легко, будто веса в нем совсем не осталось. – Поговорим позже. А пока… – Он подхватил Джо на руки, перенес через комнату и опустил в кресло, в котором до этого сидел. – Продержись еще пару секунд, я запру дверь. Вдруг она изменит свои планы?
– Да, – сказал Джо.
Рансайтер подскочил к двери, повернул ключ и тут же вернулся к Джо. Открыв ящичек туалетного столика, он достал аэрозольный баллончик с ярко разрисованной этикеткой.
– Это «Убик», – сказал он. – Все, что могу…
Встряхнув баллончик, он направил струю на Джо. Воздух засверкал, будто в нем высвобождались спрятанные частицы света. Солнечный блеск озарил полутемный гостиничный номер…
– Тебе лучше? – с тревогой спросил Рансайтер. – Он действует мгновенно. Ты уже должен почувствовать…
Глава 14
Это не просто упаковка, сохраняющая запах продуктов. Это четырехслойное пластиковое покрытие «Убик»!Это гарантия сохранения свежести, воздуха-и водонепроницаемости! Давайте поставим небольшой эксперимент…
– У тебя найдется сигарета? – спросил Джо. Голос его подрагивал, но уже не от холода и не от слабости. Я просто нервничаю, подумал он. Но уже не умираю. «Убик» остановил этот процесс…
Как, собственно, и говорил Рансайтер в том рекламном ролике. Найдешь «Убик» – и все будет хорошо… Но поиски заняли слишком много времени.
– Без фильтра, – сказал Рансайтер. – Здесь еще не додумались до сигарет с фильтром. Держи, – он протянул Джо пачку «Кэмела». – Сейчас дам огня, – он зажег спичку.
– Свежие, – удивился Джо.
– А какие же, черт возьми? Боже мой, да я же купил их только утром. Мы погрузились достаточно глубоко, период скисших сливок и истлевших сигарет прошел… вернее сказать, мы прошли его. – Он закурил и устроился поудобнее. Его глаза неподвижно смотрели куда-то, совсем не отражая света. – В этом-то и разница…
А он устал, подумал Джо. Хотя, пожалуй, не так, как я…
– Остальным ты можешь помочь? – спросил он.
– У меня только один баллончик, – сказал Рансайтер. – И большую его часть я уже израсходовал на тебя… – он в отчаянии махнул рукой и сжал пальцы, чтобы скрыть их дрожь. – Мои возможности ничтожны, все, что мог, я уже сделал. Я старался пробиться к вам – к каждому. Я ловил любой шанс. Я использовал малейшую возможность. Делал все, что мог, – слишком мало. Почти ничего… – он замолчал, тяжело дыша.
– Эти граффити… на стенах?.. – начал Джо. – Ты писал, что мы умерли, а ты живой…
– Да, я живой, – сказал Рансайтер отрывисто.
– А мы – умерли?
Помолчав, Рансайтер кивнул:
– Да.
– Но в том ролике…
– Понимаешь, нужно было подтолкнуть тебя. Направить на поиски «Убика». Так и получилось: ты принялся гоняться за ним. Я все время пытался тебе его подсунуть, но ты же видел, что происходило: она успевала сместить вас еще глубже в прошлое. «Убик» тоже смещался, становился бесполезным, и все, что мне удавалось – это передавать тебе коротенькие записочки… – Рансайтер направил на Джо свой толстый указательный палец, как бы желая подчеркнуть значимость своих слов: —Ты пойми, чему мне приходилось противостоять! Той самой силе, которая подхватила вас всех и уничтожала одного за другим! Вообще удивительно, что мне удалось сделать хотя бы это…