Творения, Хлебников Велимир

Творения

на обложку

Хлебников Велимир

Шрифт:

<1911>

39 . "Мои глаза бредут, как осень…"

Мои глаза бредут, как осень,По лиц чужим полям,Но я хочу сказать вам — мира осям * :«Не позволям * ».Хотел, бы шляхтичем на сейме,Руку положив на рукоятку сабли,Тому, отсвет желаний чей мы,Крикнуть, чтоб узы воль * ослабли.Так ясневельможный пан Сапега * ,В гневе изумленном возрастая,Видит, как на плечо белее снегаМеха надеты горностая.И падает, шатаясь, панНа обагренный свой жупан…

<1911>

40 . Сон лихача

Зачем я сломилТело и крылоЛетевшей бабурки * ?Плачет селоНад могилой девчурки.

<1911>

41 . "Как два согнутые кинжала…"

Как два согнутые кинжала,Вонзились в небо тополя,И, как усопшая, лежалаКругом широкая земля.Брошен в сумрак и тоску,Белый дворец стоит одинок.И вот к золотому спуска песку,Шумя, пристает одинокий челнок.И дева пройдет при встрече,Объемлема власами своими,И руки положит на плечи,И, смеясь, произносится имя.И она его для нежного досугаУводит, в багряный одетого руб * ,А утром скатывает в море подругаЕго счастливый заколотый труп.

<1911>

42 . "Очи Оки…"

Очи ОкиБлещут вдали.

<1911–1912>

43 . "Наш кочень очень озабочен…"

Наш кочень * очень озабочен:Нож отточен, точен очень!

<1911–1912>

44 . "Когда над полем зеленеет…"

Когда над полем зеленеетСтеклянный вечер, след зари,И небо, бледное вдали,Вблизи задумчиво синеет,Когда широкая золаУгасшего кострищаНад входом в звездное кладбищеОгня ворота возвела, —Тогда на белую свечу,Мчась по текучему лучу,Летит без воли мотылек.Он грудью пламени коснется,В волне огнистой окунется,Гляди, гляди, и мертвый лег.

1911–1912

45 . "Снежно-могучая краса…"

Снежно-могучая красаС красивым сном широких глаз,Твоя полночная косаПредстала мне в безумный час.Как обольстителен и черенСплетенный радостью венок,Его оставил, верно, ворон,В полете долгом одинок.И стана белый этот снегНе для того ли строго пышен,Чтоб человеку человекБыл звук миров, был песнью слышен.

1911–1912

46 . Ирония встреч

Ты высокомерно улыбнуласьНа робкий приступ слов осадыИ ты пошла, не оглянулась,Полна задумчивой досады.Да! Дерзко королеву просить склонитьБлеск гордых губ.Теперь я встретился. Угодно изменитьСудьбе тебя: ты изучала старый труп.

<1912>

47 . "Зеленый леший — бух лесиный…"

Зеленый леший — бух* лесиныйТочил свирель,Качались дикие осины,Стенала благостная ель.Лесным пахучим медомПомазал кончик дняИ, руку протянув, мне лед дал,Обманывая меня.И глаз его — тоски сосулек —Я не выносил упорный взгляд:В них что-то просит, что-то сулитВ упор представшего меня.Вздымались руки-грабли,Качалася кудельИ тела стан в морщинах дряблый,И синяя видель.Я был ненароком, спеша,Мои млады лета,И, хитро подмигнув, лешакТолкнул меня: «Туда?»

<1912?>

48 . "Когда умирают кони, дышат…"

Когда умирают кони — дышат,Когда умирают травы — сохнут,Когда умирают солнца — они гаснут,Когда умирают люди — поют песни.

<1912>

49 . "Закон качелей велит…"

Закон качелей велитИметь обувь то широкую, то узкую.Времени то ночью, то днем,А владыками земли быть то носорогу, то человеку.

<1912>

50 . "Сон — то сосед снега весной…"

Сон — то сосед снега * весной,То левое непрочное правительство в какой-то думе.Коса то украшает темя, спускаясь на плечи, то косит траву.Мера то полна овса, то волхвует словом.

<1912>

51 . "Когда рога оленя подымаются над зеленью…"

Когда рога оленя подымаются над зеленью,Они кажутся засохшее дерево.Когда сердце н<о>чери * обнажено в словах,Бают: он безумен.

<1912>

52 . Па-люди

Птица, стремясь ввысь,Летит к небу,Панна, стремясь ввысь,Носит высокие каблуки.Когда у меня нет обуви,Я иду на рынок и покупаю ее.Когда у кого-нибудь нет носу,Он покупает воску.Когда у народа нет души,Он идет к соседнемуИ за плату приобретает ее —Он, лишенный души!..

<1912>

53 . "Я победил: теперь вести…"

Я победил: теперь вестиНароды серые я буду.В ресницах, вера, заблести,Вера, помощница чуду.Куда? Отвечу без торговли:Из той осоки * , чем я выше,Народ, как дом, лишенный кровли,Воздвигнет стены в меру крыши.

Лето 1912