Чтение онлайн

В блиндаж вбегает солдат.

– Товарищ старший лейтенант. Чечены парламентера выслали.

– Вот черт. Летчик сиди здесь, я сейчас.

Через двадцать минут Травкин возвращается.

– Три часа отдыха.

– Что такое?

– Им надо трупы забрать.

Миша пришел в себя. Я сижу на нарах в его ногах.

– Как мы здесь очутились?
– спрашивает он.

– Стингер задел наш вертолет.

– Я же имитаторы включил...

– Ты все сделал правильно, но не повезло... Я говорил с медиком. У тебя два перелома ребер и вывихнуто плечо.

– Знаю. Ребята говорят..., вам там тяжело...

– Паршиво. Подмога застряла и не может подойти.

– Ты мне автомат, на всякий случай, подкинь...

– Хорошо. У нас патронов мало. Дам только один рожок.

К вечеру опять началась атака и тут знакомый гул прорвался с небес. Почти задевая землю шли мои вертолеты. Дудаевцы сразу запрыгали и я увидел, как земля вздыбилась на их позициях. Вертолеты улетели на базу, а у нас изредка постреливают.

– Теперь, будут зализывать раны, - говорит Шпора.
– Как плечо?

– Болит.

– Ты посиди здесь, чечены очухаются часа через два.

Я прислоняюсь к стенке окопа и дремлю. И вдруг кто-то закричал.

– Машины. Машины пошли.

Солдаты выскочили на бруствер.

– Что происходит?
– удивляюсь я.

– Это значит чечены ушли и движение на дорогах восстанавливается. Пошли первые легковушки.

– По моему, - рядом стоит Шпора, - наши наконец то прорвались и идут сюда.

Действительно через час первые разведчики появились у блокпоста.

Снова я у своих. На первых порах, подлечиваюсь и жду, когда пришлют новый вертолет. Боря уже летает и мне приходиться встречать и провожать своих друзей. По прежнему жаркие дебаты в курилке.

– Ну как так можно, - возмущается Воронов, - какой то паразит Басаев, Радуев могут уничтожать наших женщин и детей, прикрываться нашим мирным населением, а мы должны здесь посылать каждому бандиту поцелуй, когда он идет в обнимку с чеченской бабой.

– Самое смешное, - поддерживает Тихомиров, - американцы, англичане и французы только пожурили бандитов за эти рейды, а у нас за убитую дохлую корову сразу вой на всю вселенную.

– А наши то хороши. Вся эта депутатская сволочь полезла в заложники к бандитам. Ах, какой трогательный жест, бедному бандиту надо уйти на свою территорию.

– Бить их надо гадов. Не должно быть пощады, раз эта женщина прикрывает юбкой бандита, она сообщница бандита, всех под корень... Они наших женщин, мы их тоже...

– Это что за разговоры, - в дверях стоит полковник Колосов, - и не думайте об этом.

Мы молчим.

– В этой глупой войне самыми лучшими оказались летчики и мы не должны ронять планку лучших. Да бывали неудачи, попадало и мирному населению, но мы старались не делать этого. Всем ясно?

Мы опять молчим.

– Значит ясно, раз молчите. Сережа, - он поворачивается ко мне, - там приехала комиссия по мечети, пойдем отбиваться.

– Сережа, мы все с тобой, - кричит мне в спину Боря.

Даже Вася распрямил жестко руку, посылая мне салют.

Шесть человек сидят за столом и едят меня глазами. Один военный, один известный демократ, остальные представились, как видные общественные деятели. Полковник Колосов сидит за мной.

– Старший лейтенант, - говорит военный, - расскажите как вы сбили мечеть?

– Так. Навели на цель и сбил.

– Что значит, так? Вы что не знали, что мечеть мирный объект, почитаемый народом Чечни.

– Наверно народ Чечни плохо почитает ее, раз позволил с нее расстреливать из пулемета и снайперских винтовок наших солдат и офицеров.

Теперь возмущается демократ и сидящие рядом общественные деятели.

– Как можно с таким настроением воевать?
– кричит демократ.
– Вы люди военные и должны были снять зарвавшихся бандитов другим путем, а вы нашли простой путь, взяли снесли мечеть и все.

– Мне бы так хотелось, что бы вы, в то время, были среди этих солдат на земле и, сидя под пулями, порассуждали с ними, как одним плевком можно было снять вооруженных бандитов с башни.

Все немеют. Демократ наливается краской и взрывается.

– Каждый должен быть на своем месте. Мне кажется, что вы не на своем. Профессиональный военный не позволит себе воевать с мирным населением и с их культовыми зданиями.

Остальные загалдели и понесли такую чушь, что мне совсем расхотелось с ними разговаривать.

– Старший лейтенант, - возмущается военный, - вы сами осознаете, что вы своими действиями наносите вред России?

– Мне иногда кажется, что эта возня с несчастным населением Чечни не стоит и выеденного яйца. Никто из вас не понимает, что население давно воюет с нами и эти истерические крики об их уничтожении, обыкновенное не понимание ситуации в этом районе. Тот, кто не знает истины, тот обыкновенный... болтун.

Теперь зловещая тишина.

– Мне кажется все ясно, - тянет демократ.
– Мы не будем вас задерживать, лейтенант.

Я выхожу из комнаты. И слышу как полковник Колосов заступается за меня.

– Старший лейтенант, самый лучший офицер части...

Дверь захлопывается. Правы наши офицеры, когда политика вторгается в армию, это не армия...

В курилке все встречают меня напряженно.

– Ну как?
– спрашивает Боря.

– Плохо, наверно уволят.

– Теперь увольняет не военный министр, а задрипанный депутат, который съездил с Басаевым в одном автобусе, - злобно говорит майор.

Все галдят. Через десять минут появляется Колосов и отзывает меня в сторону.