Шрифт:
Головин изловчился и извиваясь на полу, как червяк, сумел лечь поперек лифтовой двери. Моника в ярости рванула «паутину», что было сил и та не выдержала. У Головина высвободилась правая рука и он мгновенно выхватил из под подола похитительницы ее собственный пистолет.
Направив его на Монику он попытался выстрелить, однако та проигнорировала опасность и за руку втащила его в кабину.
Створки закрылись и лифт поехал вниз.
– А ты молодец, – хрипло обронила она, забирая пистолет и возвращая его под юбку. – Только это оружие с личной активацией. Оно работает лишь в руке хозяина.
Кабина остановилась, створки разошлись и Моника с прежней решимостью поволокла Головина через холл, где уже дрались уцелевший капитан Лидс и двое каких-то громил.
1
Длинна коридоров в «Шинкаренко фудс» напомнила Головину о космической станции, на которой он гостил вопреки своей воле.
– Идите по галерее «2В» и вы не промахнетесь! – с энтузиазмом сообщила женщина из отдела кадров, которая пару дней назад отказал ему в месте, сославшись на его акцент. А теперь, за этот же акцент его взяли на работу.
Наконец, Головин нашел нужную ему дверь с табличкой на которой было написано – начальник службы безопасности Тичер М. Холидей. Головин робко постучал, он еще помнил строгого начбеза Феликса с которым приходилось работать у криминального босса.
– Заходите! – послышалось из кабинета и толкнув дверь он оказался в просторной, скромно обставленной комнате.
Из мебели имелись лишь пара рабочих столов, несколько шкафов и небольшая серверная стойка в которой, видимо и хранились все секреты службы безопасности компании.
– Марк Головин? – спросил сидевший за столом широкоплечий мужчина лет тридцати пяти со слегка не симметричным лицом. Головину сразу подумалось, что это бывший военный, который, наверное, был когда-то ранен.
– Так точно, – кивнул Головин.
– Присаживайтесь, – сказал Холидей, пристально глядя на гостя и на то, как тот двигался садясь на стул и устраивался на нем.
– Спасибо, – поблагодарил Головин, чувствуя, как стул под ними меняет конфигурацию, едва слышно подвывая исполнительными механизмами.
– В вашем случае у меня сложная задача, Марк Головин, руководство настаивает на скорейшем приеме вас на работу, а я должен иметь время на проверку каждого работника компании. Понимаете меня?
– Да, сэр, понимаю, – кивнул Головин.
– Но я ничего о вас не знаю. В наших архивах, которые распространяются на всю каденцию «альфа-северо-восток» о вас нет никакой информации. Вероятно потому, что вы прибыли издалека.
– Да, я прибыл с Манговезии, сэр.
– Манговезия, это… Бетта-юг-запад?
– Нет, это другой уровень каденций. Тут у вас линейная карта каденций, а уже начиная с измерительного вектора «омега», карта складывается в полярную систему координат, – с готовностью пояснил Головин и даже сам слегка удивился, что до сих пор много чего помнил из множества пройденных им дисциплин.
– А ты, значит, в навигации разбираешься? – слегка озадаченно спросил Холидей.
– Совсем немного. Не доучился.
– А почему не доучился?
Головин вздохнул, понимая, что пора признаться в чем-то не очень опасном.
– Я пытался сэкономить на обувной лицензии. Купил поддельную, но меня и прихватили. А в экономической зоне с этим строго, пришлось бежать.
– Обувная лицензия? – недоверчиво переспросил Холидей, чуть сморщившись от чего его лицо стало выглядеть еще более несимметричным. – Такое разве бывает?
– Да, сэр. И еще на верхнюю одежду. Но там копеечная была, а вот на обувь – дорогая.
– А сюда как попал?
Головин вздохнул.
– Сэр, это очень длинная история из нескольких этапов. Вы действительно обязаны ее выслушать или вам будет достаточно проверки каких-то архивов? Ну, тех, в которые заносят объявленных в розыск преступников.
– Рассказы твои мне без надобности, тем более, что наплести ты можешь что угодно и проверять тебя все равно придется по этим архивам, – произнес начальник службы и вздохнул.
Головин в ответ только пожал плечами.
– Ладно, говори каденцию своей Манговезии, будем разбираться.
Головин продиктовал дважды, потому что с одного раза запомнить длинный перечень координат Холидей не смог.
После этого Головин получил от службы безопасности «добро» и направился обратно в отдел кадров, откуда его перенаправили в отдел маркетинговой стратегии.
Головину эти названия ни о чем не говорили, тем более, что по результату всех хождений, он оказался в каком-то подвальном швейном цеху, где гудящий в углу раскроечный аппарат, готовил стопки заготовок, которые затем вручную переносились единственным работником в швейные манипуляторы.
Начальник у работника был всего один – лысоватый мужчина лет сорока. Головин полагал, что ему снова придется рассказывать кто он, но едва увидев гостя, лысоватый кивнул и подойдя к вращающейся вешалке снял с плечиков готовый костюм.
– Это будет ваш рабочий комплект. Первый, – сказал он. – Через пару дней изготовим еще два комплекта, а потом еще.
– А почему так много? – спросил Головин, с удивлением рассматривая комплект, сшитый из светло синей ткани «с искрой».
– Потому, что работники доставки должны выглядеть безупречно, как поп-звезды.
– Ой, а почему жилет и рубашка пришиты к пиджаку?
– Да, пришиты, а пиджак к брюкам, – добавил руководитель цеха.
– Но как же это надевать в таком виде?