Чтение онлайн

Голова гудела, новая информация вскоре откажется туда входить. Сейчас Артёму казалось, что он не сутки здесь, а минимум месяц. Да, Луна на небе подозрительно похожа на земную. Только вот рисунки на её диске другие. Вернее, их вовсе нет: почти гладкий диск, в едва заметную сеточку.

Итак, что это? Симуляция? Случаи, когда людей силой удерживают в виртуальности, уже перестали быть сенсацией. Но зачем кому-то делать подобное с ведущим специалистом отдела тестирования? Кому Артём перебежал дорогу? Или выкрали первого встречного, просто так, для каких-то опытов?

Нет, стоп. Так и свихнуться можно. Артём обратил внимание на тревогу на лице Лилии, сидящей напротив.

— Задумался, – пояснил он, отпив из чашки. Это называлось чаем и стоило, по словам Лилии, очень дорого: восемь зоркмидов. На сорок зоркмидов можно месяц сносно жить в не очень дорогом квартале. Напиток походил на красный чай, и изрядно тонизировал. – У меня как будто две жизни. Одна началась вчера, другая была раньше.

— Я знаю. У моего брата так было, – кивнула Лилия. – В тот день он проснулся, и никого уже не помнил. И ничего. И говорил почти всегда на странном языке, никто его понять не мог. И сам других понимал с трудом.

— Ваш брат – дроссель?!

— Да. Он погиб три недели назад, в битве за Рим, – Как и сэр Джеймс прежде, она произнесла «битву за Рим» словно бы обыденно, но выделила. – Спасал людей. Самых обычных. Почти всех успел спасти.

Артём поднялся из-за стола. Как-то само собой получилось. Лилия тоже поднялась, глядя ему в глаза.

— Лилия, – Артём надеялся, что это прозвучит достаточно серьёзно. – Я горжусь тем, что знаком с вами. Ваш брат – герой.

И вновь сел. Лилия кивнула ему (выражение её лица явно потеплело), и тоже отпила из своей кружки. Видно, что чай ей очень нравится, но сама не заказывает – не может позволить?

— Теперь расскажите мне про деньги, Лилия, – попросил Артём. – Как их зарабатывают.

Лилия кивнула – за сегодня он задал ей столько странных вопросов, что уже ничему не удивляешься. Точно, как было с братом. Того тоже пришлось всему учить – как пользоваться туалетом, например. Лилия едва не фыркнула, когда вспомнила, как сэр Ортем долго мялся, прежде чем спросить. Хозяйка сказала – твой последний шанс, Лилия. Я не могу приказать тебе следить за языком и манерами, но я буду следить, чтобы он на тебя не пожаловался…

И рассказала, подробно и с пояснениями. Точно так же, как рассказывала брату. Он даже имени своего не помнил, и получил другое – было неприятно обращаться по тому же имени к человеку, который искренне не помнит, что ты его родная сестра.

Она ждала, что сэр Ортем закажет что-нибудь спиртное. Оно безумно дорого, но с его деньгами… Брат начал пить, в первый же день своей «новой жизни» – наверное, часть его осталась где-то внутри, и этой части стало непереносимо страшно.

Но в этот раз она ошиблась. Сэр Ортем ничего такого не заказал, хотя подробно расспрашивал официанта о каждом напитке из списка.

– - -

Артём понял, что вот теперь точно никакой новой информации он не воспримет. Успеть бы переварить то, что уже узнал. Одно пока понятно: все его умения, прямо скажем, невеликий арсенал, здесь мало нужны. По словам Лилии, дроссель иногда бывает временным состоянием человека – может всё «кончиться», и уже не вернуться. Дроссели славятся скверным характером и странными выходками, но, поскольку они могут, буквально, обойти весь мир за полчаса, и с собой провести сколько угодно человек, им прощается почти всё, на них смотрят, как на сошедших на землю богов…

— Я вам кого-то напоминаю? – поинтересовалась Лилия. Видно было, что сэру Ортему она как женщина небезразлична. Непонятно, что ему там сказала хозяйка, но дистанцию он соблюдает.

— Да. У меня есть… была девушка. Там, в другой жизни. Вы очень похожи.

Лилия кивнула. Если так он начинает ухаживать, то пусть. Перед тем, как взяться за эту работу, Лилия, тайком от хозяйки, выпила одно известное, но запрещённое средство – чтобы в присутствии разгорячённого мужчины самой не потерять голову. Осталось всего пять таблеток, и не хватит средств купить новые. Надолго ли их хватит?

Она украдкой посмотрела на часы. И сделала всё, чтобы сохранить спокойное выражение лица. Он забудет позвонить. На этом её поручение окончится, и останется только гадать, куда направит хозяйка. Очень уж неохота возвращаться в ангары, заботиться о танках. Самая вредная работа – отчего-то человек изнашивается, стареет крайне быстро. Поработав с танками всего десять лет, начинаешь выглядеть дряхлой развалиной. И никакая медицина уже не может помочь.

А другой работы ей сейчас никто не предложит. Сама виновата, конечно, надо было следить за языком.

…Артём посмотрел на часы – всё никак не мог привыкнуть, что вот этот шарик с цветными пятнами на боках называют часами – и обомлел. Три минуты до полуночи!

Он едва успел вспомнить, как звонят. Вызвал Инес, и та отозвалась почти сразу же. Что-то ещё они Артёму не рассказали, потому что Инес почти сразу же включила в их общий разговор ещё и Лилию.

— У вас нет претензий к Лилии, сэр Ортем?

— Никаких, госпожа Инес.

— Лилия, что скажешь?

— Никаких замечаний, госпожа.

— Очень рада. Спасибо, сэр Ортем, что позвонили в срок. С вашего позволения…

И связь с ней прервалась. То есть не то что прервалась: чувствовалось, что связь есть, но Артём ничего не слышит. Похоже, решили с Лилией о чём-то приватно поговорить. Лилия кивала – отвечала явно мысленно – улыбалась, и тут же прятала улыбку, заметив, что Артём смотрит на неё. И вновь связь возобновилась. Странное, до одури странное ощущение – будто в голову вмонтировали телефон, и всем существом ощущаешь сигналы линии.