Триада
Шрифт:
Выпуская стрелу за стрелой, Таниэль с досадой подумала: «Сюда бы гномов!». Угораздило же Лиголаса поссориться с Дорином, легендарным предводителем гномов. И все из-за этой… (нехороший человек) — Галадриэли. Дело чуть до дуэли не дошло. Хорошо Элронд вмешался. Так что на помощь знаменитого хирда рассчитывать не приходилось…
В колчане оставалась только одна, последняя стрела. Тщательно прицелившись Таниэль выстрелила в бегущего к ней огромного орка в шлеме с обломанным рогом и с устрашающей секирой в руках.
Ярко оперенная стрела тюкнула его резиновым наконечником точно в лоб и отскочила
«Ты чего», — возмутился «орк».
«В глаз же могла попасть», — заявил он, потирая ушибленное место.
«Не могла», — коротко бросила Таниэль, извлекая из ножен тонкий, тщательно отполированный клинок и бросаясь в атаку.
Обиженный орк понуро побрел в лагерь мертвых, бормоча себе под нос что-то про артефактный доспех, две недели работы и шесть(!) хитов, пропавших впустую. Однако и сама воительница вскоре отправилась туда же. Какой-то особо подлый орк, подкравшись, ткнул ее кинжалом под ребра. Медленно шагая по протоптанной жертвами войны тропинке Таниэль призывала громы и молнии на его рогатую голову. Свежий синяк болезненно ныл. Да, битва была жестокая, и там было не до нежностей, хотя кое-кому (тут вспомнился «убитый» ей «орк») этого наверняка хотелось бы.
Неожиданно в воздухе возник нарастающий гул. Таниэль подняла голову и увидела огненный болид, летящий в сторону поля боя — похоже ее проклятия начали сбываться… Вскоре где-то справа, за деревьями послышался страшный грохот. Недолго думая, девушка бросилась туда со всех ног. Через пару минут напряженного бега впереди показался заброшенный известняковый карьер, в чистых водах которого ей не раз случалось купаться. Сейчас, обычно зеркальная, поверхность озерца была вспенена, и выплеснувшаяся вода мутными струйками стекала обратно. Быстрый бег разгорячил девушку, к тому же было страшно любопытно — что там упало. Подстегиваемая всеми этими факторами Таниэль недолго думая скинула плащ и нырнула.
Из-за поднявшейся со дна мелкой известковой пыли практически ничего видно не было. Отдышавшись Таниэль нырнула второй раз и почти зразу же заметила на дне его — черный, оплавленный, словно сырок «Дружба», камень, четко выделяющийся на фоне светлого дна. Подплыв и дотронувшись до него рукой, она почувствовала, что теряет сознание.
Ей снился странный и довольно приятный сон, в котором она целовалась со знакомым орком. Спустя некоторое время Таниэль поняла, что это не сон, а самая что ни есть гнусная реальность. Попытка вырваться оказалась безрезультатной — «орк» упорно и с завидным энтузиазмом продолжал свое дурное дело. В конце концов ей удалось отпихнуть его и вскочить.
— Ты что, совсем обалдел?! — набросилась на него Таниэль.
— Да я тебе жизнь спас — из озера вытащил и искусственное дыхание делал! — возмутился «орк».
Выбивавшиеся из-под знакомого шлема с обломанным рогом рыжие волосы, и висящий на широком кожаном поясе топор, придавали ему вид легендарного викинга, а широко открытые серые глаза с расширенными зрачками намекали на древний обычай берсерков есть перед боем мухоморы. Тут Таниэль оглядела себя и поняла, что сумасшедший взгляд вызван отнюдь не «пищевыми добавками». После купания футболка уже не справлялась со своими функциями. Она была слишком мокрой, чтобы греть и слишком прозрачной, чтобы что-то скрывать.
Грышнак внимательно осмотрел стоящую перед ним девушку. Еще в бою он отметил ее симпатичность, однако сейчас она выглядела особенно привлекательно. Густые волосы, хоть и мокрые сейчас, темной волной ниспадали ниже плеч, веселые карие глаза, затененные длинными густыми ресницами, мягко очерченный подбородок и вздернутый курносый носик никого не могли оставить равнодушными. Ну а ниже… Грышнак судорожно вздохнул.
Его реакция не осталась незамеченной. Таниэль мило улыбнулась, сложила губы бантиком и ангельским голоском промурлыкала: «Накинь, пожалуйста, на меня плащ. Мне холодно». Грышнак поспешил исполнить её просьбу и даже попытался перевыполнить план, обняв девушку с намерением обогреть бедняжку. Но острый локоток Таниэль, врезавшийся ему под ребра в корне пресек его гуманитарную миссию.
— «И не надо на меня так глазеть,» — все тем же ангельским голосом проворковала она, — «и щупать меня тоже не надо,» — второй удар был не менее чувствительным (но только для Таниэль — доспехи под курткой Грышнака были сработаны на совесть). Чертыхнувшись про себя Таниэль подумала: «Ладно, отыграюсь позже. А вообще, стоит познакомиться с ним поближе».
— Таниэль. Высшая боевой звезды, — представилась она, — а можно просто Таня.
— Грышнак, десятник тяжелой пехоты.
— А в миру?
— Григорий.
Эта милая беседа была очень невежливо прервана раздавшимися сдержанными смешками, постепенно перерастающими в открытый смех. За разговором оба командира не заметили, как вокруг собралась толпа любопытствующих толкиенистов. Через некоторое время все направились к костру, продолжая подтрунивать над «сладкой парочкой» — «…А теперь обменяйтесь Кольцами!..». — Это длилось вплоть до прихода в лагерь.
На большой поляне пели и пили. Пели в основном «эльфы», пили — «орки», а «люди» успешно (как им казалось) совмещали и то и другое. Вымокшую одежду развесили у огня для просушки. Таниэль и Гриша увлеченно болтали, обсуждая подробности прошедшего боя. Однако идиллия продолжалась недолго. Девушка почувствовала, что правая рука теряет чувствительность и странное онемение распространяется по всему телу. Сославшись на нездоровье, она отправилась спать, договорившись с Гришей о встрече позже в городе.
Ледяная глыба неслась к Земле, медленно вращаясь и подставляя Солнцу то один, то другой, испещренный выбоинами бок. За предыдущие несколько миллионов лет она преодолела непостижимо огромное расстояние: от разорванной на куски планеты, где-то в глубине другой галактики, до крохотной желтой звездочки в одном из спиральных рукавов Млечного Пути. Теперь, когда глыба уже пересекла орбиту Меркурия, звездочка превратилась в огромный пылающий шар. Лед на солнечной стороне астероида быстро плавился, но тут же застывал попадая в тень. Еще через некоторое время крошечное небесное тело, быстро теряя скорость под действием гравитационных полей, было захвачено притяжением Земли. Падение на голубую планету стало неизбежным. Долгий путь закончился.
Этот астероид существенно отличался от других метеоритов, во множестве входящих в плотную земную атмосферу каждый день. В глубине его теплился зачаток жизни, состоящий из смеси энерго-информационных полей и органики.
Когда метеорит со свистом стал рассекать воздух, услужливое трение, всегда спасающее поверхность планеты от града ударов, начало свою повседневную работу — инородное тело стало разогреваться. Вскоре, вокруг него уже бушевало пламя, испарялся спрессованный лед и камень. Так, что в пруд посреди карьера рухнул лишь небольшой оплавленный обломок, который бесславно завершил великий полет, растворившись через несколько часов в окружающей воде. Однако, сразу после падения произошло очень важное событие — жизнь внутри обломка начала активироваться, «спора» ждала своего носителя, который не замедлил появиться. В это самое время Таниэль коснулась рукой черной поверхности метеорита.