Чтение онлайн

Тома Семеновна(улыбаясь довольно, самоиронично). Бабы дуры не потому, что дуры, а потому, что бабы. Иди ко мне, мой мальчик. Только двери закрой.

Комарницкий(встает, закрывает двери на ключ, и потом как будто его осенило). Ё-моё, погоди, писечка. Мне Санька Куролесова тут рассказывала, что к вам ходит с недавних пор один грузин прифаршированный. Она хоть и нимфа, но в мозгах опыт имеется.

Тома Семеновна(недовольно). Ходит тут один. Такой вроде солидный. Burberry костюмчик. Хотя не знаю. У «кавказа», знаешь, как бывает: машины-костюмы дорогие, сами с иголочки, а больше ничего – всё на них и для гонору. Ну так тратит денежку на девочек. А что Санька уже наплела?

Комарницкий. Та не ревнуй попусту. Говорит, что коньячным спиртом занимается. Вроде из Грузии возит. Жалуется, что у него вечно геморрой на таможне, и говорит, что за тобой тут ухлестывает – любит постарше, солидных женщин.

Тома Семеновна(растерянно). Юрочка, я только с ним по работе. Только секс. Да и какой там секс? Две минуты – и то пару раз. Никаких отношений. Ты что? Не надумывай, я с тобой. Милый, ты что? Не шифруй!

Комарницкий. Та ладно, верю, но смотри мне! Секс сексом, а отношения отношениями! Ну не об этом. Не петляй в сторону.

Тома Семеновна. Юрочка, ты у меня самый лучший, самый близкий, самый первый!

Комарницкий(иронично). Первый? Ага, да я понял! Что у тебя уже было соревнование и я его участник! Но не об этом! Не заморачивайся сейчас! Ты меня сбиваешь! Полвторого ночи. Короче, смотри, чего надо, раз он на тебя западает.

Тома Семеновна(пафосно). Для тебя всё и всегда.

Комарницкий. Поговори с ним, что типа у тебя есть друзья на таможне и в конторе, что они вместе работают, в связке. Скажи, что можешь помочь и еще заработать. Возьмешь паузу и с ним на следующий день встреться. Скажешь, что договорилась. Пусть завезет первую партию просто спирта, обычного ректификата, пшеничного там или мелассового, который подешевле. А оформлять его начнет как коньячный. Первый контейнер тонн на 15 мы пропустим. А второй хлопнем. Скажи: деньги положим через тебя за оба – тридцать тысяч плюс его пятерка за хлопоты. Мы возьмем напишем два протокола – мол, пресекли схему. Он свою пятерку оставит – мы спирт заберем. Я его пристрою. А на Ильюшу таможенника компру заимеем, мол, крысит. И он пойдет на вербовку.

Тома Семеновна. Ну не знаю. Они, грузины, мнительные. Типа по понятиям. Поведется ли?

Комарницкий. Что ему терять? Пятерку заработает, и скажи: на таможне будут его бояться. Будут думать, что под нашей крышей. И пусть себе возит свой коньячный спирт взаправду. Да и всё. А мы, если срастется с таможенником, свою пятерку десять раз отобьем.

Тома Семеновна. Хорошо, поговорю. Но только ты не думай: у меня с ним ничего нет!

Комарницкий. Вот завелась! Всё запомнила?

Тома Семеновна. Да всё вроде. Если что, перезвоню переспрошу. Иди, наконец, ко мне. Хочу тебя всегда, ум возбуждает. И на Майорку, чтоб только ты и я. Навсегда!

Комарницкий. Вот шлюшка! А меня твоя похоть заводит! Сейчас съем!

Валера Грузин. А-ливочки. Вот попробуй виски, а после а-ливочку.

Тома Семеновна. Валерочка, мне надо быть в форме. Поэтому я чуть «Бейлиса» посёрбаю. Мне же надо за всем присматривать. Я же не бухаю, только для поддержания компании такому солидному мужчине, как ты. По капельке.

Валера Грузин. Для меня а-ливочки после виски – это как вкус такой обольстительной женщины, как ты, Томочка. Иногда сладкий, иногда с горчинкой. Но всегда освежающе-пьянящий. У нас в Грузии моя тетя их так прекрасно готовит.

Тома Семеновна. А на Майорке идешь по рынку – выставлено видов 20–30 маслин. Какие хочешь и как хочешь приготовлены. И на разных рынках можно встретить разные. Удивляешься: каких только вкусов не придумает человек? А с хлебушком тамошним свежим да с айоли… И маслинку, фаршированную брынзочкой какой-то ихней, а потом освежить белым местным вином. М-м-м. Такого айоли, как там, я нигде не ела, можно просто ложкой наминать. В магазинах такого не купишь.

Валера Грузин. Я бы тебя свозил на Майорку, но сначала в Грузию, чтобы ты реальную красоту посмотрела. Будешь очарована.

Тома Семеновна. Я на Майорку хочу.

Валера Грузин. Съездим, обязательно съездим. Вот только с бизнесом разберусь – я здесь в «реальный сектор» пошел. И помчимся мою прекрасную девочку радовать, погреться, попочку солнышком ласкать.

Тома Семеновна(потягиваясь как кошка). Ой, хочу, ой, хочу. Я здесь так устаю. Постоянно кто-то ходит, кто-то напивается, какие-то проверки. Нет спокойствия, всё от кого-то зависишь. А мне лишь – спокойствия и уверенности в завтрашнем дне.

Валера Грузин. А что, ходят, отвлекают? Проверками замучили?

Тома Семеновна. Ходят, хотя не особо. У нас всё как бы схвачено. Сам понимаешь. Но всё равно есть постоянно опаска, что вот завтра кого-то на должности сдвинут: раз тебе – и маски-шоу. Борьба за мораль нации. Тут же и депутатишки бывают. Для лохов показательно борются, речи горячие говорят, а после к нам.

Валера Грузин. Депутаты? Еще таких проституток, как они, поискать надо! Там вечный праздник лицемерия.

Тома Семеновна. А я им иногда говорю, когда пьем вместе, что, мол, еще неизвестно, кто больше проститутки, мы здесь или вы там? Мы телом, а вы душой. В шутку конечно, но они и не обижаются.

Валера Грузин. Козлы они все.

Тома Семеновна. Ну а с другой стороны – народ малообразован, в фантазиях летает, вот они и подстраиваются под их иллюзии. Всё просто: обещать можно всё что угодно, а кушать уже хочется.

Валера Грузин. И часто маски-шоу бывают?