Шрифт:
Сразу хотелось бы извиниться за имена персонажей, я считаю, что каждое имя отличное.
И еще, если вы задумаетесь писать свою книгу, будьте осторожны – не стоит рассказывать правдивые истории. Иначе рискуете получить обидный комментарий от участника событий.
Обычно в начале каждой истории пишут, что она основана на реальных событиях или все персонажи выдуманы. Эта история и правда, и вымысел. Где что, вы поймете сами, а я, пожалуй, начну.
ИСТОРИЯ 1.
Она виновата. Она исправит?
1.
Горький зеленый чай. Я его перезаварила. Неужели в век технологий нельзя придумать такую автоматическую штуку, которая по мере заварки чая, выкидывала бы заварку из стакана. А еще придумали бы такую штуку, которая выкидывала из головы мысли о проблемах. Ведь только из-за этих мыслей я не могу уснуть, и только из-за них я перезаварила чай.
Я, до сегодняшнего дня, не верила в бессонницу. Как это лечь в кровать и не уснуть. А вот сегодня я легла и не уснула. Мысли, мысли, мысли, в основном про него и свадьбу. Прошу отметить, что он и виновник свадьбы – это разные люди.
Я вернулась домой без багажа и футболки, на мне были штаны, лифчик и куртка, и вместо резонного вопроса: Что случилось?, Саша(виновник свадьбы) спросил:
Где багаж?
Где твой сотовый?
Почему на тебе нет футболки?
А потом еще полез целоваться, но у меня было не то настроение.
Завтра у нас репетиция свадьбы ( это единственное, что ему понравилось в сериале Друзья), то есть придут наши знакомые, чтобы отпраздновать прощание нашей свободной жизни.
А хочу ли я этого? Нет. Да и не хотела. Но почему мы люди делаем и соглашаемся делать то, что не хотим делать, только чтобы не обидеть человека!
За окном светит месяц, я сижу на кухне, рядом на столе лежит мой новый сотовый с восстановленной симкой. Догадайтесь, чей номер я туда вбила в первую очередь? Кристины.
…
А, так вы же ее не знаете…
Я делаю глоток крепкого зеленого чая, морщусь.
В голове до сих пор звучит тот выстрел возле старого брошенного дома. К этому дому в поле нас привезли, но это совершенно другая история…
Я подняла пистолет и тупо хотела потрогать курок на гладкость, а он выстрелил. Я имею в виду пистолет, а потом он упал…Я в него выстрелила … Чтобы это еще раз не повторилось, я бросила пистолет на землю, а он снова выстрелил.
Я посмотрела на Лешу, рассчитывая на самое плохое, но он, кажется, дышал, только была кровь…
…Кровь…Кровь…Ее нужно остановить.
Я бросилась к машине, к заднему сиденью за своей блузкой в чемодане, но вспомнила, что мои вещи остались в другой машине.
Дать ему мою куртку? Нет, она не остановит кровь. Может он уже умер. Думай быстрее. Футболка!
Я быстро сняла куртку, потом футболку, потом одела куртку. Замок тяжело застегивался, руки тряслись. Нужно было плюнуть на замок, но тогда он бы увидел мой лифчик…
Давай. Давай. Застегивайся. Черт!
Наконец замок пошел. Я подбежала к нему. Он дышит.
– Главное глаза не закрывай! – сказала я, засовывая свою футболку ему под одежду – Держи тут.
Он молчит, смотрит в небо, молчит.
– Ты меня слышишь?
– Да – ответил он.
Его лицо пока не бледнеет, только идет кровь.
– Так сейчас мы будем вставать.
– Куда?
– В больницу.
– Лучше оставь меня здесь.
– Вставай, вставай.
– В больницу не пойду, мы человека убили.
– Он сам.
– Это не доказуемо.
Я смотрю на него, и понимаю, что он прав. Приедет полиция, найдет труп в кустах, на пистолете мои отпечатки.
Что делать? Бросить его здесь или….Какое бросить!
– Вставай! – кричу я на него.
Мой крик его отрезвляет или что-то такое, он начинает медленно подниматься.
– Только не в больницу – говорит он – Сама зашей, ты же будущий врач.
Точно! У меня же есть знакомая, хирург, Кристина, она сама хвалилась, как делала своему парню операцию, когда его порезали.
Я механически провожу по своим карманам, моего сотового нет. Мне хочется закричать…Он пытается встать. Нужно помочь.
Я хватаю его за левую руку, напрягаю все свои мускулы, какие у меня есть. Он встает, мы идем к машине, попутно я рассказываю про свою подругу. Он садится на пассажирское сиденье.
– Нужно выбросить труп – говорит он, когда я сажусь за руль.
– Что?
– Труп. Выбросить. От моего ранения если что, ты отбрехаешься, а вот от трупа в багажнике – он открывает дверь.
– Твою мать – вырывается у меня. Он же прав. Почему он всегда прав? – Сиди здесь.
– Помочь?
– Сама – я открываю багажник, иду к нему, приоткрываю крышку.
Вообще я много раз видела трупы в морге, нас туда возят, но там и здесь это разные вещи, там их точно трогать не надо.
– Давай помогу – кричит он.
– Сиди, там.
В этот момент где-то вдалеке раздаются полицейские сирены. Я замираю, потом резко хлопаю крышкой багажника, но она отскакивает вверх. Кажется, сирены близко. Я быстро сажусь в машину, завожу двигатель, нажимаю на газ.
– Дверь – кричу ему, резко разворачиваю машину, снося деревянный забор.
В машине начинает играть музыка, какое-то старье. Я хочу выключить, при этом мне нужно сдать назад, слышно сирены.
Переключаю передачу, газую, снова переключаю, давлю на газ, машина едет вперед по ухабистой проселочной дороги. Я нажимаю на магнитолу, хочу выключить, но вместо этого сменяется трек. Та музыка была лучше.
– Выключи – кричу я ему.
А он не слышит или делает вид, что не слышит.
Я кручу руль, машина прыгает на проселочной дороги. И вдруг передо мной появляется полицейская машина, я резко торможу, они тоже. Обе машины на инерции слегка врезаются друг в друга.