Третий шаг

Где-то недалеко от деревни Вешки, что за МКАДом, раскинулся элитный коттеджный поселок. Всё как водится: с охраной, шлагбаумом и чистенькими газонами. А в центре поселка — монастырь, который был больше похож на крепость. Его высоченные стены окружали несколько старинных белокаменных часовен с золотыми маковками, церковь с голубой луковкой купола и хозяйственными постройками. Ещё здесь стояло пятиэтажное вытянутое здание со стрельчатыми окнами, коваными решетками и лепниной на светлом фасаде. Вот в этот почти дворец меня и привезли после того, как я переоделся в подвале клуба.

Сейчас я оказался на третьем этаже в крошечном кабинете с видом на церковь. На куполе последней уже играли лучи восходящего солнца.

В кабинете я был не один. На резном кресле с позолоченными подлокотниками восседал Константин. Он положил мосластые руки на крышку массивного п-образного стола из красного дерева и хмуро смотрел на меня. А я мысленно матерился, изумляясь местной роскоши. В углу стоял антикварный шкаф с изогнутыми ножками. И он был битком набит старинными книгами в кожаных переплетах, от которых пахло стариной. С потолка свисала хрустальная люстра, а под ногами лежали медвежьи шкуры. Даже низенькая кушетка, на которой я сидел, стоила немалых денег. Что уж говорить о телефонном аппарате, выполненном под старину? Он был отделан серебром и слоновьей костью.

Инквизитор несколько секунд понаблюдал за мной и проронил, словно оправдываясь:

— Это не мой кабинет.

— Слишком бедно обставлен и маленький? — иронично сказал я, глянув на Константина. Тот сидел в трех метрах от меня. И мне были прекрасно видны его глаза, в которых блеснуло отвращение.

— Вычурно. Всё блестит. Я бы никогда не создал себе такой кабинет. Но это сейчас не имеет значения. Ты подумал над моим предложением?

— А если я не присоединюсь к ордену? То, что тогда? — хмуро спросил я.

Ещё в подвале клуба, возле сотен трупов, Константин дал мне выбор. Стать неким символом инквизиции или же свалить домой. Но выбор был мнимый. Нелюди убьют меня, если я не окажусь под защитой ордена. До патриархов дойдет то, какую роль я сыграл в побоище. И они точно не оставят меня в покое.

Понимал это и Константин. Поэтому он с легкой отеческой улыбкой смотрел на меня. В его глазах я был неразумным ребенком, который отказывается лишь из чистого бараньего упрямства.

Я исподлобья глянул на него и нехотя спросил:

— А что будет с моими близкими?

— Всех на кого ты укажешь пальцем, я привезу сюда. В монастыре они будут в безопасности, — с готовностью произнес инквизитор и сцепил пальцы в замок.

Ага, особенно вампирша. Ей тут самое место. Пышкин-то ладно. Он приживется. Правда, ему придется по большей части молчать. Но вот Каринэль… С ней могут возникнуть проблемы, если местные узнают, кто она такая. Но и оставлять её одну — тоже опасно. Нелюди попробуют дотянуться до всех, кто был связан со мной.

— Ну? — поторопил меня инквизитор, бросив взгляд на настенные часы с маятником.

— А что я конкретно буду делать, приняв ваше предложение?

— Во всем слушаться Совет ордена и меня лично.

— Как-то охренеть расплывчато, — заметил я, недовольно поджав губы.

— Ты будешь символом. Твоя задача — вдохновлять членов ордена. Они должны понимать, что на нашей стороне ангел, — проговорил Константин и открыл резной ларчик, стоящий на краю стола. Он бережно извлек из него щепку от Креста господнего и показал её мне. — Ты знаешь, почему она засветилась в твоих руках?

— Из-за моей святости? — нервно пошутил я, уставившись на реликвию. Она будто магнитом манила меня.

— Нет. Мы считаем, что тот, чья кровь попала на нее, тоже был ангелом. Только гораздо более сильным, чем ты, — пояснил инквизитор, убрав щепку обратно.

— Охренеть! — выдохнул я, выпучив глаза.

— И на этом можно сыграть. Мы объявим тебя потомком того самого ангела, сыгравшего колоссальную роль в истории нашего мира. Конечно, твой настоящий отец вряд ли имеет к Нему отношение, но ради победы над нелюдями — можно и солгать.

— Кхем… — поперхнулся я воздухом. Вот Константин заливает! Да он же под такие сказки целый крестовый поход соберет! Мда, теперь мне полностью ясен его замысел!

— Я в свою очередь обещаю тебе доступ к библиотеке ордена, безопасность и… кровь.

Я сглотнул слюну и решительно прогнал видение своего тела, прокачавшегося до состояния полубога. Уж больно инквизитор мягко стелет. Где-то должен быть подвох. Хотя почему «где-то»? Он прямо перед моей ошарашенной физиономией. Я стану послушной игрушкой в руках Совета. К тому же все мои близкие окажутся в этом монастыре. Если я попробую заартачиться, то на меня всегда можно будет надавать. А инквизиторы не чураются таких способов. Их верхушка готова солгать своим подчиненным, признав во мне потомка… Блин, я даже не могу назвать его имени. Это же какое-то кощунство. Но с другой стороны — а какой у меня выбор? Биться одному против озлобленных монстров? Нет уж, увольте. Лучше в золотой клетке, но живым. А там, глядишь, я смогу освободиться от опеки ордена.

— Ладно, по рукам, — решительно выдохнул я, вставая с кушетки.

— Я не сомневался в тебе, — усмехнулся Константин, довольно сверкнув буркалами. — Так кого мы первым делом привезем в монастырь? Каринэль?

Я вздрогнул. И тут же отвернулся к окну, чтобы инквизитор не увидел шокированной гримасы, против воли возникшей на моем лице. Твою мать, он знает о эльфийке! Но пронюхал ли он…

— Да, но это будет наша маленькая тайна, — произнес мне в спину Константин. — И я не читаю твои мысли. Просто они написаны даже на твоём затылке.

— Как вы… узнали? — с трудом прохрипел я, чувствуя на горле стальную хватку ордена.

— Не стоит недооценивать ни меня, ни инквизицию, — холодно произнес мужчина, поправив галстук. — Теперь ты слишком ценен. Возможно, ты единственный ангел, если твой отец погиб.

— Вы будете искать его? — со смешанными чувствами спросил я.

— Разумеется. И ещё мне нужно сделать всё, чтобы ты не погиб, — заявил инквизитор и следом добавил, вернувшись к теме вампирши: — В Каринэль я уверен. Она не причинит тебе зла. Прочим же членам ордена не стоит знать, кто она такая. Но вот как они уживутся с Ленаэль? Или ты не станешь защищать её?