Шрифт:
Игорь Анатольевич ТКАЧЕНКО
...ТОЖЕ РЕЗУЛЬТАТ
Фантастический рассказ
В лаборатории стояла рабочая тишина. Завлаб Зюзин заперся в кабинете и, по детской привычке, терзал правой рукой левое ухо, что было признаком крайней сосредоточенности. Через месяц годовой отчет. Срочно нужна идея. Идея представлялась Зюзину в виде чего-то туманного, манящего, очень желанного и... недоступного. Как граница плоскости с метрикой Римана. Или как кандидатка Аллочка. Это ж надо додуматься! Защитила диссертацию о форме дождевых пузырей. Одно слово - талант! Талант... Откуда он берется? Воспитание? Образование? Врожденное... Заложенное изначально... Гены! Гены таланта! Мысли Зюзина завертелись непривычно быстро. Кровь или костный мозг, вытяжка, концентрат, таблетки. Таблетки таланта. Пилюли Зюзина. Талантин. Зюзинтал. Нобелевка!
Зюзин оставил в покое покрасневшее ухо, распахнул дверь и провозгласил:
– Эврика!
На зов первооткрывателя никто не откликнулся. Зюзин немного подождал и рявкнул:
– Эврика!
Через мгновение по коридору галопировали оторванные от кроссвордов сотрудники. Когда все собрались, Зюзин заложил руку за борт модного югославского пиджака, выставил вперед левую ногу, чтобы было заметно подрагивание икры, и внушительно изрек:
– Э-в-р-и-к-а.
Для незнакомых с иностранными языками пояснил:
– Есть идея. Ген таланта. Ищите талантливых.
Сотрудники переглянулись. Ровно год назад, когда они занимались вирусом сознания, лабораторный экспонат Тузик взбесился и искусал пол-лаборатории. Однако ген таланта - это что-то многообещающее.
– Нужен талантливый человек, - развивал идею Зюзин, - поэт, музыкант, художник, в общем, хоть дворник, но дворник талантливый.
Собрание заволновалось. Откуда-то из-за спин вылетела поддержанная всеми реплика:
– Зачем искать на стороне? Разве среди нас нет талантливых?!
В результате слишком ревнивого отношения сотрудников к интеллектуальным способностям друг друга, истина в споре о носителе таланта не родилась. Кровь взяли у всех, после чего слили в общую колбу. Во избежание конфликтов.
В течение двух недель, отложив в сторону кроссворды, вязание, шахматы и кубик Рубика, лаборатория работала. Ожидаемых результатов не было. Полученное вещество дурно пахло и наповал убивало мышей. Вальяжные тараканы, еще недавно чувствовавшие себя полными хозяевами лабораторных столов, ретировались за батарею и опасливо шевелили усиками. Шимпанзе Сигизмунд после первой же инъекции препарата впал в прострацию и не реагировал на уколы булавкой. Удрученные сотрудники рассеянно одалживали друг другу деньги.
В конце года в качестве отчета лаборатория представила доклад "Об отсутствии в природе гена таланта". Вскоре завезли новую партию мышей, а шимпанзе Сигизмунда сослали в зоопарк. Еще год можно было бороться с созданием хитроумного Рубика, выяснять "что, где, почем", вязать теплые шарфы и лелеять кактусы.
Шимпанзе Сигизмунд сидел в углу клетки и ковырял веточкой в дощатом полу. "Так, - думал он, глядя на щели между половицами, - если параллельные прямые не пересекаются, то все тривиально. А если они пересекаются?"