Тормоз
Шрифт:
под-рихтовать, покрасить - и продать спокойно можно. Экономия семейного бюдже-та.
– Елена призналась?
– поинтересовался Игорь.
– В чем? Она ничего не делала, - усмехнулся Дроздов.
– Бывает, что надоел муж.
Только это не преступление.
– А то, что она оговорила меня?
– Как это можно доказать? То, что ты помогал ей снимать машину с тормоза, она просто не помнит. На пленке - твой голос. С Борисом ты ругался. В чем же она тебя оговорила?
– А как оказался в машине этот, как его, Ступин? Ведь его отпечатков не было.
Не сама ли Елена в мужа из пистолета стреляла?
– Может, и сама, - ответил Дроздов.
– Только Ступин, в отличие от тебя, сразу на себя вину взял. Понял, что лучше пять лет отсидеть. К любовнику, с которым муж поссорился, заседатели лояльны будут. С кем не бывает? Правда, зря он на-деется, что Елена его дождется.
– Зря, - согласился Игорь.
– Объясняет он свою встречу с убитым просто, - объяснил следователь. Говорит, что Бочаров хотел ему "Фольксваген" продать. Елена покупателя нашла, но голова в семье - муж. Она их и свела. Поехали они кататься - без Елены, естественно. Двигатель слушать, не тарахтит ли? В дороге любовник не выдержал, признался во всем. Бочаров его якобы душить полез. А тот из пистолета в него саданул. Не знал, что астма, говорит. Зато жена - хорошо знала, и подсказала.
Только как это докажешь? Машина сама в обрыв скатилась, по неосторожности...
Ступин к тому времени далеко уже был, как он утверждает. Так что он еще меньше виноват, чем ты. А что на него Елена показаний не дала - так за это ее любой простит. Каждый хочет любимому человеку помочь. Особенно когда он полезное дело делает. Вот так-то...
август 2001