ТораДора
Шрифт:
Ното, притащивший эту информацию, ковырял вилкой своего жареного цыплёнка, поливая его кетчупом. За его очками в чёрной оправе просматривалось затаённое беспокойство.
Теоретически обеденный перерыв – время весёлое, но Ното, Рюдзи, Тайга и остальные, сидящие за тем же столом, смотрели на свои бэнто с одинаковым мрачным выражением лица… Выражение Рюдзи уже перешло из категории «мрачное» в категорию «ужасающее». «Как будто ничего не случилось»… Замечательный план Одинокой Леди провалился – весь класс знал, какие теперь у Китамуры волосы. Но даже тогда Рюдзи продолжал скрывать некоторые детали от одноклассников, стараясь по максимуму защитить Китамуру. Точнее, он так планировал, но как получится в реальности…
– Его родителей, наверное, уже вызвали в школу… Кстати, а что в такое время делает Харута?
– Ох… – Ното, жующий своего жареного цыплёнка, неприятно скривился.
– Он должен был купить хлеба… Но родители Китамуры оба работают, не думаю, что они смогут прийти в школу в рабочее время.… но они уже должны знать про его волосы. Тайга, майонез.
– М-м-м…
– Прям как отец с дочкой… – тихо пробормотал Ното. Рюдзи выдавил майонез на жареного цыплёнка и себе, и Тайге. И немедленно убрал пустую упаковку, чтобы Тайга не влезла в неё локтем и не получила пятно на рукаве. Он даже убрал пустую упаковку из-под кетчупа Ното. – Спасибо. – Ното слегка помахал вилкой.
– Но это действительно ужасно… Что случилось с Китамурой? Как-то одиноко, когда твои сообщения игнорируют…
– И он пришёл в школу блондином.
– Хм-м, нам надо держать это в тайне… Ой.
Жареный цыплёнок Ното неожиданно поменялся местами с цыплёнком Рюдзи домашнего приготовления. Хотя Рюдзи был поглощён мыслями о Китамуре, его опасные глаза блеснули бело-голубой вспышкой, когда он заметил, что у друга в бэнто только продукты быстрого приготовления. И он тут же поменял блюда своими палочками.
– Спасибо, твой бэнто и впрямь выглядит вкусным.
– Да ерунда, бери.
– Конечно, это нечто, Рюдзи очень вкусно готовит… ха?
– Кхе…
Тайга озадаченно повернулась к Ното с каким-то стоном.
– А, тоже хочешь? Возьми вот это, из полуфабрикатов, которыми так любит пользовать моя ленивая матушка.
Ното заметил взгляд Тайги и положил кусочек цыплёнка на крышку её бэнто. Ваши бэнто и сегодня одинаковы…Даже Ното не хотелось сейчас говорить такое. Тайга, в свою очередь, взамен положила в бэнто Ното один из домашних роллов Рюдзи. Хотя они оба ничего не сказали, их взгляды были красноречивее любых слов. Обмен… Да, обмен… Первый человеческий обмен между Тайгой и Ното.
– Ох…
Оба вздохнули и замолчали одновременно. И Тайга, и Ното тревожились о Китамуре.
И только теперь Рюдзи пришёл к выводу – его ненормальное поведение определённо не от переутомления. Если бы удалось заметить эту ненормальность раньше, может быть проблему и получилось бы решить, прежде чем она разрослась настолько, что к делу подключились учителя. Но теперь слишком поздно, Китамура уже стал правонарушителем. Если поменять их с Рюдзи местами, Китамура, конечно же, вмешался бы в том момент, когда Рюдзи стал показывать признаки ненормального поведения.
– Я на самом деле… не имею права называться его лучшим другом…
– Эй! Двигайся, деревенщина! Судья! Я притащила убийцу!
Уныло опустившиеся плечи снова вздёрнулись вверх.
– Как ты можешь так говорить?! Это подло! Я не с Хоккайдо!
– Дубина, тебе лучше извиниться перед людьми с Хоккайдо, пока тебе глотку не перерезали!
– Апхи!
Неожиданно появившийся полицейский схватил убийцу за нос и потянул вверх, превращая класс на обеденном перерыве в зал суда. Убийцей, лежащим на полу у ног Рюдзи, Ното и Тайги, оказался…
– Ното! Такасу! Спасите меня!!! Минори такая жестокая! Я ничего не сделал! Я не поджигал отцовскую хижину!
– Прибереги свои объяснения для того света!
– Чт-что ты имеешь в виду? Я тебя не понимаю! Ты всегда шутишь надо мной!
Натуральный болван Харута яростно замотал головой. Полицейским, удерживающим его на полу, чтобы не вырвался, оказалась не кто иная, как Минори.
– Ха-Харута, что ты натворил!?
– Кусиэда, я говорю, не пинай его… и кто здесь судья…
– Все – губернаторы в своих сердцах! И у всех очень серьёзные… намерения!
Двое парней не могли не помочь своему другу со слезами на глазах и встали, давая место полицейскому. Когда Минори уселась, она грубо вздёрнула Харуту за подбородок, требуя от него признания.
Харута заговорил, громко шмыгая носом.
– Да ничего я не делал… просто вчера вечером позвонил Китамура. Я говорю «Эй, это не Китамура? Что сегодня с тобой стряслось?» Он ответил «Ничего такого, извини, что заставил ребят волноваться, извини». И вдруг спросил «Ты, кажется, перекрашивался в блондина на выходные? Научи меня, умелец Харута!» Ну я и рассказал ему, где купить краску, сколько держать её на волосах, что это надо проделать три раза, а потом обернуть голову алюминиевой фольгой и высушить феном, чтобы волосы заблестели! Вот и всё, что я ему сказал!
Рюдзи задумался…
– Твоё впечатление от Китамуры, наверно, не укладывается в схему… Нет, не так. – Рюдзи резко придвинулся к Харуте с очень свирепым лицом…
– И ты не спросил его, с чего вдруг он задаёт такие вопросы?!
– Ай! Ты меня пугаешь!
Ното тоже смотрел на Харуту из-за спины Рюдзи, хоть и не так свирепо…
– Верно! Такасу и я очень волновались, потому что не могли связаться с ним весь вчерашний день! А ты с ним просто легкомысленно потрепался?
– Откуда мне было знать, что Китамура на самом деле перекрасится в блондина! Ох… но я чувствовал, что это ему идёт! По крайней мере издалека?! Ха-ха!
Назвать этого дурака «легкомысленный» было большим преуменьшением. Его глупое высказывание заставило взорваться Минори, едва сдерживающую ярость.
– Чую тупоголового идиота! Проблема не в этом! Почему ты ничего не спросил у Китамуры, который убежал из школы как бешеный?!
– Даже если бы он много чего сказал, я бы запомнил только последние слова! Потому что мои старые воспоминания затираются новыми!
– Ублюдок! Безмозглый тип! Безмозглый! Если бы ты правильно спросил бы его, Китамура-кун, Китамура-кун бы… Ублюдок! Я всё выжму из твоей башки!