Том-Укротитель
Шрифт:
И повернулся к ковбоям:
– Ваш выход, джентльмены!
ГЛАВА 2
Одиннадцатая жертва. – Новый человек на арене. – Дрессировка по-индейски. – Побеждает Том-Укротитель. – Царский подарок. – Мисс Джейн и ее арабский скакун. – Преступление или несчастный случай? – Взрыв.
Один из ковбоев встал и сделал несколько шагов по арене. Зрители не жалели своих ладоней. Гром аплодисментов заглушал ржание жеребца.
Молодчик был высок, сухопар, ловок и силен. Он непринужденно поприветствовал публику и снова водрузил на голову серую ковбойскую шляпу.
Неудивительно, что его встретили так горячо.
Надо сказать, что ковбои, в общем-то, обыкновенные пастухи. Американцы их любят и часто делают героями романов, превознося их физические и профессиональные достоинства. В обычной жизни они бесстрашные наездники, жизнь ковбоев наполнена борьбой и тяжелым трудом.
Однако с достоинствами часто уживаются недостатки и даже пороки. Среди ковбоев попадаются игроки, пьяницы, дебоширы, грабители без стыда и совести, для которых человеческая жизнь ничего не значит. Эти ковбои с Дикого Запада – люди с темным прошлым, ранее судимые или бежавшие от правосудия. Так что герои романов в реальной действительности бывают иногда настоящими негодяями.
Но сейчас возбужденная публика восторженно приветствовала смельчака, бросившего вызов кровожадному Манкиллеру.
Ковбой был в красной рубахе, затянутой на талии голубым шерстяным поясом, и в сапогах с огромными шпорами. Перед ним лежало тяжелое мексиканское седло. Молодчик достал лассо из бычьей кожи, проверил скользящую петлю и приготовился. Черный жеребец с диким ржанием мчался на него как вихрь. В клубах пыли ковбой спокойно раскрутил и бросил лассо, и оно пришлось точнехонько на голову жеребца.
– Браво! Браво! Гип! Гип! Ура! – завопила толпа.
Петля прочно затянулась на шее коня. Ковбой, опершись ногами о землю, тянул изо всех сил.
Рев трибун нарастал. Заговорщики на скамейке вскочили и закричали, размахивая огромными серыми шляпами в унисон [30] с толпой.
– Неплохое начало, – только и сказал незнакомец. – Посмотрим, что будет дальше.
Обычно в таких случаях плененная лошадь кидается в противоположную сторону, петля затягивается еще сильнее, и полузадохнувшееся, хрипящее животное падает и становится окончательно побежденным, а человек мгновенно спутывает ему ноги другим концом лассо.
30
Унисон – здесь крики одних людей, совпадающие с криками других (обычно употребляется выражение «в унисон» т. е. вместе одновременно)
Зрителям это хорошо известно, и в предвкушении счастливого конца они поднялись, крича в азарте и топая ногами.
Однако возбужденные восклицания внезапно сменились криками ужаса.
Манкиллер не повторил ошибки своих собратьев. Почувствовав на шее лассо, он резко развернулся и неожиданно устремился на оторопевшего ковбоя.
– Берегись! Берегись! Ах! Тысяча чертей!
Оказавшись в трех шагах от человека, черный жеребец поднялся на дыбы.
Ковбой хотел отступить, но не успел. Манкиллер оскалился, показав широкие, желтоватые зубы.
Несчастный бросил лассо и инстинктивно вытянул вперед руки.
Жеребец обрушился на беднягу передними копытами, и ковбой упал с пробитым черепом.
Все онемели. Некоторые дамы упали в обморок.
Раздались крики:
– Прекратите! Немедленно прекратите!
Другие заорали:
– Да здравствует Манкиллер!
Так кричат обычно испанцы: «Браво!» – когда бык побеждает человека.
На этом все не кончилось. Разъяренный жеребец продолжал остервенело бить копытами уже неподвижного ковбоя.
Бледные, испуганные, друзья неудачника попятились:
– Конюх нас предал. Лошадь не напоили!
– Я сниму с него скальп! [31]
– Спасаемся, мы влипли!
– Тихо! Надо подождать!
На арене появился Гризли-Бен, сопровождаемый людьми с дубинками, кнутами и металлическими прутьями.
Зрители просто неистовствовали.
Незнакомец до последнего момента оставался абсолютно безучастным. Теперь он быстро встал и устремился на арену. Увидев, что Гризли-Бен собирается поймать Манкиллера, он остановил его:
31
Скальп – кожа вместе с волосами, снятая с головы побежденного, живого или убитого (обычай индейцев), в качестве боевого трофея
– Пусть уберут труп. Остальное я сделаю сам.
Через несколько минут незнакомец и жеребец остались один на один. Лошадь прижала уши, клацнула зубами и встала на дыбы.
Молодой человек держал в правой руке лассо, левой сжимал кнут. Внезапно он размахнулся и изо всех сил хлестнул коня по окровавленным ноздрям и разинутой пасти.
Лошадь оторопело отступила и тут же яростно бросилась на человека. Незнакомец с удивительным хладнокровием и ловкостью заарканил передние ноги Манкиллера, резко прыгнул в сторону и потянул за лассо.
Жеребец споткнулся, потерял равновесие и тяжело упал на бок. Он отбивался, взбрыкивая копытами, и яростно ржал от бешенства и боли. Молодой человек обрушил на поверженную лошадь град ударов тяжелой плеткой из бычьей кожи.
Публика восхищенно взирала на происходящее. Тишину нарушало лишь хрипение животного и сухие удары кнута.
На некоторое время жеребец притих.
Молодой человек подошел к коню, ослабил петлю и, потрепав его по шее, насмешливо проговорил:
– Ну, давай, малыш, поднимайся, не бойся!
Услышав его голос, жеребец вскочил на ноги. Разъяренный, с бешеными глазами, он готовился снова устремиться на обидчика. Но несколько секунд оставался неподвижен, видимо собираясь с силами. В это время незнакомец ловко прыгнул ему на спину.
Трибуны взорвались! Началась решающая и, может быть, смертельная схватка!
Жеребец тут же предпринял самые отчаянные и неожиданные броски, чтобы скинуть седока: яростное брыкание, Прыжки, внезапные остановки, рывки, резкие повороты и прочее. В середине арены клубилось облако пыли, откуда Доносились топот копыт, ржание и клацание челюстей.