Тьма. Том 4
Шрифт:
— Да! Удивительная проницательность! — ухмыльнулся Василий и, повернувшись к «зрителям», сказал: — Вот это их благородия дают! Всё схватывают на лету!
Собравшиеся засмеялись, уловив в его словах жирный мазок сарказма. А вот Бубен почему-то продолжал спрашивать:
— Не, и что? Все здесь с этим согласны, что ли?
— А почему нет? Чего ты хочешь услышать? Их согласие? — Василий, на начале своей фразы повернувшись к Бубну, снова вперил взгляд в зрителей и спросил: — Ну что, вы все с этим согласны?
— Да! — завопили представители золотой молодёжи.
— Чё, серьёзно? — не поверил Бубен. — Вы же без Русского царства никто! Без него вы не стали бы теми, кто вы есть!
Зал принялся хохотать.
— Мы стали такими вопреки! — зло выкрикнул молодой человек, стоявший в первом ряду.
— Да я же, правда, не понимаю! — продолжил Бубен. — Вы все хотите убить царя?
— Да! — закричали из зала.
— Все хотите выйти из Руси… Жить отдельно? — не унимался Бубен.
— Да! — хором ответил зал.
— И что, никто не возражает? Ни один человек? Да хоть одну руку поднимите кто-нибудь!
И на заднем ряду одна девушка всё-таки подняла руку…
— Евдокия! — удивлённо воскликнул Василий. — Вы же ехали сюда из самого Владимира! А теперь сомневаетесь? Впрочем, ваше решение… Взять её!
Несколько человек схватили девушку и потащили её к нам с Бубном. Бедняжка даже особо не сопротивлялась. Да и куда ей было против такой кучи народу?
Девушку кинули к ногам Василия, а тот подпихнул её элегантным сапогом в нашу сторону.
— Привет! — сказала она, подняв взгляд сначала на меня, а потом на моего партнёра.
Спокойно, кстати, очень сказала… Может, в шоке от всего происходящего?
Не, ну я точно слегка в шоке. Так что разговоры вести не стал, просто устало кивнул.
Хотя лицо девушки, кстати, показалось знакомым…
— Ага! — поморщился Бубен.
— Ну что, нашёл сомневающихся? — усмехнулся Василий. — Доволен?
— Ну, теперь все верные сыны…И дщери! Да… Все верные подданные царя и отечества в одном месте… — заметил Бубен.
— И что толку? Умрёте вы тоже вместе. А вот Дуне ты жизнь испортил, глупый старик! — Василий презрительно дёрнул губой. — Могла бы жить да жить…
— Ну, может, поживёт ещё… — смутился Бубен.
— Ага, поживу, — лёжа на полу и не делая попыток встать, подтвердила Дуня.
— Вам отсюда не уйти. Замкинаши прочны!.. — патетически провозгласил Василий.
— На каждый замочек есть свою ключик! — возразил Бубен.
— И? — Василий бросил на него скучающий взгляд. — У тебя есть ключик от кандалов?
— Зато я агнцев от козлищ отделил! — гордо заявил Бубен.
— С кем приходится иметь дело, а? — усмехнулся Василий, повернувшись к зрителям.
Те принялись дружно смеяться.
— Дело приходится иметь с клятвопреступниками, предателями, замыслившими цареубийство, и прочим сбродом! — громко сообщил в ответ Бубен, хоть его и не спрашивали.
А в следующий момент я увидел, как с него спадают одновременно все кандалы.
Ещё через мгновение Бубен выпустил какое-то сложное плетение, которое пронеслось по залу и улетело в дверь. Снаружи после такого будто стало даже темнее.
«Актёры» отпрянули в сторону, судорожно запуская руки под мантии и вытаскивая оружие. Зрители замерли, открыв рты, а Василий покачал головой и с какой-то недетской обидой проговорил:
— Ну как же так… Это же кандалы для двусердых…
— Сделанные в русском царстве. Для подданных русского царя! — с каждой фразой голос Бубна набирал мощь и силу. — А не для вшивых предателей, клятвопреступников и ублюдков…
Он коснулся воротника куртки, и оттуда, с треском рвущихся ниток, выскочила металлическая пластина. Я уже понял, что там изображено, но всё равно не верил. А милый весёлый Бубен кинул пластину на пол и заржал, накрывая меня и лежавшую рядом девушку куполом защиты:
— Слово и дело, маленькие ублюдки!
В зале повисла мёртвая тишина. Бубен отсмеялся, обвёл всех вокруг взглядом, в котором ярился огонь истинного безумия, и весомо повторил:
— Слово и дело!..
Книга закончилась. Новая уже выставлена, но только пролог — чтобы можно было добавить в библиотеку. А вот тут самое время подчиниться острому желанию поставить книге лайк)))