Чтение онлайн

Второй вельможа

Да, щедр безмерно он. Бог злата Плутос

В рабы годится нашему Тимону.

Ведь нет такой услуги, за какую

Тимон бы семикратно не воздал,

И нет подарка, за который он

Не наградил бы во сто крат щедрее.

Первый вельможа

Другой души, такой же благородной,

Я не встречал.

Второй вельможа

Будь он благословен!

Войдем?

Первый вельможа

Войдем. Я следую за вами.

Уходят.

Там же. Парадный зал в доме Тимона. Накрыт большой стол; около него хлопочут Флавий и другие слуги. Входят Тимон, Алкивиад, вельможи, сенаторы, Вентидий и слуги. Позади всех, с недовольным видом, идет Апемант.

Вентидий

Мой друг Тимон! Богам угодно было,

Припомнив возраст моего отца,

Призвать его к себе, и он скончался,

Оставив мне богатое наследство.

Великодушны были вы ко мне,

И ныне я с признательностью вечной

Вам возвращаю долг, удвоив сумму:

Ведь только вам обязан я свободой.

Тимон

Нет, ни за что, Вентидий благородный!

Мою любовь к тебе ты плохо ценишь!

Я эти деньги дал тебе в подарок;

А тот, кто все обратит получает

Себя назвать уже не вправе давшим.

И если у правителей иных

Так повелось, нам подражать нельзя им!

Власть — оправдание любой ошибки.

Вентидий

О благородный дух!

Тимон

Друзья мои,

Придуманы законы этикета,

Чтоб фальшь и безразличье лоском скрыть.

Притворное радушье, не успев

Еще явить себя, уже жалеет,

Что проявиться следует ему.

Но там, где дружба искренна, излишни

Любые церемонии. Садитесь!

Милее вы богатству моему,

Чем мне мое богатство.

Все садятся.

Первый вельможа

Мы сознались…

Апемант

Ого-го-го! Сознались! Почему же

Вас не повесили?

Тимон

А, Апемант!

Добро пожаловать!

Апемант

Ну, от меня

Добра не жди. Явился я затем,

Чтоб выгнал ты меня.

Тимон

Фи! Грубиян!

Ты лишь по виду человек! Ты, право,

Достоин осужденья. — Господа,

Известно: Ira furorbrevis est; [1]

А так как Апемант наш вечно злится,

Накройте стол для ворчуна отдельно;

Он общества не любит и совсем

Не создан для него.

Апемант

Я здесь останусь

Тебе назло. Но всех предупреждаю:

Сюда явился я для наблюдений.

Тимон

Мне это безразлично; ты афинянин, и потому — милости просим. Я бы не хотел силой затыкать тебе рот; но пусть хоть мой обед заставит тебя помолчать.

Апемант

Плюю на твой обед; я подавлюсь им,

Раз не намерен льстить тебе. О боги!

Какая тьма людей Тимона жрет,

А он не видит их! Орава эта

Не яства поглощает — кровь Тимона,

И он их сам, безумец, поощряет.

Дивлюсь, как можно доверять друг другу!

Гостям к столу ножи дают напрасно,

Неэкономно это и опасно

Тому примеров множество. Вот тот,

Что рядышком с хозяином уселся,

С ним делит хлеб, пьет из его бокала

Но он же первый рад его зарезать,

Известно это всем. Будь знатным я,

Не пил бы я в гостях: вдруг кто-нибудь

Меня пырнуть захочет в глотку. Нет уж,

Коль на пирах хотят сидеть без дрожи,

Пусть, не снимая панцирь, пьют вельможи.

Тимон

Друзья мои, за вас! Пусть вкруговую

Обходит чаша!

Второй вельможа

К нам ее направьте,

Сюда, любезнейший Тимон!

Апемант

К нему!

Вот плут! Он знает, что куда направить.

Боюсь, что от заздравных этих тостов

Тебе не поздоровится, Тимон.

А у меня напиток слишком слаб,

Чтобы толкать на зло, — водою честной

Еще никто не брошен в грязь. И пища

Моя сродни питью. Я возношу

Моленье к небесам, хоть на пирах

Мы забываем часто о богах.

(Молится.)

Я денег, боги, не люблю

И об одном лишь вас молю

Чтобы не стал глупцом я низким,

Что верит клятвам иль распискам,

Иль девкам уличным, гулящим,

Иль псу, что притворился спящим,

Или тюремщика словам,

Иль нужным в час беды друзьям.

Аминь! Богатый пусть грешит,

А я и кашей буду сыт.

Желаю тебе доброго здоровья, добрейший Апемант. (Ест и пьет.)

Тимон

Сердце твое, Алкивиад, сейчас, наверно, на поле сражения?