Тиасса
Шрифт:
— В любом случае, если мы разобрались с моим именем, возможно, пора…
— Но как мне вас называть? Голубой? Господин Песец?
— Голубой Песец вполне сгодится. Вы что, пытаетесь вывести меня из себя, полагая, что вам это поможет?
— Вообще-то я об этом не думал, — сказал я, — но возможно, если вы предоставите мне такую возможность…
— Может, сперва поговорим и выясним, есть ли у нас вообще причина для ссоры, а уже потом обсудим кому что поможет?
— О, причина есть. Вы отправили одного из моих людей к лекарю, проделав в нем массу дырок. Меня это расстроило.
— Простите, — проговорил он. — Я и не думал, что вы воспримете это столь близко к сердцу.
— Возможно, я слишком чувствителен. Полагаю, та хорошенькая дзурледи с вами?
— Красивая, правда?
— О да. Всяко красивее тех парней, которых я привел.
— Тот, высокий, вполне милый, для любителей мальчиков.
— Я ему передам.
— Готовы к деловой беседе?
— Вы друг Бирны?
— Что-то вроде того, да. Я намерен от его имени достичь соглашения.
— Соглашения, — повторил я.
— У вас есть лучший термин?
— Пока нет. Дайте подумать, найду.
— Думайте сколько хотите. Но пока у нас есть определенная трудность.
— Да. Бирна должен мне деньги.
Тиасса, представившийся как Голубой Песец, кивнул.
— В этом-то и трудность. У него их нет.
— Это другая трудность, — заметил я.
— Он пришел ко мне — или, если быть точным, его супруга пришла к Ибронке…
— Ибронка? Дзурледи?
Он кивнул.
— Но это же восточное имя.
— Да, и очень красивое. Его супруга пришла к Ибронке, как — не важно, и сказала, что вы собираетесь его избить, если он не отдаст вам деньги. В общем, мне пришлось вмешаться.
— А его супруга пришла к ней, когда ему понадобилась ссуда?
— Нет, хотя ей и следовало. Мы нашли бы нужную сумму.
— Если вы можете найти таковую сейчас и отдать мне, трудности будут решены.
— Со временем сумма довольно-таки выросла.
— Да, это случается.
— Вот я и подумал, что нам следует достичь соглашения.
— Видите ли, господин Голубой, как правило, я открыт для соглашений.
— Как правило?
— Как правило. Но остается вопрос дырок, которые вы проделали в одном из моих людей. Это требует разрешения. И еще один момент: вместо того, чтобы, как все воспитанные люди, придти ко мне и объяснить, что у него затруднения, в каковом случае я охотно пошел бы ему навстречу, Бирна несколько недель прячется от меня, а потом появляетесь вы. Так что скажу вам прямо, господин Голубой: в нынешней ситуации я не слишком склонен к каким-либо соглашениям. Вот так вот.
Он покосился на меч на столе. Я аккуратно положил руки на край стола, улыбнулся и стал ждать.
— Вы очень хороши, — проговорил он наконец.
— В чем именно?
— В драке. Я это вижу. Вы думаете, что сможете со мной справиться. А я думаю, что справлюсь с вами.
Я ждал, все так же улыбаясь, ладони на столе. Тяжесть кинжала в левом рукаве успокаивала.
Он покосился на Лойоша.
— Вы полагаете, ваш дружок поможет вам.
— Возможно, — ответил я.
— Не думаю, что этого хватит.
Я кивнул, не отрывая от него взгляда. В принципе я был уверен, что даже без Лойоша сумею его свалить. Но проверить это можно лишь одним способом.
— Но, — проговорил он, все так же глаза в глаза, — как я и сказал, я бы предпочел достичь соглашения.
— А вот я к таковому не склонен.
— Вы действительно хотите играть жестко?
— У меня дурное настроение. Причины я объяснил.
— Не стоит давать ссуды под жуткий процент, потом угрожать насилием тем, кто не может заплатить, а потом удивляться, когда обиженные из кожи вон лезут, лишь бы как-то себя защитить.
— А разве я удивлен?
— Верно подмечено.
— Я могу еще кое-что добавить. Скажем, то, что он знал условия, когда брал ссуду. И у клиентов нет совершенно никаких причин бояться насилия, даже когда у них трудности с деньгами, если только они приходят ко мне и объясняют ситуацию. Я всегда готов к сотрудничеству. До тех пор, пока не возникают наемные клинки, которые режут моих людей.
— Он не слишком достойно себя вел.
— Верно.
— И все же он мог обратиться к Империи, а не ко мне. — На это я ничего не сказал, и Песец кивнул. — Что ж, мы оба знаем, что это было бы большой ошибкой.
— Да, — согласился я.
— И что же нам делать?
— Вам — говорить, мне — слушать.
— Как насчет того, чтобы мы выплатили вам изначальную сумму ссуды в двойном размере, и закрыли это дело?
— Если бы моего парня не штопал сейчас лекарь, я бы мог согласиться.
— Я оплачу и лекаря.
Я прокрутил варианты. Песец, похоже, искренне желал избежать жесткой игры. Я, в общем-то, тоже, вот в чем штука — цель моей работы деньги, а не кровь. Но меня раздражало, что ублюдок вроде Бирны выйдет сухим из воды. Очень раздражало.
— Босс.
— Да?
— Дело есть дело.
— Угу.
— Ладно, — проговорил я, — предложение принято. Только деньги отдадите вы. Не хочу, чтобы Бирна попадался мне на глаза. Могу сорваться.
Он кивнул.
— Деньги вам пришлют. И если назовете имя лекаря, я позабочусь и об этом.
Я был до странности разочарован, но согласился.
— Вот и хорошо, — проговорил он. — Еще одно.
— Что именно?
— Вы не голодны?