Чтение онлайн

Перед тем как уехать, Гоблин швырнул на траву ком слипшихся мятых бумажек. Рыбаки не посмели пересчитывать деньги при нем.

Атаман не дал своим попутчикам вдоволь отоспаться. Через два часа открыл Майку рот, влил туда воды из канистры. Пока парень откашливался и отфыркивался с вытаращенными глазами, Терпухин проделал ту же операцию со Штурманом.

— Теперь отжиматься, иначе будет хуже.

Штурман осилил раза три. Его товарищ просто упал лицом на землю и не смог отклеиться от сбрызнутой росой травы.

— Мы где, на круизе с увеселительной программой? Если пришлось в заведение заехать, значит, все, расслабуха? Дел у меня больше нет, кроме как вас проветривать!

— Прости, начальник, больше не повторится.

Пятнадцать минут — и мы как огурчики.

— Ну-ну, дерзайте. Если получится, патент надо будет оформить.

— Это не наше ноу-хау. Дома, в Ростове, кореш есть, йогой увлекается. Показал кое-что.

Штурман поджал под себя ноги, набрал полную грудь воздуха и напрягся, проталкивая его дальше вниз, в живот. Потом резко выдохнул и глубоко втянул живот — только майка, казалось, мешала увидеть позвоночник. Неуверенными пальцами Майк убрал с лица длинную прядь и занялся тем же самым. Терпухин засек время и скептически наблюдал за обоими.

Однако упражнение действительно возымело эффект. Что самое удивительное — исчез без остатка даже запах. Скоро «Уралы» уже летели по трассе, пронизывая туман. Этим утром он висел не сплошной пеленой, а разорванными клочьями и быстро таял.

Если в первый день пути охотники за Гоблином неслись на юг, то теперь, в свете новых данных, направление пришлось изменить на восточное. Поэтому пришлось съехать с трассы федерального значения на шоссе гораздо более худшего качества.

Мотоциклы все чаще подбрасывало на выбоинах. Лететь с прежней скоростью было чревато лишними неприятностями, в лучшем случае мелким ремонтом или регулировкой.

Пейзаж менялся на глазах. Зелени становилось все меньше, растительность как будто пригибалась к земле. Сперва исчезли деревья, потом высокий кустарник, потом остались только пятна травы, уже сплошь выгоревшей. Потом пропала и трава, осталась только закаменевшая без дождя желтовато-серая поверхность по обе стороны дороги.

— Хорошую новость хочешь? — крикнул Штурман Терпухину. — Километров через сорок говнистая дорога кончается. Есть, правда, плохая новость: дальше не дорога, а полный отстой.

Штурман знал, что говорит, прозвище он заслужил недаром. Первую глубокую ямищу они заранее заметили, сориентировавшись по черному тормозному следу кого-то из предшественников. Дальше ямы испещряли асфальт, как будто после бомбежки. Чтобы вырулить между ними, пришлось сбрасывать скорость чуть ли не до шестидесяти.

— Может, на обочину лучше съедем? — предложил Майк.

Как ни странно, двигаться по обочине оказалось гораздо удобней. Резких провалов здесь не попадалось и почва немногим уступала в твердости асфальту. Важно было только держаться бок о бок: каждый из мотоциклов оставлял густой шлейф пыли, и тому, кто шел бы в хвосте, пришлось бы несладко.

«В Калмыкию уже заехали, — оценил Атаман. — Лишь бы этот гад не погнал дальше на восток».

Вдруг в треске одного из мотоциклов послышалось что-то новое. Ездок с узкими бакенбардами поднял руку, сигналя об остановке.

— Чего там у тебя? Снова клина ловит? — с досадой поинтересовался Штурман.

— Генератор воет. Пощупай, какой горячий.

Надо релюху менять, иначе спалю на хер статорную обмотку.

К счастью реле-регулятор имелось в комплекте запчастей.

— Знаешь, какие у мотоцикла преимущества перед женщиной? — спросил у Юрия Штурман. — Мотоцикл требует новые цепочки, ремни и прочее, только когда старые натурально износились.

— И не ругается с тобой, если ты не совсем аккуратно ездишь, — добавил Майк. — Развинтился — можно гайки подтянуть, расшумелся — поставить глушак.

— Вообще куча плюсов. Как-нибудь сядем на привале, вспомним еще.

После короткой технической остановки «Уралы» снова рванули с места на предельной скорости, какая только была возможна на обочине.

Но проблемы не закончились. Скоро впереди показались будто клубы дыма. Это не был пожар, потому что клубы перемещались как-то странно, рывками.

— Птицы? — предположил Штурман.

— Блин… — ругнулся Майк.

— Что опять не так?

— Да стекла на очках замазало какой-то дрянью.

На ходу он снял их, чтобы протереть о рукав.

— Приехали! Саранча это!

Штурману с Терпухиным тут же пришлось убедиться в его правоте. В воздухе стали мелькать крылатые существа, пока еще небольшими стайками. На одежде и корпусе мотоцикла появились желтоватые пятна от расплющенных во встречном движении насекомых.

— Прорвемся? — спросил сам себя байкер.

Клубы дыма приближались, вырастали. Стало заметно, что состоят они из крошечных черных точек.

— Какого черта сюда поперли? — удивился Атаман. — Здесь им жрать нечего.

— Нагуляют аппетит и как раз доберутся до зелени.

— Не слышу! Да ладно, неважно!

Раньше общаться в дороге мешал вихрь скорости, врывающийся в открытый рот, — его приходилось прикрывать ладонью. Теперь этот вихрь норовил накормить саранчой. Прижимая ладонь к губам, было уже непросто докричаться друг до друга.

Мотоциклы влетели в «плотные слои атмосферы». Скорость не уменьшилась, но нагрузка на машины возросла. Именно «Уралам» угрожала большая опасность, чем людям: трупики саранчи быстро забивали мельчайшие щели, и это могло привести к самым худшим последствиям.

Майк сорвал с себя куртку, попытался размахивать ею, как флагом, разгоняя насекомых. Никакого толку. От мельтешения крылатых существ рябило в глазах. Дорога почти не просматривалась, только на слух можно было бы различить встречную машину. Слава богу, товарищи по несчастью пока не попадались.