Шрифт:
***
«Мам, тут так тесно, когда ты уже придёшь?»
Вика вскочила с кровати. Ей вновь приснился тот дурной сон. Она прикрыла ладонями лицо и свесила ноги на пол.
Несколько месяцев назад она со своим ребёнком попала в сильную аварию. Девушка опаздывала на совещание на работе, а ещё нужно было закинуть Пашку в школу. Вот она и летела по городу почти 80 километров в час. До школы оставалось пару кварталов, однако на светофоре Вика врезалась в скорую помощь, которая пересекала перекрёсток на красный.
Девушка не слышала сигналов. Да и были ли они? Чёрт его знает. Помнит она только то, что заметила Ford скорой в последний момент, дёрнула рулём влево, однако это не помогло. Очнулась Вика уже в больничной палате. Всё тело болело, на груди была массивная гипсовая повязка, однако, можно сказать, что ей повезло, она отделалась лишь ссадинами, да переломом ключицы.
Но в голове были лишь мысли о Пашке. Как он там. Она же вроде бы его пристёгивала, должно быть всё в порядке. Вроде бы пристёгивала…
Врачи долго не решались сказать ей. Но вот, вечером к ней подошёл врач и сообщил, что её сын не выжил. Подробностей он рассказывать не стал, да и не нужно было. Вика вспомнила, что в суете она забыла защёлкнуть ремень безопасности, лишь усадила Пашку на заднее сиденье, всунула ему ремень в руки и сказала пристегнуться.
С тех пор ей снятся кошмары с Пашей.
Самый жуткий она, кажется, запомнила навсегда. Приехав домой с работы и запарковавшись, Вика поднялась на свой этаж на лифте. Двери открылись, и перед ней предстала утонувшая в густой тьме лестничная клетка. Темнота была густой, словно кисель, казалось, что её можно черпать ложкой. Девушка ещё никогда не видела такого. Жуткий холод пробежал по спине, желудок скрутило.
На ватных ногах она подошла к своей квартире, дрожащей рукой извлекла ключи из своей сумки, показавшейся ей бездонной, вставила его в личину, провернула… Как вдруг из квартиры послышался стук. Кто-то постучал в дверь с той стороны.
Конец ознакомительного фрагмента.