Шрифт:
Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме.
Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. A.
Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.
Эта книга является художественным произведением.
Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.
Inherited for the Royal Bed
«Теперь принадлежу тебе»
Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя.
Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.
Глава 1
Трое мужчин быстро шагали по сверкающим мраморным коридорам дворца. Вот они миновали зал совета, стены которого украшали мечи и копья, старинные мушкеты и яркие боевые штандарты, словно ожидавшие очередного призыва к оружию. Прошли через просторный банкетный зал, комнату для аудиенций, пересекли внутренний двор с колоннами, сад, где журчали фонтаны – так громко в этот безмолвный полночный час, – мимо массивных дверей пустого гарема, мимо вырубленного прямо в скале входа в королевскую сокровищницу и, наконец, достигли коридора, ведущего к личным покоям эмира.
Саид остановился и повернулся к своим спутникам:
– На этом все.
– Но, сир, нам приказано…
– Приказ отменяется. Военное положение в Халарке отменено.
Заявление это прозвучало неправдоподобно. Практически всю историю Халарку угрожал войной соседний Джейрут, и поэтому каждый мужчина здесь постоянно был при оружии, готовый защищать свою страну до последнего вздоха.
Саид прошел через все эти грозные годы. Годы постоянных приграничных конфликтов и бесполезных жертв, годы невозможности дать людям лучшую жизнь из-за того, что средства и энергию приходилось тратить на вооружение.
Он плотно сжал губы. И пусть он не добился ничего иного, главное, он – Саид Бадави, новый эмир Халарка – подарил своей стране мир. Но радоваться он будет позже, а сейчас ему хотелось лишь положить голову на подушку и впервые за три дня погрузиться в крепкий, дарующий забытье сон.
– Но, сир, наш долг – охранять вас. Мы проведем ночь на посту у ваших покоев.
– Дворец по всему периметру охраняют ваши коллеги, к тому же он напичкан новейшими электронными системами безопасности.
Да уж, предыдущий эмир, его дядя, не жалел средств на собственную защиту и вооружение. Жаль только, о людях он совсем не думал.
Охранники до сих пор не ушли, и Саид начал терять терпение.
– Приказы отдаю я! – рявкнул он, сердито прищурившись, и солдаты попятились.
Гнев Саида тут же утих. В конце концов, эти люди пытаются делать свою работу. В былые дни невыполнение приказа эмира сурово каралось.
– Ваша преданность долгу и эмиру достойна похвалы. Но с этого момента правила безопасности меняются. Ваш командир проинформирует вас позже. А сейчас вернитесь к охране вестибюля.
Не дожидаясь ответа, он развернулся и зашагал прочь по коридору, оставляя пыльные следы на инкрустированном полу.
Из внутреннего двора повеяло ночной прохладой. Саид вдохнул полной грудью. Впервые за несколько дней он остался один. Впервые можно расслабиться.
Сегодняшние бурные торжества, в которых приняли участие вожди всех кланов Халарка, региональный губернатор, главный военачальник, а также большинство бойцов, были грандиозными. Равнину за городскими стенами заполонили люди, от праздничных костров, на которых готовили еду, воздух наполнился густыми аппетитными ароматами. Похоже, праздновать будут до самого утра.
А ему на рассвете уже нужно заняться документами и разобраться со всеми дипломатическими нюансами. Он должен узаконить мирное соглашение, чтобы определить границы и обеспечить безопасность всем, кто будет их пересекать, чтобы положить начало мирному сосуществованию и сотрудничеству Халарка и Джейрута.
Саид замедлил шаг и улыбнулся. Его люди празднуют мир! И он присоединился бы к ним с удовольствием, если бы не устал так после тяжелых переговоров с правителем Джейрута Хусейном. А сколько сил отнимала необходимость держать в узде собственных генералов, чтобы предотвратить провокации и насилие! Некоторые думали, что раз у него внушительный военный послужной список и репутация решительного бойца, его легко склонить к поддержке военных планов предшественника. Но приоритетом Саида был его народ, а позерство стариков, считавших простых людей расходным материалом, было ему чуждо.
Добравшись до покоев и закрыв за собой дверь, он с облегчением вздохнул: наконец-то один! Миновал кабинет, медиакомнату, просторную гостиную и вошел в спальню. Веки его моментально отяжелели, едва он увидел огромную кровать, убранную в королевских цветах – глубокий синий с серебром. Верхний свет был потушен, пространство мягко освещали декора тивные бра. Он остановился, борясь с желанием рухнуть на кровать прямо в одежде. Но нет, сначала надо принять душ.
Раздеваясь, Саид чувствовал, как постепенно спадает напряжение. Скинул тонкую рубашку, обнажив рельефную мускулатуру, и с удовольствием ощутил кожей ночную прохладу.
Он начал было разуваться, но вдруг замер на одной ноге, насторожившись. Натренированный годами инстинкт воина подал сигнал тревоги. Что-то было не так. Возможно, напрасно он отпустил охрану… И теперь станет самым молодым и рано почившим эмиром в истории Халарка. Да уж, прекрасная эпитафия получится!
Стараясь двигаться максимально бесшумно, Саид осторожно намотал рубаху на левый кулак и предплечье. Пулю это, конечно, не остановит, но вот удар ножом смягчит. Он невольно скользнул взглядом по длинному серебристо-белому шраму на предплечье – хорошо наточенный нож легко преодолевает несколько слоев одежды.
Саид медленно повернулся, раздувая ноздри в попытке уловить любой посторонний запах, прищуренные глаза быстро обежали комнату, не пропустив ни одного уголка.
Ничего. Может, просто сказывается переутомление? Он развернулся к кровати и… Рука молниеносно вытащила из ножен на бедре хотя и церемониальный, но очень острый кинжал.
– Ты кто и что здесь делаешь? – процедил Саид сквозь зубы.
Вместо ответа из-за кровати медленно поднялась миниатюрная фигура, укутанная в темное покрывало. Поднявшись, немедленно согнулась в поклоне.