Теория катастроф

Почему принято считать, что крайности вредны? Потому что любая крайность есть состояние ненормальное, и спланировать что-либо, равно как и угадать даже не слишком отдаленное во времени развитие событий, решительно невозможно. В нормальной ситуации все движется медленно и равномерно, и кажется, что это будет длиться вечно. Хотя, конечно, имеет место диалектический переход количества в качество, но происходит он тоже весьма неспешно и ни к каким нежелательным последствиям не приводит. Тем более что зачастую сопровождается обратным процессом перехода качества в количество, особенно если речь идет о застолье.

Совершенно по-другому обстоят дела в так называемых экстремальных ситуациях. Чтобы представить себе такую ситуацию в максимально общем виде, не нужно специального математического образования. Да и вообще никакого образования не нужно. Достаточно всего лишь смешать накануне вечером правильный ассортимент напитков, от ограничений по потреблению твердо отказаться, а закусывать чем-нибудь легким, вроде бутербродов с килечкой и яйцом, остывших креветок и безжалостно ошкуренных после снятия целлофана сосисок. И тогда поутру, в темноте внезапно наступившего пробуждения, под бешеный стук сердца, сквозь накатывающиеся волны похмельной головной боли, вам и привидится нечто вроде бесконечной гладкой поверхности пространственно-временного континуума, медленно проползающей перед вашими глазами, то вздымаясь лениво, то будто бы падая.

Запомните сразу, что эта поверхность и есть нормальное и необремененное нежелательными последствиями развитие событий.

А вот если на этом общем спокойном фоне вам вдруг доведется углядеть малозаметную складочку вроде той, которая образуется от утюга при попытке погладить обе брючины одновременно, то знайте, что перед вами точка беды.

Потому что обычное передвижение по застилающей ваш взор колышащейся поверхности есть всего лишь череда плавных подъемов и спусков, а вот если вас занесет на эту складочку, то любое микроскопическое шевеление неизбежно закончится захватывающим дух полетом в бездну, о существовании и глубине которой никак невозможно было догадаться заранее.

Поэтому, находясь в вышеописанном печальном состоянии и заметив где-то на горизонте первые признаки складки, не ждите, пока она подползет к вам близко. Особенно если сердце у вас не так чтобы очень. Лучше всего немедленно бегите к холодильнику и сделайте хотя бы один глоток.

Поверьте – более надежного способа борьбы с непредсказуемостью человечество так и не придумало. Если, конечно, не считать холодного душа. Но это уже вопрос вкуса.

Для непьющих же, добровольно отказавшихся от радостей жизни и пытающихся постигнуть ее смысл через философические размышления, у меня есть другая история.

Известно, что делать людям добро хорошо и приятно. Поэтому многие, творя для ближних своих совершенно несуразные пакости, пытаются стыдливо замаскировать их под всяческие благодеяния. Облагодетельствованные ими ближние охотно дают себя обмануть, поскольку им намного приятнее верить в существование бескорыстного друга, нежели осознать, что их самым беззастенчивым образом обкрадывают, да при этом еще и облапошивают. Единственное, о чем должен заботиться коварный злодей, так это о том, чтобы не допустить свою жертву в опасно близкую окрестность точки осознания. Потому что, пока этого не произошло, жертва готова на злодея молиться, мыть ему ноги, пить воду и так далее.

Иначе же последствия могут быть весьма и весьма нежелательными.

Вообще многие беды наших людей объясняются пропагандистской шумихой о самом читающем народе в мире, прикрываясь которой, можно ничего и никогда не читать. Или не усваивать прочитанного, что, по результату, одно и то же.

Еще Марк Твен в одной из своих замечательных книжек рассказал поучительную историю о негре, который собрал своих коллег по работе на плантации и сообщил им, что он открыл банк. И что всякий, кто положит к нему в банк один доллар, через месяц получит десять. Коллеги обрадовались и потащили в банк доллары. Негр-банкир доллары собрал, на неделю куда-то сгинул, а потом появился и печально сообщил, что банк лопнул.

Люди! Читайте книжки! И вообще будьте бдительны.

Инвестиционный фонд “Форум” представлял собой обычную финансовую пирамиду. За последние годы у россиян вроде бы выработался устойчивый иммунитет к предприятиям, собирающим деньги у народонаселения, что, впрочем, нимало не мешало покупаться на уловки все новых и новых жуликов. Способствовали этому два обстоятельства. Во-первых, человек, который за свои кровные приобрел хоть один фантик, никогда в жизни не признает прилюдно, что он полный и окончательный дурак. Напротив – он со всем данным ему природой даром убеждения будет внушать окружающим, что именно ему повезло наткнуться на золотую жилу, что именно он владеет сокровенным знанием и что дурят всех и везде, а вот здесь – никого и никогда. И тем самым раздувать армию идиотов до такого размера, что при неизбежном крахе ему уже стыдно за собственную индивидуальную глупость не будет. А во-вторых, двух одинаковых пирамид на свете не бывает, и каждый пирамидостроитель обязательно привносит в свое творение нечто оригинальное. Так вот, дураки, до того уже не раз погоревшие, лучше всего ловятся именно на новизну, поскольку не могут понять своими куриными мозгами, что ежели уж пирамидостроитель что-то там придумал, то вовсе не для того, чтобы дать им поправить материальное положение, а чтобы понадежнее прикрыть собственную задницу.

Бог его знает, как это получилось, но в учредителях фонда “Форум” числилось десятка два вполне приличных предприятий и организаций. Учредили они его еще чуть ли не при советской власти, перечислили какую-то мелочевку в уставный капитал и благополучно о собственном детище забыли. Лет пять фонд просуществовал в замороженном состоянии, напоминая о себе только сдаваемыми в налоговую инспекцию нулевыми балансами, а потом внезапно ожил и сразу же дал о себе знать. Конечно же, директор фонда, некто Халамайзер, вовсе не собирался самолично торговать своими ценными бумагами. Потому что печальный опыт МММ, “Чары”, РДС и прочих тибетов был ему знаком не понаслышке. И он предпочитал, чтобы его кусочки “Олби” продавались кем-нибудь другим, а он обеспечивал бы респектабельное прикрытие. Поэтому он привлек около полусотни мелких брокерских контор, раздал им пачки многоцветной макулатуры и поручил дурачить народ. Правда, в договорах с конторами было четко записано, что вся выручка инкассируется на счета фонда, но об этом посторонним знать не полагалось. А полагалось посторонним знать, что через месяц с момента покупки, и ни днем позже, фонд “Форум”, учрежденный такими-то и такими-то и чуть ли не Союзом промышленников и предпринимателей, обязуется эти ценные бумаги выкупить по цене покупки плюс тридцать процентов. А через два месяца – по цене покупки плюс пятьдесят процентов. И так далее. Через год – чуть ли не по тройной цене.

Понятно, что тройной цены никто так и не дождался, ибо фонд успел лопнуть несколько раньше, да и речь у нас пойдет о другом. Это, как говорится, была присказка. А вот теперь начинается сказка.

Юра Кислицын был директором и хозяином фондового магазина. Помещение магазина у него сперва было в аренде, потом, поднакопив деньжат, он его выкупил, достроил, отремонтировал и довел до полного блеска. В коммерцию он пришел из Миннефтехимпрома, связей имел предостаточно и первый капитал сколотил на торговле голубыми фишками. От бумаг с неясной родословной обычно держался в стороне, и Халамайзер был его первым грехопадением. Но уж больно трудно было устоять.

Халамайзер прекрасно понимал цену прикормленного места с хорошей репутацией, с ходу объявил Юре двадцать процентов от выручки, выждал минуту, убеждаясь, что рыбка готова клюнуть, и тут же повысил ставку до тридцати пяти.

И Юра согласился, потому что знал, что никому Халамайзер больше восьми процентов не дает.

Он подписал все необходимые документы, принял на ответственное хранение около центнера макулатуры, дождался начала рекламной кампании и стал торговать.

Очереди в Юрин магазин выстраивались с семи утра и не рассасывались до самого закрытия.