Чтение онлайн

Экипаж доехал до Чаринг-Кросса, пульсирующего центра Лондона. С ударом колокола церкви Святого Мартина-в-Полях город окончательно пробудился к утренней жизни, и из богатых западных кварталов в клубы на Пэлл-Мэлл, в правительственный квартал и к Темпл-Бару, где располагались конторы адвокатов, потянулись солидные экипажи с состоятельными джентльменами. Роскошные особняки, казавшиеся особенно великолепными после мрачных кирпичных домов Клер-кенуэлла, обрамляли Трафальгарскую площадь; важные господа направлялись на Королевскую биржу, повсюду сновали со своими повозками проворные чистильщики обуви, дворники, продавцы пирожков, надеявшиеся, что им тоже перепадет что-нибудь от лондонского богатства.

Город казался прекрасно отлаженным механизмом, хорошо смазанной машиной, где ничего не пропадает зря. То, что за ненадобностью выбрасывали одни, чтобы выжить, подбирали другие, и вдруг Сара поняла, почему так ненавидит Лондон с его глубоко укоренившимся прагматизмом. Ее отец тоже не любил его, не случайно уединился в Йоркшире. На какое-то мгновение Сара пожалела, что согласилась на просьбу крестного. Большой город оглушил ее движением, шумом, запахами, дымом, поднимавшимся из бесчисленных каминных труб. Зачем она поддалась своему любопытству? Что она здесь потеряла?

Но поздно — экипаж уже свернул на Уайтхолл, проехал здание адмиралтейства, замедлил ход у дома номер четыре и через высокие ворота въехал во двор, где находилось длинное кирпичное здание; его высокие фронтоны и белые окна выглядели очень импозантно. Сара еще ни разу не бывала здесь, но тем не менее знала, что по этому адресу располагается Скотланд-Ярд.

— Удивлена? — поинтересовался Лейдон, когда экипаж остановился.

— Немного, — призналась Сара, выходя и опираясь на руку кучера. — Я полагала, мы едем на улицу Сент-Джеймс, где обычно принимает королева.

— Ее величество занята важными делами, дитя мое. У нее нет времени принимать тебя.

— Вот как? А разве ты не говорил, что она просит моей помощи?

— Просит — через своего советника сэра Джеффри Халла. А он ждет нас здесь.

— Нас уже ждут?

— Ждут, дитя мое. И это свидетельствует о том, как важна твоя миссия.

— Ну вот, миссия, — невесело усмехнулась Сара. — Ты все шутишь, дядя. А я даже не знаю, зачем приехала.

— Еще немного терпения, и ты все узнаешь. — И доктор снова улыбнулся — любезно, но как-то неопределенно.

Навстречу им вышел полицейский в темно-синей форме. Когда Лейдон, пошарив в сюртуке, вручил ему какую-то бумагу, тот слегка поклонился и попросил пройти за ним. По широкой галерее и бесконечным коридорам, в которых стоял острый запах свежей мастики, а все дубовые двери были закрыты, констебль провел Сару и Лейдона на верхний этаж. Перед дверью, ничем не отличавшейся от остальных, он остановился, постучал, зашел в кабинет, но тут же появился снова.

— Вас просят войти, — отрапортовал он, как вышколенный слуга богатого дома, и удалился, а посетители прошли в кабинет.

Единственное окно строго обставленного помещения выходило во двор, давший зданию свое столь известное название. На большом дубовом письменном столе были навалены папки, документы, фотографии. У одной из стен, окрашенных в тускло-зеленый цвет, стояла этажерка с книгами и какими-то предметами. На противоположной стене висела большая карта города. В глубине кабинета можно было видеть двух мужчин, казалось, ждавших посетителей. Один — ровесник Лейдона, как и тот, одетый в черный, до колен, сюртук, с седыми поредевшими волосами, но внимательным взглядом, в котором еще не угасла молодость. Другой был намного моложе, приземист, в мундире того же цвета, что и блестевшие от помады черные волосы. Узкие глаза, длинный нос и подкрученные вверх усы придавали ему суровый и непреклонный вид солдата, что Саре сразу не понравилось.

— Наконец-то, доктор Лейдон, — с явным облегчением поздоровался старший. — Получив вашу телеграмму из Манчестера, мы с нетерпением ожидали вас. Добро пожаловать.

— Благодарю, сэр Джеффри, — учтиво ответил Лейдон. — Позвольте представить вам леди Кинкейд, дочь нашего уважаемого друга Гардинера. Сара, сэр Джеффри Халл, советник королевы, и это, осмелюсь добавить, не только почетное звание.

— Для меня это честь, леди Кинкейд, — проговорил пожилой мужчина с молодым блеском в глазах и поклонился.

— Как и для меня, сэр Джеффри. — Сара кивнула, как и предписывал этикет даме ее положения. — Вы были знакомы с моим отцом?

— Именно так. Славный Гардинер, доктор Лейдон и я вместе учились в Оксфорде и довольно бурно провели там несколько лет, если вы позволите мне такую нескромность.

— Позволяю от души, — улыбнулась Сара. — Мне известно, что у отца были тайны.

— Возможно. Но он был также прекрасным другом и замечательным ученым. Его смерть — невосполнимая утрата для империи.

— Не только для империи, — тихо сказала Сара.

— Позволь представить тебе второго джентльмена, — вмешался доктор Лейдон, прежде чем разговор принял нежелательный оборот. — Это Десмонд Квейл, инспектор Скотланд-Ярда.

— Инспектор. — Сара кивнула полицейскому, который, однако, никак не ответил.

Он недоверчиво и недовольно смотрел на посетительницу; лицо его потемнело, губы дрожали.

— Доктор, — обратился он к Мортимеру Лейдону, не обращая внимания на присутствие в кабинете Сары, — могу я попросить вас на несколько минут?

— Конечно, инспектор, — ответил доктор, подходя к полицейскому. — Чем могу служить?

Квейл очень старался говорить тихо, но глаза его, когда он смотрел на Сару, метали молнии, а возбуждение мешало понизить голос.

— Послушайте, доктор, что это значит? — прошипел он. — Мне как ответственному сотруднику обещают высококвалифицированного специалиста, а вы мне кого привели? Женщину! Я пятнадцать лет работаю в Скотланд-Ярде, но такого еще не видывал. И это тот помощник, о котором вы мне столько говорили?! Да будет вам известно, я не работаю с дилетантами.