Чтение онлайн

— Это из-за них помойники сходят с ума?

— Скорее, просто теряют разум, когда Пульсары пролетают через них.

Гул приближался, и я подошёл к спутникам поближе, заставив сгрудиться. Так мне легче будет оттолкнуть их в сторону, когда я смогу определить, где именно находится опасность. Мне даже вспомнились тренировки стрельбы, когда нас учили поражать цель в тёмном помещении на слух.

Вот жжёный псарь! Я не видел, но чётко ощущал, что Пульсар уже близко. И, как назло, звук прерывался — мне не хватало внутренней настройки, чтоб держать постоянный контроль.

Я попытался вызвать тепло в затылке. Ну же, чакры мои небесные, надо постараться!

Сконцентрироваться не получалось. Так, а если через оракульную чакру в груди? Увидеть её, а потом по отблеску нырнуть вверх, как уже делал до этого…

«Мы ждём…»

Едва слышный шёпот заставил меня вздрогнуть и потерять концентрацию. Твою псину, а ведь я уже, кажется, слышал эти голоса.

«Здесь нужен привратник…»

Эвелина осторожно взяла мои пальцы и больно сжала, чуть не заламывая. Я возмущённо покосился на неё.

— Не используй магию мысли. Именно поэтому Стражи Душ боятся Межедара — их магия притягивает блуждающие Пульсары.

Я облегчённо выдохнул. На хрен, вот женская логика! Эвелина должна была мне сказать об этом сразу же, ещё на входе.

— А если магию духа? — поинтересовался я.

— Ты не можешь ей управлять, привратник. И не спорь! Не можешь… пока, — Эвелина нахмурила брови, — Просто слушай.

Расслабившись, я последовал её примеру. Кажется, понятно, что имела в виду Эвелина. Нужно было стать своего рода «приёмником», не излучая при этом псионику самому.

«Здесь явно нужен привратник…»

Шёпот повторился, а потом исчез. Осталось только гудение Пульсара.

Я сделал шаг в одну сторону, в другую. Оценил разницу, попытавшись найти точку, из которой идёт звук. Судя по источнику, сам по себе Пульсар был небольшим, наверняка не больше футбольного мяча.

Поэтому через несколько секунд я взял чернолунницу за руку и, кивнув, потянул за собой. Пацан сразу же схватился за руку Эвелины и засеменил следом за ней.

Прижавшись к стене, мы все втроём протиснулись вдоль источника шума, потом спокойно пошли дальше. Теперь я знал примерно, к чему прислушиваться, поэтому следующие Пульсары уже не стали для меня неожиданностью.

Голоса, конечно, немного пугали меня. Но мне и до этого уже приходили видения, и гораздо более страшные, чем какой-то шёпот в ночи. Да и обсуждать мои галлюцинации здесь было не с кем.

Мне казалось, что скажи я Эвелине о голосах, и она меня потащит силком под венец в ближайшую церковь Чёрной Луны, и даже обстрел солдатами её не остановит.

На самом деле меня больше напрягало другое — мы уже почти час блуждали по туннелям, обходя гудящие и медленно блуждающие Пульсары, и заворачивая в разные тоннели и проходы, но так и не встречали никакого намёка на выход в город.

Зато нам всё чаще стали встречаться помойники. Некоторые из них отскребали со стен и пола какой-то рыжий налёт, так похожий на ржавчину.

— Порошок счастья, — прошептал Хромой, спрятавшись за Эвелину.

— Лунная гниль, — Избранница едва не сплюнула, — Как можно до такого извратить природу магии?

Мы присели отдохнуть, наблюдая за монотонными движениями помойника. Он долго и нудно сгребал пальцами налёт, потом так же стряхивал его в корзинку на груди. Часть снова падала на пол, и помойник, замерев, несколько минут размышлял, что ему делать.

Затем он наклонялся… и опять пара минут на раздумья. И медленными движениями сгребал оброненное с пола. Эта процедура повторялась медленно и бессчётное количество раз. Любой нормальный человек уже с ума бы сошёл от такого труда.

Упоминание о магии заставило меня спросить чернолунницу:

— Так ты всё-таки маг?

— Нет, я же… кхм… Безлунная.

— Ой, я тебя умоляю, — я закатил глаза.

— Ты, привратник, наверняка слышал, что Безлунных ещё называют Ночными Магами?

Я кивнул, вспомнив градацию всех местных магов. От слабых Утренних, Полуденных и Вечерних до сильных Магов Первого и последующих Дней. И да, солдаты в степи возле Маловратска, как я помню, забавлялись над тем, что Безлунных называют Ночными Магами. Чаще, правда, просто чушками.

— Так вот, нельзя меня считать Лунной. Я такая же Безлунная, как… как этот мальчик, например.

Хромой вздохнул. Судя по его глазам, пацан очень сильно мечтал о том, что когда-нибудь в нём чудом проснётся магический дар.

— По воле Незримой мы, Дети Чёрной Луны, обладаем особыми знаниями, позволяющими чувствовать этот мир. Иначе как мы узнаем, что наступают последние времена? Ведь уже когда выйдет Чёрная Луна, и когда увидим мы собачью тень Незримой на ней, будет уже поздно.

— Только давай без проповедей, — улыбнулся я, а потом вдруг спохватился, — Какую тень?!

— Ну, деверь мой неразумный. Неужели ты не слышал, что Незримая часто является самым праведным своим последователям в образе собаки?

Я ошарашенно покачал головой. Эвелина с видимым удовольствием приготовилась прочитать мне очередную проповедь о Незримой, как вдруг стены вокруг осветились красным.

По туннелю пронёсся мощный порыв ветра, заставив нас с Эвелиной пригнуться. Мальчишку даже сдуло с камня, на котором тот сидел.

Бедный помойник потерял равновесие и рухнул рядом со стеной. Он так и остался лежать, некоторое время ещё шевеля руками, будто отскребая порошок. Кажется, до него ещё не дошло, что он упал.

Тут же под сводами пронеслись целые мириады искорок и осыпались на нас мелким крошевом. Я с удивлением достал из волос крошечный красный камушек, мерцающий неровным светом. Пирус?

Весь тоннель будто был усыпан красными звёздочками, мигающими, словно гирлянды.

— Кажется, это Вертун чихнул, — вставая, сказала Эвелина.

Она с недоверием смотрела на кончик её посоха — тот сиял, как звезда, сильно напитавшись энергией. Наши глаза до того привыкли к темноте, что теперь я мучительно жмурился, пытаясь прикрыться ладонью.