Темный Лекарь 14

Утренний туман над Рихтербергом ещё не успел рассеяться, когда в моём кабинете уже собралась импровизированная медицинская комиссия.

Кофе источал привычный бодрящий аромат, и я наслаждался этими редкими минутами спокойствия, прекрасно понимая, что день обещает быть насыщенным. Как и всегда.

За столом напротив меня расположились Морис и Бланш. Морис выглядел собранно и деловито. Он листал планшет, время от времени делая пометки стилусом.

Бланш же была настоящим воплощением элегантности, даже несмотря на раннее утро и то, что она едва успела сойти с поезда.

Её огненно-рыжие волосы были приподняты изысканной драгоценной заколкой, оставив открытой изящную шею. Строгий деловой костюм цвета тёмного изумруда идеально сидел на её точёной фигуре, а в ушах сверкали небольшие жемчужные серьги.

Но за всей этой внешней безмятежностью я видел напряжение в её зелёных глазах. Она пыталась его скрыть за светской улыбкой, но поджатые губы выдавали раздражение.

— Максимилиан, — начала она, едва я отпил первый глоток кофе, — я просто не могу спокойно слушать ту чушь, которую сейчас распространяют Штайгеры и Десмонды!

Она резко поставила свою чашку на блюдце, и фарфор мелодично звякнул.

— Они прямо заявляют в своих медиа, что Вийоны потеряли независимость и превратились в некромантских марионеток! — Её голос дрожал от возмущения. — Некоторые так прямо и говорят: «После смерти Катарины они полностью подчинились Рихтерам и теперь готовы говорить всё, что им прикажут!»

Морис осторожно покосился на неё и поднял руку в примирительном жесте:

— Бланш, дорогая, не стоит так волноваться из-за подобной ерунды.

— Как это — ерунды?! — вспыхнула она, поворачиваясь к нему всем корпусом. — Они подрывают доверие к нашему клану! К нашей репутации лучших целителей мира!

— Именно поэтому и не стоит бурно реагировать, — спокойно ответил Морис, потягивая кофе. — Эта пропаганда работает только на их собственных территориях. И то лишь потому, что люди боятся идти против политики своих сюзеренов.

Он наклонился вперёд, положив локти на стол, и посмотрел на Бланш с отеческой заботой:

— Понимаешь, в остальных местах люди всё больше задумываются о том, так ли уж безопасна «благодать». Мы предоставили им факты, научные данные, реальные исследования. А наши оппоненты могут предложить только эмоциональные лозунги и попытки очернить нас.

Я откинулся в кресле, наблюдая за их спором. Морис был прав, и я это прекрасно понимал.

— Более того, — оживлённо продолжил он, — вопреки опасениям, что маги начнут бежать из Рихтерберга, происходит совершенно обратное!

Бланш недоверчиво подняла бровь:

— То есть?

— К нам едут маги из других городов! — Морис не мог скрыть удовлетворения. — Заинтересованные в программе реабилитации. Только вчера я принял делегацию из северных земель. А позавчера зарегистрировались целых три группы из Синда.

Лицо Бланш мгновенно преобразилось. Раздражение сменилось самодовольной улыбкой, а в глазах заиграли лукавые искорки:

— Ещё бы! — она игриво встряхнула головой, отчего несколько локонов выбились из причёски и сделали её ещё более соблазнительной. — Ведь это я стала лицом кампании. Кто же устоит перед такой убедительностью?

Она кокетливо подмигнула мне, и я усмехнулся в ответ.

Но мысленно отметил, что дело не только в её несомненной харизме. Главным образом роль сыграло то, что мы наконец-то предоставили людям научные выкладки и неопровержимые доказательства.

Веками людей кормили красивыми сказками о «безопасности» и «эффективности» благодати. А мы дали им жёсткую правду: использование стимуляторов хоть и позволяет многим быстро достичь высоких рангов силы, но затем полностью останавливает любое развитие.

Более того, превращает магов практически в наркоманов, уже не способных существовать без дополнительной подпитки. После активного использования благодати они гораздо хуже усваивают естественную природную магическую энергию.

— Расскажите подробнее о планах расширения, — сказал я, делая очередной глоток кофе. — Как обстоят дела с реабилитационными центрами? Я вижу, что работа идёт, но я вас пригласил, чтобы узнать подробности из первых рук.

Морис оживился и принялся стучать по экрану планшета:

— У нас есть подробный бизнес-план. Хотя сейчас проект является дотационным, мы абсолютно уверены, что довольно скоро сможем выйти на самоокупаемость.

— Серьёзно? — поинтересовался я.

Честно сказать, я не особенно надеялся, что это станет чем-то иным, кроме как дыркой в нашем бюджете во благо борьбы со скверной.

— Желающих очень много, — подтвердил Морис. — Причём среди весьма обеспеченных магов. Представители торговых кланов, крупные артефакторы, даже некоторые военные. Они готовы платить очень серьёзные деньги, чтобы не ждать в очереди.

Бланш приосанилась и добавила:

— Они готовы пожертвовать силой здесь и сейчас, чтобы получить возможность в конце концов приобрести ранг повыше. Для многих это вопрос не только личного роста, но и социального статуса.

Она встала и начала расхаживать по кабинету, жестикулируя:

— Представьте извершителя, который десятилетиями считался крайне перспективным магом. А потом выясняется, что всё это время он топтался на месте из-за зависимости от благодати! Конечно, такие люди готовы заплатить любые деньги за возможность вырваться из этой ловушки.

Морис кивнул.

— Да, именно среди извершителей больше всего желающих, хотя мы думали, что они-то будут цепляться за свою силу. Это ведь уже очень высокий ранг. Но оказалось, что многим из них куда важнее попытаться достичь ранга архимага. Теперь, когда они поняли, что это возможно.

— Кстати, — Бланш игриво улыбнулась, — в соцсетях сейчас очень популярна одна теория! Её активно обсуждают в закрытых группах магов высокого ранга.

— Какая именно? — с любопытством спросил я.