Темнейший пленник
Шрифт:
Гален заметил, верша очередное убийство, что в его плече вспыхнула боль. Он посмотрел вниз. В промежуток между ключицей и сердцем вонзилась стрела. «Отравлена?» У него закружилась голова и в глазах заплясали звезды.
Он едва не промахнулся мимо меча, нацеленного ему в горло. Блок. Поворот. Все закачалось.
«Не могу проиграть. Нужно сражаться».
Раненые солдаты поднялись на ноги, чтобы атаковать. Близился второй раунд. Гален пригнулся и развернулся, одновременно ударив по концу стрелы рукоятью собственного меча, чтобы отбросить ее в сторону. Затем он поднялся, размахивая руками. Раздались лязг, свист, звон.
Несмотря на боль и головокружение, его свирепость и жестокость не ослабевали.
Зависть говорила: «Эти люди жаждут того, что принадлежит мне. Они должны умереть».
Впервые Гален согласился с демоном.
Глава 2
— Пора принять решение, раз и навсегда. — Легион ходила из одного конца гостиной в другой, стены комнаты, казалось, сжимались вокруг нее. Глубокий вдох, выдох. — Очень важно иметь правильное имя. — Особенно, когда ты когда-то была предметом, который передавали другим людям. — Но наличие двух имен сбивает с толку. Я Легион или Хани? Я думаю о себе как о Легион, но Легион означает множество, как будто я всего лишь одна в тысячной толпе. Но Хани (прим. переводчика — мед) — это полезный заменитель сахара, а я никого не заменяю. Вообще предпочитаю кукурузный сироп с высоким содержанием фруктозы, самый лучший из подсластителей. — Фу! — А может, сработает Эй Ты.
Ее сосед по комнате Типси (прим. переводчика — пьяница) — он же Сипс (прим. переводчика — выпивающий) — профурчал что-то в ответ. Он был занозой в заднице и карликовым енотом, которого Гадес спас на парковке бара.
Эволюция прозвища маленькой милахи никогда не переставала забавлять. «Типси… Типпи Пу… Типпи… Тип-Тип… Тип-Тип Ура… Типпи-Типпи Бум-Бум… Типпи-Сиппи… Повелитель Сиппи… Сипс». Кроме сегодняшнего дня. Сегодня ее ничто не забавляло.
— Может быть, мне стоит помахать белым полотенцем капитуляции? — Она нахмурилась. Эта фраза показалась ей странной. Но с другой стороны, отсылки смертных всегда сбивали ее с толку. — Может быть, мне следует согласиться с предложением этого мужчины и навсегда называть себя Сахарная Грудь МакДжина. Хотя я могу себе представить, какой ответ получу от других. Привет, МояВагина. Иди сюда и посыпь меня своим сахарком. — Нет уж, спасибо.
В любом случае, почему имя вообще имеет какое-то значение? Она ни с кем никогда не общалась, кроме Сипса.
Но ей хотелось поговорить с кое-кем другим…
Тот-Чьё-Имя-Нельзя-Называть.
Легион вышла бы из убежища и выследила бы его, а может, и нет, если бы только предчувствие, покалывающее ей затылок, не приказывало оставаться дома, никуда не ходить и ни с кем не разговаривать. За этими стенами ее ждала боль, и только боль. В этом нет никаких сомнений.
Неужели она действительно хочет начать новый сезон ночных кошмаров? Когда наконец-то начала засыпать.
Хорошо. Значит, все решено. Она останется дома, будет мучиться из-за имени и откажется… категорически откажется!.. размышлять о прекрасном мужчине, который вдохновил ее на этот спор.
Прекрасном?
Ха! Попробуй садистский. Зловещий. Сводящий с ума. В этих вещах не было ничего прекрасного. Хотя, да, хорошо, она когда-то любила эти качества. Отлично! Какая-то часть ее все еще чувствовала это. Но только в том случае, если мужчина использует эти качества против врагов.
«Неважно». Новое имя не изменит того, кем или чем она была. Quinientos Diecis'eis of the Crois'e Sombres of Neid and Notpe-hocil. Титул, данный ей при рождении.
Смесь языков, слов и цифр буквально переводилась как «пятьсот шестнадцатая в Легионе темных крестоносцев зависти и нужды». Одна из миллиардов демонов, назначенных наказывать людей, совершивших преступления на почве ревности.
Легион ахнула, когда подол ее бального платья зацепился за щепку и порвался. Дурацкое платье! Почему она так сильно любила и обожала непрактичную одежду для выпускного вечера? Почему вообще хотела чувствовать себя красивой? Ей не на кого было производить впечатление. Она любила и потеряла.
«И об этом тоже не стоит думать. Если только ты не хочешь начать рыдать?»
Отчаянно пытаясь отвлечься, она сосредоточилась на жилище. Дом, милый дом. Легион была здесь уже… некоторое время. Она потеряла счет времени. Несмотря на свои небольшие размеры, это место было настоящей мечтой. Состаренное белое дерево. Хрустальная люстра. Витражи. Каждый предмет мебели имел сельский, но модный вид.
Ей оставалось только сказать холодильнику, чего она хочет, и, вуаля, еда волшебным образом появилась. То же самое и со шкафом в ее спальне. Легион не нуждался ни в чем… кроме душевного покоя. И самоуважения. И, знаете ли, жизни, которую стоило бы прожить.
Ладно, значит, отвлекающий маневр не сработал. Погрозив пальцем Сипсу, она сказала:
— Прекрати придумывать способы помучить меня и начни помогать.
Енот сидел на диване с цветочным узором и наблюдал. Каждый день он разыгрывал какую-нибудь шутку. Подкладывал камешки в ее туфли. Оставлял змей или скорпионов в постели. Мочился на ее одежду. Но черт бы его побрал, если бы он не был самым очаровательным существом на свете.
— Забудь о моем имени. Мне нужно принять еще одно решение. Встречаться или не встречаться с… — «Сделай это. Назови его». — С Галеном. — Вот. Тот-Чьё-Имя-Нельзя-Называть был назван.
Неужели она случайно призвала его так же, как когда-то люди призывали ее?
С бешено колотящимся сердцем она развернулась и принялась обыскивать каюту в поисках его следов. Нет. Никаких признаков. Она вздохнула с облегчением. Да. С облегчением. А не с разочарованием.
— В колонке плюсов: он бессмертный воин. Невероятно сильный. Способный убить любого, кто мне угрожает. В колонке минусов: он известен как предатель. Как я вообще могу ему доверять?
Раздалось фырканье. Сипс проголосовал за все плюсы. «Зачем такому прекрасному экземпляру понадобилась ТЫ?»
— Отличный вопрос. — Легион продолжала вышагивать. Во время их первой встречи она пыталась убить Галена. Почему он дал ей второй шанс нанести удар? Если только сам не собирается на нее напасть?
Нет-нет. У него была масса возможностей сделать это. Вместо этого он всегда только защищал ее. Даже столкнулся с гневом ее первой любви, Аэроном, просто чтобы провести с ней время. Гален искренне ее желал. И, конечно же, она была польщена его вниманием.
— Окей, я расскажу тебе все по порядку, ничего не утаивая. — Может быть, она найдет ответы на свои дилеммы. Попытка игнорировать проблемы не помогла. «Ну, поехали». — Целую вечность назад я влюбилась в Повелителя Преисподней Аэрона, бессмертного воина, когда-то одержимого демоном Гнева. Тогда я была полностью демоном и понимала, что не смогу его завоевать. Поэтому я заключила сделку с Люцифером, чтобы приобрести человеческое тело и сохранить свое бессмертие и демоническую защиту. А именно мои ядовитые зубы и когти. Лучшее в обоих мирах. В обмен у меня было ограниченное время, чтобы затащить Аэрона в свою постель. Неудача означала возвращение в ад… в качестве рабыни Люцифера. Я могла бы победить, если бы Аэрон не был занят тем, что влюбился в Посланницу Оливию, отправленную его убить.