Театр
Шрифт:
Дьявол
Бог велел, чтоб я рассеял Навожденье тяжких снов, Что врага проклятый ков На тебя в сей день навеял. Встань, иди в Неаполь, там У ворот, что «Дверью моря» Называют, вскоре, вскоре Я тебе ответ мой дам, Ты увидишь… (все узнаешь, Лишь словам моим внимай) Человека…Пауло
Что за рай Ты мне в сердце проливаешь!Дьявол
Он — Энрико, храбрый сын Пожилого Анарето. Вот тебе его приметы: По осанке — дворянин, Рослый, статный, взгляд суровый. Эти выучи черты, И его узнаешь ты Там, на пристани.Пауло
И слово Должен я ему сказать, Но не ведаю какое.Дьявол
Нет, слова оставь в покое.Пауло
Что же делать?Дьявол
Наблюдать, Молча за его словами И поступками следить.Пауло
Ты запутываешь нить. Гасишь ты надежды пламя. Что ж мне делать, серафим?Дьявол
Знай, что то в господней воле, Что концом земной юдоли Ты сравняться должен с ним.(Дьявол исчезает.)
Пауло
О божественная тайна! С кем я рока одного, Как хочу узреть его! О, я счастлив чрезвычайно! Он — священный паладин, [33] В том сомненья быть не может.Сцена 5
Педриско (в сторону)
Рок всегда тому поможет, Кто несет грозу годин. Я ушел от разговора И насытился, как мог.33
Паладин — средневековый придворный, вельможа, один из легендарных рыцарей — богатырей, сопровождавших Карла Великого в его войнах. Отсюда — странствующий рыцарь. В подлиннике: divino var'on — божественный муж.
Пауло
Друг Педриско!Педриско
Я у ног, Лобызаю их. [34]Пауло
Нам скоро Путь далекий предстоит, И тебе, и мне.Педриско
Мне тоже? Как я счастлив, правый боже! Но куда же он лежит?34
Я — у ног, лобызаю их… — староиспанская формула приветствия. Так обращались младшие к старшим, подчиненные к начальникам, слуги к хозяевам. Такая форма вежливости сохранилась и до сих пор в обращении к женщинам.
Пауло
На Неаполь.Педриско
Что за диво! А зачем, отец?Пауло
В пути Узнает, куда итти, Пилигрим благочестивый.Педриско
Ну, а вдруг там нас признают Наши прежние друзья?Пауло
Нет, они — считаю я — Уж о нас не вспоминают. Ведь прошло не мало лет.Педриско
Десять лет нас не видали, Нас признают там едва ли. Нынче так уж создан свет: Через час встречая друга, Друг его не признает.Пауло
В путь…Педриско
И бог нас поведет.Пауло
Ах, от тяжкого недуга Дух мой, боже, исцелен! Как желаньем не ответить Моего Энрико встретить, — Воля господа — закон. Встретить рыцаря святого… Ах, восторг без меры мой!Педриско (в сторону)
Счастлив я, что я с тобой! На пути мечтаю снова, Раз дарит мне нынче рок Милость неба в изобильи, Заявиться к Хуанилье [35] И к Косому в кабачок…(Уходят.)
Сцена 6
Дьявол
Сбился с истинной дороги Сомневающийся в боге. Пусть увидит он конец, Что судил ему творец И всеправедный и строгий.35
Хуанилья — ласкательная форма от Хуаны, распространеннейшего испанского имени. Большинству действующих лиц «Осужденного за недостаток веры» Тирсо дает имена на итальянский лад. Здесь вполне допустимое с точки зрения правдоподобности исключение.
КАРТИНА ВТОРАЯ
Сцена 7
Лисандро и Октавия
Лисандро
Об этой женщине молва Меня одна сюда примчала.Октавио
А что гласит молва?36
Пасьо — внутренний двор, окруженный стенами или галлереями. Распространенный в испанской архитектуре обычай оставлять внутри домов и других построек открытое пространство существовал с древнейших времен. В эпоху Возрождения и позже такие дворы отделывались с большой роскошью, вокруг них возводились крытые галлереи, обычно двухэтажные и тщательно орнаментированные.
Лисандро
О ней Мне приходилось часто слышать, Октавио: из всех красавиц, Каких видали в этом веке В Неаполе, по слухам нет Утонченней ее.Октавио
Святую Вам сообщили правду. Только Изысканность — лишь оболочка Ее порочности, приманка. Облюбовав глупцов заране, Она читает им октавы [37] Иль шаловливые сонеты, [38] Что на досуге сочиняет. А те, чтоб выказать свою Ут'oнченность, ей расточают Хвалы за стиль и за язык.37
Октава — излюбленный в итальянской поэзии вид строфы. Такая строфа, писавшаяся обычно пятистопным ямбом, состоит из восьми строк: трех четных, объединенных одной рифмой, трех нечетных, объединенных другой рифмой, и две последних, рифмующиеся между собой.
38
Сонет — форма стихотворения, состоящего из четырнадцати стихов, разбитых на два четверостишия и два трехстишия. Сонеты были широко распространены в эпоху Возрождения и в XVI–XVII веках, особенно в Италии, на родине их.