Театр, де Молина Тирсо - читать онлайн

Театр

на обложку

де Молина Тирсо

Шрифт:

Донья Люсия (в сторону, донье Марте)

Совет мне нужен и самой. Люблю того, кто так далеко…

Донья Марта (в сторону)

Ах! Будь и вправду он далек!

Донья Люсия (так же)

Коль смерть ему присудит рок — Свершится приговор жестокий И надо мною в тот же срок.

Урбина

Однако надо поспешить, Чтоб ничего не пропустить, Когда хотите видеть праздник. Идемте.

Поручик

Ах, амур проказник! Меня сумел ты победить: Я на огонь опасный взгляда Как мотылек лететь готов.

Урбина (донье Марте)

Идем, сеньора.

Донья Марта

Вам не надо Меня просить: на бой быков Хоть целый день смотреть я рада.

Донья Люсия (в сторону)

Где ж ты, о друг любимый мой?..

Донья Марта (в сторону)

Любовь и страх своей борьбой На части душу разрывают: И жажду встречи я с тобой, И мысль одна о ней — пугает.

(Уходят.)

ИЛЬЕСКА

Вход на площадь, примыкающую к цирку.

Сцена 9

Дон Фелипе, Пастрана

Пастрана

На галлерею или в ложи, Иначе в цирк — избави боже! Не заражен твоим я вкусом.

Дон Фелипе

Но, друг, на что это похоже? Там место женщинам да трусам. Хватай же случай за рога! Убей быка: все изумятся…

Пастрана

Ну, нет, брат! Шкура дорога. Кто станет за рога хвататься, [108] Тот будет на рогах болтаться…

Дон Фелипе

Ну, вздор ты мелешь как обычно! Подумай сам — кто не знаком С твоей отвагой безграничной, Тот может увидать в таком Ответе трусость.

Пастрана

И отлично! Готов я трусом называться: Мне лишь подальше бы убраться.

108

Кто станет за рога хвататься — в подлиннике:

No hiermano quo suerte en cuernos Tiene la punta en la muerte, —

т. e. «нет, братец, концы его рогов несут смерть».

Дон Фелипе

Как, ты, испытанный в боях, К быку испытываешь страх?

Пастрана

Да, братец. Можешь возмущаться. Готов скрестить я в пять минут С тремя противниками шпаги. Ведь нет высокомерья тут, А дело чести и отваги, Где ум и доблесть в счет идут, Особенно когда серьезно Мы обучали у Каррансы, [109] И, как почти что все испанцы, Умеем дело мести грозной Искусством сделать грациозно. Потом: представь, что превосходство Врага ты видишь. Просто дело. Скажи: «Сеньор! Я ваш всецело. Познал я ваше благородство, И обещать могу вам смело — Отныне к вашим я услугам: Не молвлю слова с вашей дамой, Пойду в обход далекий самый… А коль хотите быть мне другом, Я ваш навек — скажу вам прямо». Тут будет благородный нрав Любезностью обезоружен; Нахала ты смягчишь, признав, Что он сильней, что он, мол, прав… С разбойником нам выкуп нужен. Но все ж всегда — надежда есть. Как в сердце б ни кипела месть, А самый грозный нрав смягчится, Лишь только человек польстится, Кто — на червонцы, кто — на лесть. С быком — не то. У! Просто жуть, Как станет землю рыть ногами, Да плащ в лохмотья рвать рогами! Пойди попробуй кто-нибудь Тут на ухо ему шепнуть: «Сеньор мой, вспомните о том, Что в кротости — величье силы. Быть надо дурнем иль ослом, Чтоб лбом бросаться напролом. Остановитесь, будьте милы». Увидишь ты его ответ На этот дружеский совет: Чуть отвернешься, в ту ж минуту Получишь ты, рогами вздет, Две дырки в спину — по полфуту.

109

Карранса — командор Херонимо де Карранса, севильский писатель XVI века, славившийся уменьем владеть оружием.

Дон Фелипе

Для трусости ответ найдем.

Пастрана

Прости — но не приму участья В подъеме рыцарском твоем. Спасибо за такой «подъем»: На воздух не хочу попасть я!

Дон Фелипе (смотря вглубь сцены)

Постой… Взгляни на тот балкон. О красота! О рай для взглядов!

Пастрана

Я вижу — выставку нарядов.

Дон Фелипе

Она — с сестрою! То не сон. Мой друг — вот та, кем я пленен! О ты, головка золотая, Как солнце, слезы осушая, Ты озаряешь жизни тьму! Индиец, солнце обожая, Смиренно молится ему. Так я молюсь тебе всегда. Летят к тебе, моя звезда, Послами — пламенные взгляды. Прими их. Дай мне луч отрады И мне скажи глазами: «Да». Пастрана, друг! Скажи ты ей О муках, о любви моей. Раз мне нельзя — ты все ей скажешь.

Пастрана

Где ж объясняться с ней прикажешь?

Дон Фелипе

Отсюда. Говори смелей!

Пастрана

Ты пьян?

Дон Фелипе

Красу ее воспой, Зарю затмившую собой… Скажи, что мой покой утерян, Что я ей буду вечно верен…

Пастрана

А сам-то — норовишь долой!

Дон Фелипе

Ужель не скажешь?