Чтение онлайн

Тут он вспомнил о необычном предчувствии чего-то значительного и трагического, снизошедшем на него незадолго до появления конверта. Кстати, в последние несколько дней у него не раз бывали подобные ощущения и днем, когда он отирался в толпе, и ночью в уединенных тупичках, где он пытался найти приют. Опытным преступникам известно это ощущение, и едва оно появляется, как они точно знают, что полиция «села им на хвост», но Гирт не был преступником и вообще не был никем, разве что успел познакомиться с самыми неприятными сторонами брачной жизни.

Он еще раз прочитал адрес на притягивавшем его взгляд конверте «Клеркенвелл, Уэмбли-роуд, 32а» и вспомнил, что это недалеко от того места, где он теперь находится. У него появилось неодолимое желание бежать туда, чтобы выяснить, кто его тезка П. С. Дж. У Гирт, а если такого нет, то кто присвоил себе его имя.

По своей сути Валь был консерватором, и если бы не обстоятельства, он лишь пожал бы плечами и забыл о конверте. Но в настоящий момент обстоятельства складывались против него. Он был человеком, который все потерял, соломинкой на ветру, которую любой ветерок может развернуть в неожиданном направлении. Ни время, ни затраченные усилия ничего для него не значили, в сущности, в его жизни не оставалось ничего такого, с чем стоило бы считаться. Вот так, подгоняемый любопытством, Валь покинул площадь, оставив позади разбушевавшийся ветер.

Он сам не знал, что рассчитывал отыскать. Конверт заворожил его, и сомнения развеялись, как дым.

Ранним утром Клеркенвелл представляет собой один из самых неблагополучных районов в восточной части центрального Лондона, о котором ходит немало всяких слухов, так что потрепанная одежда молодого человека не вызвала подозрений у немногих его обитателей, оказавшихся в этот час на улице.

Набредя на полицейских, Гирт спросил у них дорогу и на счастье зажал в кулаке шиллинг, подаренный ему еще одним полицейским. Они не разочаровали его в своем профессиональном всеведении и неторопливо объяснили, как найти нужную улицу, так что вскоре он уже шагал по темной грязной улочке с трамвайной линией, с самыми маленькими в Лондоне домами и с пропыленными лавчонками, в которых не видно было ни одной новой или неношеной вещи.

Дверь в дом 32а оказалась незапертой. Здесь располагался дешевый ресторан, производивший тягостное впечатление даже на подобной улице, к тому же, чтобы попасть в него, надо было спуститься вниз по лестнице в полуподвал. Даже Валь Гирт помедлил прежде, чем войти, а он уже много чего успел повидать.

Застекленная дверь была залеплена объявлениями и рекламой дешевых товаров, и свет с трудом пробивался через промасленную бумагу.

Гирт еще раз взглянул на конверт. Что ж, чему быть, того не миновать. Над дверью он ясно рассмотрел номер — 32а, а рядом с ней футовыми буквами было написано — «У Кемпа».

И все же он не мог не осознавать абсурдность происходящего, поэтому не сразу решился сказать себе, что терять ему нечего. Толкнув дверь, он оказался в зале.

Правда, в нем было столько дыма, что поначалу ничего не удалось рассмотреть, и прошло несколько минут, прежде, чем стали видны стоявшие вдоль стен пустые скамьи со спинками.

У дальней стены в окружении столиков находилась стойка, да еще плита, от которой как раз и валил дым. К этому гастрономическому алтарю и направился Гирт, сжимая в руке конверт, но не доставая его из кармана.

За стойкой никого не оказалось, и он постучал по ней. Тотчас справа открылась дверь и появился человек-гора с таким большим и мрачным лицом, какого Гирту еще не приходилось видеть. На животе у него висела салфетка, пристегнутая к рубашке, рукава которой лишь до локтей прикрывали мощные руки. Что же до остального, то на голове у него красовалась лысина и нос был давно и непоправимо сломан.

Он печально смотрел на молодого человека.

— Как раз время подумать о еде, — скорее грустно, чем сердито, проговорил он совершенно не подходившим ему замогильным голосом. — Остались только соус и картофельное пюре. Я там подбираю остатки.

Его грусть подействовала на Гирта успокаивающе, ведь он уже стал забывать, когда владельцы ресторанов разговаривали с ним по-человечески, так что он без лишних слов вынул из кармана конверт и положил его на стойку.

— Посмотрите. Вы ничего не знаете об этом?

На круглом лице не дрогнул ни единый мускул. Человек-гора глядел на конверт, как будто никогда раньше не видел ничего подобного и не знал, стоит ли вообще на него смотреть. Потом он резко вскинул голову и, поймав взгляд Гирта, сказал нечто такое, чего тот никак не ожидал в подобных обстоятельствах:

— Вижу, вас привлекает долгая дорога.

Гирт замер, понимая, что должен что-то ответить, потому что сказанное наверняка имело какой-то непонятный ему смысл, но он не знал его и потому неловко рассмеялся.

— Я не совсем понимаю, — проговорил он. — Наверное, вы имеете в виду мое бродяжничество? Но я пришел, чтобы спросить о конверте. Вы его видели прежде?

Хозяин ресторана изобразил на лице улыбку.

— А если да? — осторожно поинтересовался он. — Что из этого?

— Только то, что оно адресовано мне, и мне хочется знать, кто его вскрыл. Вы знаете получателя?

— Это ваше имя? — Человек-гора ткнул пальцем в фамилию Гирта. — А доказать можете?

Гирт замялся и покраснел.

— У меня нет документов, если вас это интересует, и визитной карточки тоже нет. Но если вас устроит портновская метка, то можете посмотреть ее на моем пиджаке.

Он расстегнул пиджак и вывернул внутренний карман, даже не представляя, как глупо это выглядит.

Печальный хозяин взглянул на карман, после чего критически осмотрел визитера с головы до ног.

— Его шили для вас? Гирт застегнул пиджак.

— Я похудел.

— Ага. Только не обижайтесь. Я вам верю… А вот другие не поверят. Меня зовут Лагг. Рад вас видеть. Правда. К тому же, у меня лежит для вас еще одно письмо.

Лагг отвернулся и после недолгих поисков среди чашек и тарелок подал Гирту точно такой же конверт, как первый, но нераспечатанный.

Ничего не понимая, молодой человек взял его и уже хотел разорвать, как Лагг самым дружеским образом похлопал его по плечу.