Чтение онлайн

Пэйдж раскрыла папку почти посередине. Сбоку к страницам были приклеены маленькие указатели букв в алфавитном порядке. Трэвис увидел, что страницы плотно исписаны текстом с заголовками, обозначавшими по большей части названия объектов, хотя кое-где встречались имена людей, лабораторий или станций, расположенных на территории Пограничного города.

Под заголовками с названиями объектов стояли дата, а также ряд букв и цифр – таких же, как на папках на полках. Код определенного места в хранилище. Под каждым заголовком имелось около дюжины строк, обозначавших участки архива по всему этажу. Трэвис сразу понял основной принцип, по которому здесь действовали: с появлявшимися из Бреши объектами проводились эксперименты, и результаты отправляли в архив на имевшееся в данный момент свободное место, а его расположение записывали в каталоге. Так было гораздо проще, чем всякий раз все перекладывать, чтобы сложить в одной секции материал, имеющий отношение к одному объекту.

Не вызывало сомнений, что за прошедшие годы каталог множество раз актуализировали – на каждой странице Трэвис видел как печатный, так и написанный от руки текст.

Пэйдж раскрыла каталог на разделе, помеченном буквой «С», и стала искать там «Скаляр».

И нашла.

Он был там – и одновременно нет.

Название определенно имелось, на самом верху отдельной страницы.

Под ним Трэвис насчитал семнадцать отдельных записей с датами от 1981 – 06–04 до 1987 – 11–28. Коды, обозначавшие места, где находились папки с данными, тоже были указаны. Иными словами, выглядело все так же, как и с остальными объектами.

Только все было зачеркнуто.

Кто-то провел горизонтальную линию обычной ручкой по каждой записи. Одной и той же ручкой. Получалось, что было принято решение их убрать, и это сделали в какой-то определенный момент времени. Однако никто не попытался по-настоящему уничтожить записи. Трэвис уже догадался, почему, и не сомневался, что Пэйдж тоже это поняла.

Через пять минут они убедились в своей правоте. На всех семнадцати полках, указанных в каталоге, папки, посвященные «Скаляру», исчезли. Вместо них либо остались пустые места, либо там стояли новые и не имевшие к нему никакого отношения материалы с названиями объектов. Пэйдж открыла каждую из них и просмотрела содержимое на случай, если интересующие их данные спрятали внутри под другим именем. Однако ничего не нашла.

– Но оно здесь находилось, – сказала она. – Исследование действительно проводилось, и им занимался «Тангенс». Оно продолжалось по меньшей мере шесть с половиной лет, и все это время бумажные документы хранились в архиве. А потом они избавились от всех следов и, насколько мне известно, даже никогда о нем не упоминали.

Пэйдж посмотрела на Трэвиса и покачала головой.

– Проклятье, что же это могло быть? – проговорила она.

Они вернулись в жилой комплекс на Б16 и устроились в гостиной. Трэвис сел в кресло рядом с диваном. Пэйдж расхаживала по комнате. Жидкокристаллический телевизор был включен на канале Си-эн-эн. Шло повторение репортажа, который они видели, когда находились наверху, в конференц-зале; появился лишь огромный белый брезентовый купол, скрывавший разрушения в Овальном кабинете и натянутый над поспешно возведенными строительными лесами. Теперь все выглядело аккуратно и достойно – как флаг, тщательно уложенный на крышке гроба.

В последние несколько минут комментарии сосредоточились на наследии Гарнера, в том числе мерах, которые он поддерживал, а впоследствии сделал законами. Распространение налогового кредита на электромобили. Реформа налога на образование. Дополнительное финансирование исследовательских программ в Гарварде и МТИ [9] , направленных на борьбу со старением – и даже на попытку обернуть этот процесс вспять, – с целью добиться серьезных результатов к середине столетия. Трэвису его идеи никогда не казались безумными – во всяком случае, по сравнению с полетом человека на Луну или соединением всех компьютеров мира в единую систему.

Однако о послании, оставленном убийцей, не упоминалось.

– Высшее руководство ФБР использует лучшие ресурсы, которые имеются в их распоряжении, – сказал Трэвис. – В том числе они обратились к новому президенту, но не сумели продвинуться ни на шаг. Мы можем с уверенностью полагать, что никто из власть имущих не знает о «Скаляре». Во всяком случае, из тех, кто хочет помочь.

– Из чего следует, что Неллис, скорее всего, прав: послание предназначено для нас, и они уверены, что мы понимаем, что оно означает.

Трэвис задумался над странным положением, в котором они оказались.

– Мы не только не знаем, против кого ведем игру, но и не представляем, в чем она состоит. И будет много лучше, если мы начнем это делать на собственных условиях, еще до того, как поймем, чем руководствуются наши противники.

Пэйдж опустилась на диван.

– Я не понимаю, почему отец никогда не рассказывал мне о «Скаляре».

Трэвис понимал, что ответить на ее вопрос будет совсем не просто. Отец Пэйдж умер, как и почти все члены «Тангенса», которые его знали. Сама Пэйдж, хотя ей было всего тридцать два года, являлась одним из старейших членов организации, несмотря на то что состояла в ней немногим больше десяти лет. И на то имелись свои причины. Три года назад Трэвиса привела в Пограничный город последовательность событий, которая завершилась гибелью большей части его обитателей. Чудовищные проявления насилия до сих пор снились Чейзу по ночам. Как и Пэйдж. Несколько раз в месяц ему приходилось ее будить.

Со временем в организацию стали принимать новых членов – разумеется, с соблюдением самых строгих мер предосторожности. Через пару лет численность «Тангенса» удалось восстановить. А потом, когда Пэйдж и большая часть руководящего персонала находилась в Вашингтоне, на них напали вооруженные до зубов убийцы – так начался новый виток конфликта. Уцелеть удалось лишь Пэйдж. С этого момента она осталась единственным человеком, способным руководить «Тангенсом». Лишь она могла связать прошлое и настоящее.

– Я работала рядом с отцом в течение почти десяти лет, – продолжала Пэйдж. – С ним и с сотней других людей. Большинство из них являлись членами организации с момента ее создания, из чего следует, что история со «Скаляром» происходила у них на глазах. Почему же ни один из них никогда о нем не упоминал?

– И причина вовсе не в отсутствии доверия к тебе, – заметил Трэвис.

– Вне всяких сомнений. Мы целиком и полностью доверяли друг другу. Вплоть до наших жизней.

– Но какими могут быть другие причины? – спросил Трэвис. – Им было стыдно?