Чтение онлайн

Год спустя, в начале сентября 1923 г., броневые силы подверглись новым организационным изменениям. Отдельные небольшие автотанковые отряды (бронеотряды) были сведены в относительно крупное соединение — «эскадру» танков, которая состояла из двух флотилий: тяжелой и легкой.

В 1925 г. были введены штаты отдельного тяжелого и отдельного легкого танковых батальонов. В каждом батальоне предусматривалось иметь по 30 танков.

Летом 1929 г. был создан опытный механизированный полк2, которым командовал один из видных энтузиастов строительства бронетанковых и механизированных войск К. Б. Калиновский. На базе этого полка в мае 1930 г. формируется первое в мировой практике бронетанковое соединение — механизированная бригада в составе танкового и моторизованного полков, разведывательного и артиллерийского дивизионов, а также ряда специальных подразделений. Она имела 60 танков, 32 танкетки, 17 бронемашин, 264 автомашины и 12 тракторов3.

Постановлением Совета Труда и Обороны от 1 августа 1931 г. была принята так называемая большая танковая программа, которая исходила из того, что технические достижения в области танкостроения в СССР «создали прочные предпосылки к коренному изменению общей оперативно-тактической доктрины по применению танков и потребовали решительных организационных изменений автобронетанковых войск в сторону создания высших механизированных соединений, способных самостоятельно решать задачи как на поле сражения, так и на всей оперативной глубине современного боевого фронта»4.

Осенью 1932 г. на базе 11-й стрелковой дивизии в Ленинградском военном округе был сформирован 11-й механизированный корпус, а на базе 45-й стрелковой дивизии в Украинском округе — 45-й механизированный корпус. В состав механизированного корпуса входили механизированная бригада танков Т-26 (три танковых батальона, стрелково-пулеметный батальон, артиллерийский дивизион, саперный батальон, зенитно-пулеметная рота), бригада такого же состава, но вооруженная танками БТ, стрелковая бригада, корпусные части. Корпус имел около 500 танков, свыше 200 бронеавтомобилей, 60 орудий и другое вооружение.

В этом же году началось формирование пяти отдельных механизированных бригад, двух танковых полков, двенадцати механизированных полков, четырех механизированных дивизионов для кавалерийских дивизий, пятнадцати танковых и шестидесяти пяти танкетных батальонов для стрелковых дивизий. В результате этих мероприятий численность личного состава автобронетанковых войск к январю 1933 г. по сравнению с 1931 г. увеличилась в 5,5 раза, а их удельный вес в армии повысился с 1,6 до 9,1%5.

Автобронетанковые войска получали на вооружение новую технику: малые танки (танкетки) Т-27, легкие танки Т-26 и БТ-2, средние танки Т-28 и тяжелые танки Т-35.

На 1 января 1933 г. наши Вооруженные Силы имели в своем составе два механизированных корпуса, пять механизированных бригад, два отдельных танковых полка, двенадцать механизированных полков, пятнадцать отдельных танковых батальонов, шестьдесят девять механизированных и танкетных дивизионов. В 1932–1933 гг. с конвейеров заводов сошли танки БТ-5, Т-26 (пушечные вместо пулеметных) и плавающая танкетка Т-37. Красная Армия стала получать в 1935–1937 гг. свыше 3000 танков и танкеток ежегодно.

В 1938 г. механизированные корпуса были реорганизованы и переименованы в танковые. Их количество к началу 1939 г. увеличилось до четырех. Они имели в своем составе по две танковые бригады и по одной стрелково-пулеметной. В сентябре 1939 г. в освобождении Красной Армией областей Западной Белоруссии и Западной Украины участвовали два танковых корпуса — 15-й и 25-й. Из-за отсутствия опыта инженерного и материального обеспечения крупных подвижных соединений, достаточных навыков у командного состава в управлении ими и в осуществлении маршей в действиях корпусов были вскрыты различного рода недочеты. Основываясь на этом и учитывая вносившиеся ранее предложения, Главный Военный Совет Красной Армии 21 ноября 1939 г. постановил расформировать танковые корпуса. Вместо них было решено создавать отдельные моторизованные дивизии, в которых по штату полагалось иметь по 275 танков. Моторизованные дивизии предполагалось использовать как эшелон развития успеха общевойсковой армии, а также в составе конно-механизированной группы (подвижной группы фронта). К маю 1940 г. в Красной Армии имелись четыре такие дивизии.

Вскоре жизнь показала, что моторизованная дивизия не может выполнять те функции, для которых предназначался танковый корпус. Ошибочность решения о расформировании танковых корпусов была вскрыта с началом второй мировой войны в Западной Европе В июне 1940 г. опыт боевых действий на Западе был обсужден в Наркомате обороны. Результаты этого обсуждения были доложены И. В. Сталину6. Советским правительством было принято решение о формировании механизированных корпусов новой организации, отдельных танковых и моторизованных дивизий, а также танковых бригад.

Механизированный корпус состоял из двух танковых и одной моторизованной дивизий, специальных частей и подразделений. Танковая дивизия состояла из двух танковых, мотострелкового и гаубичного артиллерийского полков, обеспечивающих подразделений. В ней предусматривалось иметь 375 танков разных типов. В моторизованной дивизии имелись два мотострелковых, танковый и артиллерийский полки (по штату 275 легких танков). Всего в механизированном корпусе по штату военного времени предусматривалось иметь 36080 человек, 1031 танк, 258 орудий и минометов, свыше 5000 автомашин различного предназначения, 350 тракторов и около 1700 мотоциклов.

Обобщение боевого опыта, научное предвидение характера надвигавшейся войны, правильное определение роли в ней бронетанковых войск позволили советским танкостроителям успешно решить задачу дальнейшего совершенствования бронетанковой техники. С зимы 1939 г. на вооружение стали поступать танки, созданные группой конструкторов во главе с М. И. Кошкиным (Т-34) и Ж. Я. Котиным (КВ). По своим основным показателям — вооружению, броне, проходимости и маневренности — эти танки, особенно танк Т-34, оказались лучшими в период второй мировой войны. В этом отношении небезынтересны высказывания зарубежных специалистов.

Так, бывший гитлеровский генерал инженер Эрих Шнейдер писал: «Танк Т-34 произвел сенсацию… Русские, создав исключительно удачный и совершенно новый тип танка, совершили большой скачок вперед в области танкостроения… Попытка создать танк по образцу русского Т-34 после его тщательной проверки немецкими конструкторами оказалась неосуществимой» 7. Гудериан также вынужден был признать, что «…противник… располагал новым типом танка, который намного превосходил немецкие машины своей проходимостью, толщиной брони и бронебойностью пушки».